Руины древних - Евгений Аверьянов

был единый отряд.

Не просто союз, а работающая боевая структура.

Они двинулись на запад.

Направление однозначное: город военных.

Я почувствовал, как холодный ком сжался внутри.

Всё, что я видел раньше — было подготовкой.

Теперь начиналось наступление.

Следом появилась вторая колонна.

Около шестисот пятидесяти изгоев.

Идущих особняком, в полном составе.

С ними — десятки массивных телег, усиленных артефактными пломбами и тяжёлыми креплениями.

Груз был скрыт, но даже на расстоянии я ощущал — внутри нечто мощное.

Стабильное, насыщенное.

Артефакты, ядра, инструменты.

Но шли они в другую сторону.

На восток.

Туда, где на моей карте пусто.

Ни точек, ни названий. Только блеклые контуры холмов.

Я замер, глядя, как колонна теряется в дымке.

Сил на бой с тысячей у меня нет.

Город предупреждён.

Если падёт — это будет их битва, не моя.

А вот вторая армия…

Слишком осторожна.

Слишком ценна.

Слишком скрытна.

Значит, туда и надо.

Я развернулся.

И двинулся в тень.

Я шёл по пятам за второй армией изгоев, придерживаясь безопасной дистанции, маскируясь под каждый изгиб местности, под каждый порыв ветра. Днём — пыль, ночью — камни, тени, холод.

Но я не отставал.

Сутки.

Они шли без остановки. Тихо, упорядоченно. Повозки не скрипели. Изгои не говорили. Словно знали, что впереди их ждёт нечто… большее.

И вот — я увидел это.

На горизонте сначала возникла рябь. Потом — лёгкое искажение воздуха. Пространство будто дрожало, искривлялось.

Аномалия.

Не просто трещина.

Крупная.

И вокруг неё — форпост.

Невысокие стены, укреплённые магическими гравировками. Снаружи — десятки тотемов и энергетических стабилизаторов.

И — охрана.

Сотня сектантов.

Не новички.

По энергетике — закалённые, многие с артефактами, защищённой структурой. Их присутствие здесь было ясным сигналом:

Это место — ключевое.

Изгои даже не замедлились.

Их пропустили сразу.

Ни проверок, ни диалогов.

Форпост раскрылся, как раковина, и проглотил колонну.

Они вошли в аномалию. Повозки — тоже.

И всё.

Исчезли.

Я остался на склоне, в тени расщелины.

И смотрел.

Это не просто переход. Не просто разлом.

Так не охраняют обычные порталы или стабильные зоны.

Так защищают самое важное.

Я чувствовал, как доспех отозвался.

Слабым импульсом, почти ощущением:

Здесь опасно. Здесь — центр чего-то.

Но чего?

Ответов не было.

Но ясно одно:

эта аномалия — не проходной пункт.

Это узел.

Или врата.

Я не двигался.

Прятался среди камней, в тени изломанных плит, и смотрел, как аномалия пульсирует, словно рана на теле мира, не закрывающаяся, не заживающая.

Изгои исчезли в ней — все шестьсот с лишним, с повозками, охраной, без суеты.

Ни один не вернулся.

Ни звука. Ни отблеска энергии.

Только дрожание воздуха и неестественная тишина.

Я пытался понять, как туда попасть.

И стоит ли.

Пробраться?

Теоретически — возможно. Я уже бывал в худших местах. Знал, как гасить ауру, обходить посты, проникать в защищённые зоны.

Но…

Это было не просто хорошо охраняемое место.

Это был узел.

Они берегут его, как величайшую драгоценность.

На входе — сотня сектантов.

А внутри?

Минимум шестьсот пятьдесят изгоев, плюс повозки с неизвестным содержимым.

А что, если это не все силы?

Что, если внутри ещё больше?

Что, если аномалия — это не проход, а гнездо, цитадель, собранная конструкция, спрятанная от глаз?

Пробраться туда…

Самоубийство.

Глава 18

Я медленно втянул воздух. Доспех слабо пульсировал — он тоже чувствовал напряжение.

Каждая клетка во мне кричала: стой, не иди, не сейчас.

Но часть меня — упрямая, циничная, выжившая — понимала:

если я не узнаю, что там, никто не узнает.

Пауза.

Я закрыл глаза.

— Сначала разведка, — прошептал. — Потом — всё остальное.

Я обошёл форпост по дуге, затаиваясь в каждом изломе местности, пока не оказался в пределах энергетического поля. Оно дрожало, как натянутая сеть — чувствительная к каждой вспышке, каждому колебанию.

В лоб — не пройти.

Но мне и не нужно было.

Чуть севернее я нащупал слабую рябь в воздухе.

Вторая аномалия.

Меньше, не стабильнее.

Скорее всего — выходная точка или побочный сброс энергии из основного разлома.

А в её глубине — движение.

Я опустился на колено и всмотрелся.

Тело краба — массивное, серо-зелёное, в трещинах и наростах. Глаза — блеклые, но чуткие.

Он дремал, погружённый в энергетическое болото между слоями.

Отлично.

Я вложил энергию в иллюзию: силуэт крупного существа, якобы нарушившего границу, вспышка ауры, быстрые движения.

Хищник на их территории.

Такой вызов он проигнорировать не мог.

Краб зашевелился.

Потом — вырвался наружу.

Огромный. Лязгающий клешнями. Двигающийся с такой яростью, словно искал месть за всю свою мерзкую жизнь.

И он пошёл прямо на форпост.

Реакция не заставила себя ждать.

Сектанты среагировали мгновенно: поле вспыхнуло, защитные щиты активировались, по периметру зазвучали боевые команды.

Сразу вся охрана сконцентрировалась на северной стороне, откуда и шёл нападающий.

А я уже двигался.

Южная граница.

Меньше охраны. Сбоку — старые укрепления, частично осевшие. Там доспех вплёл в воздух иллюзию: пустоту, тепловой шум, энергетический фон нормального поля.

Меня не было видно.

Под прикрытием искажённого восприятия я шагнул к аномалии.

И — прошёл.

На входе никого.

Не потому, что забыли — потому что не считали нужным.

Здесь, среди своих, среди союзников, они чувствовали себя в безопасности.

Хорошо. Пусть чувствуют. Пока.

И я вошёл.

Я шагнул внутрь аномалии — и сразу ощутил, как мир изменился.

Воздух стал плотнее, глуше. Свет — тусклым, будто затянутым пепельной вуалью. Пространство здесь было иным, словно реальность держалась на чужих, зыбких опорах.

А потом я увидел.

Стройка.

Громадная. Гигантская.

Тысячи разумных, разномастных — и люди, и мутировавшие, и те, кого я даже не мог опознать с первого взгляда.

Все они работали. Слаженно. Под контролем.

Сектанты отдавали приказы.

Изгои — наблюдали. И карали за промедление.

Они строили башню.

Из чёрного камня, обвитого металлическими вставками, с гравировками, пульсирующими тусклой энергией.

Этаж за этажом — всё выше.

Она уже терялась в облаках, а, судя по ритму, строительство только ускорялось.

И тут мой взгляд упал на входную арку.

Я замер.

Сначала подумал, что ошибся.

Но нет. Я видел это слишком часто, чтобы не узнать.

Ядра.

Тысячи.

Нет — десятки тысяч.

Четвёртой. Пятой ступени.

Вложенные в камень, спаянные в структуру, как строительный материал и источник питания одновременно.

Они сверкали, переливались, гудели на грани слышимости.

Я чуть не присвистнул.

— Да вы издеваетесь… — выдохнул почти беззвучно.

Это не просто укрепление.

Это не храм.

Не форт.

Они