Зона зла - Александр Щелоков

Бэсинджер усмехнулся.

- Вам нужна правда или пропагандистский материал?

- А что, существует разница?

- Как во всяком деле, когда речь идет о Советах.

- Почему же тогда...

- Потому, сэр, что оружие лишь инструмент. Недостатки русского оружия здесь видны лучше, поскольку оно попало в руки вчерашних феллахов, переодетых в военную форму. Они просто не способны выжимать из современной техники ее возможности.

- Саддам уповает на Аллаха?

- Можно сказать и так.

- Насколько важно вывести радар из строя?

- Для завоевания господства в воздухе нужно лишить иракскую ПВО способности видеть. В первую очередь выбить "Глаз Аллаха".

Кэмпбел пожал плечами.

- Если на то пошло, сэр, это выглядит авантюрой. Почему бы не послать туда пару истребителей-бомбардировщиков? Или хорошего вертолетчика? В конце концов, если станция так важна, можно влупить в нее крылатую ракету...

Американец не возражал. Он и сам прекрасно понимал, какие чувства возникли у англичанина, когда ему объяснили задание.

- Это было бы совсем неплохо, сэр. Однако "Глаз Аллаха" - станция дальнего обнаружения. Она работает в постоянном активном режиме. Самолет и даже крылатая ракета будут сразу же ею засечены. Объявят тревогу. Введут в действие другие радары системы. Короче, внезапности не получится.

- Вам не кажется, что пятерым коммандос взорвать объект, на котором работает несколько сот человек, это дело невозможное?

Бэсинджер согласился без сопротивления:

- Совершенно верно, сэр. Объект уничтожат другими силами. На вас возложена задача лишить РЛС электропитания на самое короткое время.

- Насколько это реально?

- На все сто процентов. Спектрозональная съемка позволила обнаружить место, где проходит кабель от питающей электростанции. Координаты трассы известны точно. Тем не менее вам придется копать траншею поперек линии...

- Очень легко промахнуться, - сказал Кэмпбел, - три фута в сторону, и кабеля не найдешь.

Бэсинджер сочувственно вздохнул.

- Ничего не поделаешь, майор. Придется поточнее определить координаты. И все будет в порядке.

Кэмпбел смотрел на американца с сожалением. Сукин сын, определял ли он эти чертовы координаты сам? И не на полигоне, где офицеры без того знают местоположение каждой горки и даже отдельных камней, а на незнакомой местности, в тылу противника? Начальство всегда считает, что знает больше каждого подчиненного в отдельности и больше всех, взятых вместе. Вспомнилось, как на занятиях, где изучались приемы работы с приемниками глобальной спутниковой системы определения координат, устройство прибора объяснял майор Роберте. Все-то он знал, и как включать приемники, как сориентировать их, как считать информацию. Однако, когда дело дошло до практического показа, майор подал команду сержанту Бредли:

- Чарли, покажи джентльменам, как действует эта табакерка.

И Чарли показал.

Устройство принадлежало к высшим достижениям технического прогресса. На орбитах вокруг Земли в постоянном вращении находится двадцать один искусственный спутник американской глобальной системы определения координат НАВСТАР. Двадцать четыре часа в сутки они передают закодированную информацию по ряду параметров. На землю сообщаются характеристики орбиты, время по Гринвичу, местоположение спутников в пространстве, их скорость. Все эти сигналы легко принимаются приемниками глобальной спутниковой системы. Сами приемные устройства, размерами с ладонь взрослого человека, выпускаются фирмами "Сони", "Моторола", "Магновокс", "Магеллан". Поскольку подобные приемники можно найти в свободной продаже и они могут оказаться в чьих угодно руках, американское военное командование кодирует передачи со спутников по программе "выборочная доступность".

Приемники, находящиеся на вооружении армии, имеют доступ к информации из космоса и выдают координаты с круговой ошибкой от одного до десяти метров. Этого вполне достаточно для любых действий в условиях боя.

Получив задание, Кэмпбел собрал свою группу у большой песочницы, возле которой играли в войну не беспечные дети, а суровые, озабоченные дяди. Умелыми руками два сержанта под руководством офицера-топографа воспроизвели на увлажненном песке все складки местности, прилегавшей к РЛС "Глаз Аллаха".

На песке в порядке, который полностью соответствовал фотографии, сделанной разведывательным спутником, разместили сооружения военного объекта - подземные и наземные.

Каждый диверсант группы "Флэш" держал в руках распечатку того же снимка и старался запомнить, отложить в памяти все изображенное на бумаге. Объемному восприятию обстановки должен был способствовать ландшафт, воспроизведенный топографами на песочнице.

