Темный Страж - Сиара Хартфорд

брать. Когда подняла на него глаза, мое сердце снова разбилось, увидев, как его горло подрагивает.

Это было то, на что сама согласилась. Я вызвалась стать жертвой для Темных Фейри вместо Рене. Добровольно согласилась отправиться в Неблагой Двор. Я взяла его за руку, и наслаждалась теплом его кожи, прикоснувшейся к моей.

Я пыталась быть храброй.

Глубоко вздохнула, я закрыла глаза и стала ждать, что будет дальше. Он взял мою руку под свою, прижав ее к себе, и повел меня к краю зеркала.

Когда открыла глаза, перед нами раскинулось мерцающее озеро из жидкого серебра, струящегося и пульсирующего по раме. В отличие от обычных зеркал, в нем не было отражения, лишь переливающиеся волны разных цветов, сквозь которые просачивались тени Кереса. Внезапный укол страха пронзил меня, когда он потянул нас ближе.

— Керес, я… — прошептала я, и он потянул меня через зеркало, не дав закончить.

Глава 22 ~ Темный Страж Бегвье

Керес

Я рухнул к ногам стражника, едва протащив Розалин и себя сквозь портал. У меня больше не было сил держаться на ногах. Второй стражник поднял ее безжизненное тело на руки и унес прочь. Я лишь надеялся, что он не услышит, как у меня перехватывает дыхание от страха. Даже если бы захотел, не смог бы его остановить. Я знал, куда он ее несет. Туда же, куда уносили всех остальных девушек, и я не должен был заботиться об этом.

— Ее Величество ждет тебя, Темный Страж.

Стражник закинул мою руку себе на плечо, помогая подняться. Это был не жест доброты, просто необходимость. Эти стражи ненавидели меня, но еще сильнее они боялись раздраженную Королеву. Она не держала при себе тех, кто больше не был ей нужен.

Он швырнул меня в мою комнату и с грохотом захлопнул дверь. Услышал, как снаружи защелкнулся тяжелый замок, и потеряв равновесие рухнул на холодный каменный пол. Если Бевгье велела запереть меня в покоях, значит я сильно опоздал. И я знал, что буду наказан за то, что заставил ее ждать.

Я смирился с этим, когда отчаянно пытался вложить силу в портрет Розалин. Потратил слишком много магии, из-за чего мне потребовалось больше времени, чтобы восстановить силы и привести ее до ужина Я лежал на холодном полу, голова раскалывалась, тело все еще дрожало от перенапряжения после использования теней. Каждый вдох отдавался болью, но я должен был собраться, переодеться во что-то приличное и предстать перед Бевгье, пока она не потеряла терпение и не пришла за мной сама.

Перевернувшись на спину, я уставился в потолок. Все здесь казалось неправильным, холодная магия противоречила моей собственной. Дворец Бевгье не был похож на мой Дом Привратника, который всегда тепло и спокойно присутствовал на закромах моих мыслей. Дело было не только в том, что снова оказался здесь. Где-то в глубинах этого дворца Розалин готовили к встрече с Королевой Ведьм, и я ничего не мог сделать, чтобы ее спасти.

Слеза прожгла дорожку по моему виску, когда с трудом проглотил свою вину.

Не смог вложить силу в ее портрет.

Не смог узнать, как снять проклятие.

Я подвел ее во всем.

Моя Розалин испытает каждую частицу ужаса и смятения. И боль от того, как у нее будут вытягивать юность, и все, чего от нее потребуют как от Девы в гареме Бевгье.

Попытался подняться с пола, удерживаясь за стойку кровати, чтобы не упасть. Когда мне наконец удалось встать, я увидел свое отражение в зеркале туалетного столика. Как всегда после перехода через портал, иллюзия спала. Передо мной стояло истинное воплощение Темного Фейри.

Моя черная кожа скрывала усталость, въевшуюся в кости, но не могла спрятать разочарование, отпечатавшееся на лице. Из зеркала на меня смотрели полностью черные глаза с серебряными радужками. Я не скучал по своим крыльям, они всегда привлекали слишком много внимания, и, хотя полет был восхитителен, мне редко выпадала возможность летать, будучи супругом Бегвье.

А вот по рогам я действительно скучал. Мне всегда нравилось, как они внушали осторожность другим. Я не был демоном, но выглядел как один из них. Именно моя магия отличала меня как потомка Высших Фейри. Тени и лед, холодные, как мир за пределами дворца Бегвье.

Холодные, как Неблагой Двор.

Резкий стук в дверь прервал мои размышления. Я выпрямился, замок щелкнул, а дверь распахнулась, и в комнату плавно вошла Бевгье. Ее гибкая фигура скользнула по комнате, пока она не остановилась рядом со мной. Она смотрела в зеркало вместе со мной, ее жадные глаза скользнули по моему отражению.

Ведьма не было лучшим описанием Бевгье. Она была ведьмой по сути своей магии, способной менять облик и особенно искусной в проклятиях. Но при этом она вовсе не выглядела изможденной старухой, как можно было бы подумать. Ее бледно-лавандовая кожа была безупречной, а длинные до колен косы цвета морской волны украшали нити с зачарованными амулетами, защищавшими от любой магии Фейри. Ее совершенное лицо было фальшивым.

Я знал правду.

На протяжении веков она вытягивала жизненную силу из человеческих девушек, чтобы поддерживать свою красоту. Настоящая Бевгье, скорее всего, была иссохшей оболочкой существа.

Но уродство заключалось не во внешности, а в ее сердце. Я знал это лучше, чем кто-либо другой. В конце концов, я ее раб на протяжении веков и супруг по собственному желанию до Войн Фейри.

Тогда я был совсем другим мужчиной. Эгоистичным, высокомерным, жаждущим власти. Готовым манипулировать всеми, для достижения своих целей. Я не хотел ее корону, но хотел власть, которая с ней шла, и был готов на грязные поступки, чтобы ее получить. В Бевгье я встретил себе равную. Мы были двумя прекрасными Фейри, запертыми в игре, в которой она была гораздо лучше.

— Мой восхитительный Темный Страж, — ее голос заскрежетал по моей коже, как осколки стекла. — Надеюсь, ты привел мне интересную игрушку.

Попытался выпрямиться, но решил, что медлить перед ней, не лучшая идея. Вместо этого сместил вес, чтобы казалось, будто стойка не поддерживает меня.

— Я не приготовился к встрече с вами, моя Королева.

Ее это, похоже, не волновало. Она повернулась ко мне, ее взгляд скользнул по моим плечам. Холодные пальцы проскользнули под ворот моей рубашки и скользнули вниз по груди, другая рука зарылась в мои волосы. Кожа зазудела от прикосновения, мышцы шеи напряглись. Изо всех сил пытался не отшатнуться. Я терпел ее руки веками, но с каждым разом это не становилось легче. Я понимал, если покажу свое