Том 1. Клоун - Cuttlefish That Loves Diving

Бах!

Розанна вскочила, опрокинув стул, и в панике затараторила:

— Привет, сегодня отличная погода, ты… ты… Клейн, как ты здесь оказался?

Она прижала руку к груди и сделала пару глубоких вдохов, словно девочка, которую отец застал за бездельем.

— У меня дело к капитану, — коротко ответил Клейн.

— …Ты меня до смерти напугал, я думала, это капитан, — Розанна бросила на Клейна сердитый взгляд. — Даже не постучал! Хм, тебе повезло, что я великодушная и милосердная леди. Хотя мне больше нравится слово «девушка»… Что тебе нужно от капитана? Он в кабинете напротив миссис Орианны.

Несмотря на напряжение, Клейн не смог сдержать улыбки от выходки Розанны. Подумав, он сказал:

— Секрет.

— … — Розанна округлила глаза от недоверия, а Клейн, слегка поклонившись, быстро удалился.

Он снова прошёл через перегородку приёмной и постучал в первую дверь справа.

— Войдите, — раздался низкий, мягкий голос Данна Смита.

Клейн вошёл, закрыл за собой дверь, снял шляпу и поклонился:

— Доброе утро, господин капитан.

— Доброе утро. Что-то случилось? — Чёрный плащ и шляпа Данна висели на вешалке, а сам он был одет в белую рубашку и чёрный жилет. Даже с его высокой линией роста волос и глубокими серыми глазами, он выглядел заметно свежее.

— За мной следят, — честно ответил Клейн, без лишних прикрас.

Данн откинулся на спинку стула, сцепил руки и своими глубокими серыми глазами посмотрел прямо на Клейна.

Он не стал развивать тему слежки, а вместо этого спросил:

— Ты пришёл из собора?

— Да, — подтвердил Клейн.

Данн слегка кивнул, не выражая ни одобрения, ни осуждения, и вернулся к главному вопросу:

— Возможно, отец Уэлча не поверил в официальную причину смерти и нанял частного детектива из Города Ветров.

Констон в Межморском графстве также называли Городом Ветров. Это был регион с высокоразвитой угольной и сталелитейной промышленностью, входивший в тройку крупнейших городов Королевства Лоэн.

Не дожидаясь ответа Клейна, Данн продолжил:

— Или же это кто-то, связанный с источником того дневника. Хех, мы как раз выясняем, откуда Уэлч получил дневник семьи Антигон. Конечно, нельзя исключать и других лиц или организаций, охотящихся за этим дневником.

— Что мне делать? — серьёзно спросил Клейн.

Без сомнения, он надеялся на первый вариант.

Данн не сразу ответил. Он сделал глоток кофе, и в его серых глазах не было ни единой эмоции:

— Возвращайся тем же путём и делай всё, что захочешь.

— Всё, что угодно? — переспросил Клейн.

— Всё, что угодно, — подтвердил Данн. — Конечно, не спугни его и не нарушай закон.

— Хорошо, — Клейн глубоко вздохнул, попрощался и вышел из комнаты, вернувшись на нижний уровень.

На перекрёстке он свернул налево и, освещаемый газовыми лампами, пошёл по пустому, тёмному и холодному коридору.

Эхо шагов, отражаясь от стен, усиливало чувство одиночества и страха.

Вскоре Клейн подошёл к лестнице и, поднимаясь, увидел того самого священника, стоявшего в тени у входа.

Они встретились взглядами, но не обменялись ни словом. Священник молча отступил, уступая дорогу.

В полной тишине Клейн вернулся в главный молитвенный зал. Свет, проникавший через круглые отверстия за алтарём, был всё так же чист, в зале царили всё те же полумрак и покой, а у исповедальни по-прежнему стояли мужчины и женщины, хотя их стало значительно меньше.

Подождав немного, Клейн с тростью и газетой в руках, словно ничего не произошло, покинул главный молитвенный зал и вышел из Собора Святой Селены.

Едва оказавшись на улице под ярким солнцем, он снова ощутил знакомое чувство, что за ним наблюдают, словно он — добыча, за которой следит ястреб.

Внезапно в его голове возникло сомнение:

Почему преследователь не пошёл за мной в собор? Даже если бы он это сделал, я всё равно мог бы незаметно исчезнуть, воспользовавшись полумраком и помощью священников. Разве ему было бы трудно притвориться молящимся и продолжить слежку? Он же не делал ничего плохого, мог бы войти открыто. В чём проблема? Если только у него нет тёмного прошлого, и он не боится Церкви, не боится епископа, зная, что у того могут быть сверхъестественные способности… В таком случае, версия с частным детективом становится очень маловероятной…

Фух! — Клейн выдохнул, чувствуя, как напряжение спадает. Он спокойно пошёл дальше и свернул на Зотлэнд-стрит.

Он остановился перед старым зданием с обветшалыми стенами. Номер дома был «3», а на вывеске значилось: «Зотландский стрелковый клуб».

Подвальный тир полицейского управления был частично открыт для публики, чтобы зарабатывать дополнительные средства.

Как только Клейн вошёл внутрь, ощущение слежки тут же исчезло. Воспользовавшись моментом, он показал свой значок Отдела специальных операций портье.

После короткой проверки его проводили в подвал, в небольшой закрытый тир.

— Десятиметровая мишень, — коротко бросил Клейн портье и, достав из наплечной кобуры револьвер, вынул из кармана коробку с патронами цвета латуни.

Внезапная слежка пробудила в нём жажду самозащиты, поборовшую прокрастинацию, и он с нетерпением пришёл попрактиковаться в стрельбе.

Щёлк!

Когда портье ушёл, он откинул барабан, высыпал серебряные демоноборческие патроны, а затем взял обычные, цвета латуни, и один за другим вставил их в каморы.

На этот раз он не стал оставлять пустую камору для предотвращения случайного выстрела. Он также не снял пиджак и шляпу, желая тренироваться в своей обычной одежде. Ведь в случае опасности у него не будет времени кричать: «Подождите, дайте мне переодеться во что-нибудь поудобнее».

Щёлк!

Клейн защёлкнул барабан и прокрутил его большим пальцем.

Внезапно он двумя руками вскинул револьвер, нацелившись на десятиметровую мишень.

Но он не стал торопиться стрелять, а вместо этого сосредоточенно вспомнил свой неудачный опыт стрельбы на военных сборах, основы прицеливания и то, что у оружия есть отдача.

Шурх! Шурх!

Под шорох одежды Клейн снова и снова отрабатывал прицеливание и правильный хват, сосредоточенный, как школьник на выпускном экзамене.

После нескольких повторений он отошёл к стене, сел на мягкую скамью, отложил револьвер и, помассировав руки, немного отдохнул.

Потратив несколько минут на анализ, Клейн снова взял револьвер с деревянной рукояткой и медным барабаном, подошёл к огневому рубежу, принял стандартную стойку и нажал на спусковой крючок.

Бах!

Его рука дёрнулась, тело слегка откинуло назад, и пуля прошла мимо мишени.

Бах! Бах! Бах!

Усвоив урок, он стрелял выстрел за выстрелом, на практике осваивая ощущения, пока все шесть патронов не закончились.

Начал попадать в мишень… —