Конечно, соотнести масштабы макета с реальными всегда сложно. Кэмпбел знал, что подобные игрушки удобны для высокого начальства в высших штабах. Встав возле ящика с песком, командир дивизии или командующий армией видит линию фронта, расположение войск на местности и словно обозревает поле боя с высоты птичьего полета. Боец, который сегодня увидел место предстоящих действий с той же высоты - миниатюрные складки барханов, тонкие желобки сухих русел, - завтра, оказавшись среди песков, все равно не свяжет воедино две картинки - реальную и уменьшенную, виденную в ящике.

Ни карте, которую Кэмпбел изучил до мельчайших подробностей, на северо-восток от Рафки через пустыню в Ирак тянулось несколько плохих проселочных дорог. При некоторой настойчивости и с благословения Аллаха по ним можно было проехать на автомобиле.

Но любая попытка облегчить себе задачу могла привести к полному провалу операции. После вторжения иракцев в Кувейт на всех удобных путях, тянувшихся от Саудовской Аравии к долинам Месопотамии, были усилены меры охранения. Единственное направление, которое могло гарантировать успех, проходило через пески великой пустыни.

В путь отправились ночью. Кэмпбел знал - его люди бывалые, обстрелянные, но в пустыне, куда шла группа, они все равно окажутся новичками. Здесь солнце и безводье диктуют собственные правила поведения, мало известные европейцам.

Жители Европы ошибаются, когда считают, будто арабы приспособлены к жаре лучше, нежели они. Это не совсем так. Как и все другие, пребывая в атмосфере раскаленной духовки, арабы не ощущают комфорта. Они лишь смиренно терпят испытания, которые взвалил на их плечи всеблагой Аллах. Само слово "ислам"

означает смирение и покорность. Однако в понимании пустыни, в знании ее тайн, в приспособленности к преодолению невыносимого зноя арабам занимать опыта ни у кого не приходится.

Арабы с детства познают секреты выживания в экстремальных условиях среди голых песков, знойных ветров и песчаных бурь.

Они знают цену воде и то, как ее расходовать в пустыне. Они не позволяют жажде стать нестерпимой. Они предпочитают теплую воду холодной. Чашка теплого напитка, можно слегка подсоленного, полезней бутылки кокаколы со льдом. Выпивший ее человек начнет бурно потеть, поскольку для согревания попавшего в желудок холодного напитка до температуры тела организм затрачивает немало энергии.

На жаре арабы стараются меньше есть.

Они точно знают, что в пустыне погибают не от голода, а от жажды. Пища, попавшая в желудок, вызывает желание пить, требует расходования скудных запасов воды в организме на производство слюны и желудочного сока.

Вещи, над которыми европеец не задумывается, становятся для него причиной быстрого изнеможения в пустыне.

Конечно, ни феллахи - оседлые крестьяне арабских равнин, ни бедуины кочующие скотоводы, не могут объяснить физиологических причин, диктующих нормы поведения на жаре в песках. Они только следуют опыту веков, хранят его, свято соблюдают то, что завещали отцы. И главное: их никогда не оставляет стремление выжить. В самых трудных ситуациях они не теряют надежды.

Главный девиз пересекающих пустыню:

"Идти и терпеть".

"Аллах на стороне терпеливых", - учит Коран.

Два саудовских офицера вывели группу "Флэш" на границу. Прощаясь, махнули руками, благословляя. И группа двинулась вперед, ориентируясь по звездам и компасу.

Пустыня походила на волны застывшего после бури моря. Песок лежал ровными цепями барханов. Диверсанты шли, то поднимаясь к плоским гребням увалов, то спускаясь с них.

Кэмпбел часто задерживался, чтобы свериться с навигационным прибором, потом находил на карте нужную точку и вносил поправки в маршрут.

Местность даже в темноте казалась однообразной. Языки песка, тянувшиеся с севера, как останцы огромной песчаной страны, сменялись участками каменистой крошки, хрустевшей под ногами. Изредка на пути попадались заросли низкорослых колючих кустов, шипы которых цеплялись за одежду, мешая двигаться.

Безлюдную землю уродовали глубокие и мелкие, но во всех случаях одинаково сухие русла умерших потоков. То, что в грунте их прогрызла вода, не могло быть сомнений - обрывистые и извилистые берега, круглая галька на дне, припорошенная песком- Но откуда здесь появлялась вода, способная на такие подвиги, Кэмпбел не мог объяснить даже себе.