Фамильяр (СИ) - Мара Полынь

— Потому что за всё это время он не видел моего демона. Маги не стесняются призывать фамильяров, кроме случаев, когда хотят сохранить инкогнито. Ну, знаешь, выступают под чужим именем или что-нибудь в таком духе.

Они замолчали. Недалеко Анакс с Манкато помогали купцам. Огненная шевелюра демона-дракона освещала всё вокруг лучше любых факелов.

— Меня что удивляет? — задумчиво протянул Киран. — Почему Неназываемый включил в Книгу Имён и драконов тоже?

— В смысле?

— Демоны-драконы отличаются от остальных. Даже среди высших демонов они выделяются умом и хитростью. Маленькие они, конечно, глупы и слабы. Но это можно сказать о любом детёныше. Этот Манкато — он ещё юн, но могу поспорить, что здесь есть и другие, намного старше. С ними нужно держаться особенно осторожно.

Натан кивнул. Если говорить о драконах, на ум ему приходил только придворный маг мастер Брентон и его демон-дракон Ксантус. Но вероятность того, что в ближайшее время им посчастливится столкнуться с самим королевским магом, была настолько мала, что о ней не стоило и думать. Вот когда Натан станет старшим магом, тогда да. Но не сейчас.

Их возвращение в Дюраран ознаменовалось дождём. Лёгкий, почти летний, он налетел неожиданно. Солнце проглядывало сквозь облака, щедро рассыпая над портом радуги. На почтовом дворе их ждало два письма на имя Натана из Двины. Оба из Дубовой Рощи.

Новости из дома были обычными. В первом письме Тор рассказывал, что нашёл, где находилась Королёва круча, и прилагал карту. Сетовал на то, что не может отправиться на поиски. Интересовался, собираются ли они искать место захоронения Неназываемого. Восторгался разрешением давних споров, откуда взялись демоны, но в то же время печалился, что вряд ли когда-либо посмеет рассказать кому-нибудь, что Неназываемый — всего лишь пришелец из иного мира. Второе письмо было более тревожным. Сначала, как и в прошлый раз, Тор рассказывал о ежедневных делах, работе в полях, о том, как ведёт себя проказница Ольвен. Но последний абзац заставил насторожиться.

«Позавчера приезжали странные люди. Я сначала принял их за паломников, но ни один не попросил благословения у Адельберта. Они сказали, что возвращаются из странствия по святым местам и просились переночевать. Но за ужином интересовались у Каринии, где ты, хотя не могли знать, как зовут моего сына. Надеюсь, ты там ничего не натворил».

— Я думаю, это из-за меча, — после недолгих раздумий предположил Киран. — Действительно, нужно быть осторожнее. Но вообще-то Морган что-то говорил о южанах. Твой отец заметил бы, если бы в Дубовую Рощу пришли они.

Натан только кивнул. Будет очень плохо, если его геройства повредят семье. Раньше он не задумывался, что из-за него Ольвен или Тор могут оказаться в опасности.

— Нам нужно возвращаться, и побыстрее. Ты сможешь ехать? — младший маг посмотрел на перевязанную руку пожирателя.

— Справлюсь. Думаю, через пару недель и следа не останется.

Они сидели на провонявшемся постоялом дворе. Киран отказался путешествовать по воздуху — он не знал, как таким способом переправить лошадей. А продать их Натан даже не смел думать — что скажет отец, когда они вернутся домой без Зиновия и Пончика?! Поэтому хотя бы до Дубовой Рощи нужно ехать по земле. Оранран был одним из множества небольших городков, которые лежали на восток от Дюрарана. Они уже были здесь, когда несколько месяцев назад сопровождали Меч Неназываемого в пути к храму Покров.

Киран окинул зал взглядом. Никого подозрительного. Обычные уставшие люди. Некоторые — местные, зашли отдохнуть после тяжёлого дня, другие — такие же приезжие, как и Натан с Кираном, остановились переночевать.

— Пойду отолью, — Натан поднялся из-за стола.

— Смотри, осторожнее там, — по привычке откликнулся Киран.

— Да-да, — махнул рукой младший маг, выходя на улицу. Иногда пожиратель действительно вёл себя, как нянька.

На улице стояла поздняя ночь. «Пора бы уже ложиться спать, а то опять полдня будем кунять», - подумал Натан. Последнее, что он помнил, это окна таверны, призывно горящие в темноте.

Раскалывалась голова. Пот тёк градом и заливал глаза. Было жарко и душно, воняло бойней и застарелым потом. Дышать было тяжело, не хватало воздуха. Натан попробовал пошевелиться, и всё тело тут же пронзила боль. Он висел под потолком, закованный в цепи. Огромный кляп мешал не только вдохнуть, но даже пошевелить языком. Казалось, грязную тряпку впихнули по самые гланды.

— Мастер Тобиас, он очнулся, — раздался чей-то низкий голос.

Натан скосил глаза. Рядом стоял огромный человек. Его бритая голова маслянисто блестела в свете факелов. Где-то на краю зрения шевельнулась тень, и перед младшим магом появился тот, кого великан назвал мастером Тобиасом. Тоже бритый, смуглый и сухой, как вяленое мясо, южанин напоминал хорька. Его тёмные глаза-сливы смотрели внимательно, не отрываясь.

— Тебе удалось усыпить бдительность Пиела, — спокойно произнёс он. Его светский тон никак не вязался с обстановкой: заброшенный подвал с потёками на старой штукатурке, на стенах — множество пыточных инструментов, столы с каменными столешницами, похожие на странные алтари, цепи, свисающие с низкого потолка. — И я теперь вижу почему. Никто не заподозрил бы в таком сопляке Наблюдателя.

«Я не Наблюдатель!» — хотел крикнуть Натан. Но ничего, кроме еле слышного мычания, у него ничего не получилось.

— Как ты собираешься выкручиваться теперь? — Тобиас опустил взгляд. В его руках лежала открытая на первой странице книга с квалификационными баллами. — Натан, сын Тора из Двины, — прочитал южанин. Медленно вырвал первую страницу и бросил в огонь. Младший маг дёрнулся. — Хотел бы я услышать, как вы узнали о плане, — не торопясь говорил Тобиас, вырывая страницу за страницей. — Жаль, что ты не расскажешь, — наконец в его руках осталась лишь обложка, и она тоже полетела в огонь. — Нури, готовь инструменты. Мы порасспрашиваем господина мага.

— Да, мастер Тобиас.

— Ну как, вызовешь своего демона? — южанин схватил Натана за подбородок и притянул его лицо к своему. Младший маг трепыхался в сухих цепких пальцах, как маленькая птичка. Оба понимали, что кляп во рту и связанные руки — надёжный способ обезвредить практически любого мага. Демоны не отзывались на мысленные приказы. Их нужно было позвать в голос. Или сотворить круг. — Когда я вырву твой грязный язык, вряд ли ты когда-нибудь сможешь это сделать ещё раз, — Тобиас тихо захихикал, как будто услышал новую шутку. Великан Нури вложил ему в руку спицу. Её кончик алел в полутьме подвала.