Очарованные миражом - Игорь Вереснев

себе. Ведь Марина сказала, ведь она знала! А теперь и Марины нет… Почему она не нашла эту страшную ловушку в коридорах, как могла позволить себя сжечь? Переоценила свой дар предвидения? Но тогда её слова о будущем — только слова…

— Как же так, Лена? — Георгий неожиданно ударил кулаками по подлокотникам кресла. — Мы же всё просчитали. Где мы ошиблись? Я не понимаю! У нас не было ни одного прокола, все группы действовали строго по плану. Лазерная сеть, пушка — это же невозможно спрятать! Марина не могла их не заметить! Почему она ничего не сказала? Почему повела группу по этому коридору? Я подумал, она не та, за кого себя выдавала, но тогда зачем Корригану впускать нас внутрь станции? Янек рассказал, какие там стены, мы бы не смогли взорвать вход.

Тагиров помолчал, добавил:

— Разве что это попытка тянуть время.

— Я не верю, что Марина нас обманула, — тихо произнесла Пристинская. — Знаешь, после того, что я видела… Она нас всех могла уничтожить прямо на корабле голыми руками, без всяких лазеров.

— Да я понимаю. Глупое предположение. Но у меня нет объяснения случившемуся!

И как ответ, на панели загорелся огонёк вызова. Тагиров и Елена переглянулись.

— Господину Корригану опять захотелось поговорить?

Георгий включил внешнюю связь. На экране появилось знакомое помещение центра управления станции и её начальник, сменивший вельветовую рубаху на тёмно-оливковый с перламутровым отливом костюм.

— Доброе утро, друзья! Рад видеть вас живыми и… надеюсь, здоровыми? — Корриган снисходительно улыбнулся.

— Вы хотели нам сказать только это? — процедил сквозь зубы Тагиров.

— Отчего же? Мне приятно с вами общаться. Ваша атака — выше всяких похвал. Примите мои поздравления! Вы, Елена, мастерски управляли кораблём. А какой восхитительный пилотаж продемонстрировали вы, Георгий! Особенно последний манёвр. Я получил огромное наслаждение, любуясь вашей игрой. А ваша рейдовая группа? Как им удалось проникнуть внутрь станции, не поделитесь секретом? Честно говоря, не представляю, как вы умудрились заставить охрану открыть шлюз. Бедный Михаил спать не может — он ведь заведует службой безопасности станции. Да, играли вы замечательно. Почти на равных. У ваших людей отличная подготовка. Я до последней секунды не верил, что они смогут вырваться. Поздравляю! Кстати, я проверил досье вашей команды. Все как один удовлетворяют параметрам. Так что не вижу смысла продолжать войну.

— Вы о чём? — Георгий смотрел на экран из-под нахмуренных бровей.

— О своём приглашении. Пока Иорико не включила креатрон, у вас есть время присоединиться к нам.

Тагиров сморщился, будто от зубной боли.

— Какая гнусность! Вы давали нам пять часов на размышление, не забыли? И через несколько минут попытались уничтожить корабль. Причём самым подлым образом.

Корриган засмеялся. Весело, открыто, словно услышал превосходную шутку.

— Георгий, разве в нашей игре существуют какие-то правила? Вы начали подготовку к штурму также задолго до истечения срока. И почему попытка уничтожить корабль была подлой? Следовало проверить степень вашего человеколюбия. Оно оказалось в пределах нормы, что подтвердило моё высокое мнение о вас. Или вам жаль Дженнифер? Уверяю, не стоит. Когда вы узнаете о «Генезисе» больше, согласитесь со мной.

— Подлость в том, что вы превращаете людей в марионеток! — Пристинская не смогла промолчать.

— Что вы такое говорите, Елена? Не в марионеток, в инструменты. Чувствуете разницу? Да, присутствует некоторое ограничение свободы воли, но вы не представляете, как высока награда. Но мы отклонились от темы беседы. Что вы мне ответите? Готовы принять предложение?

Неужто Корриган надеялся услышать положительный ответ? Елена покосилась на Тагирова. Тот демонстративно игнорировал выпад противника. Поняв, что ответа не дождётся, Корриган пожал плечами:

— Что ж, у вас есть альтернатива. Вы можете погибнуть, ощущая себя героями. Но в действительности абсолютно бесполезно и для вашего правительства, и для человечества. Однако Евроссия всё же примет участие в сегодняшнем эксперименте.

— Не понимаю, — Тагиров устало тряхнул головой. — Объяснитесь.

— Ваша жена у нас на станции. Хотите взглянуть на неё?

Он не стал дожидаться ответа, картинка на экране изменилась. Теперь Елена и Георгий видели небольшое тускло освещённое помещение, заполненное стеллажами. Судя по ракурсу, видеокамера пряталась где-то под потолком, напротив двери отсека. Напротив сидящей на полу Дианы.

Это было так неожиданно! Пристинская не сумела подавить пробежавшую по телу дрожь. Даже в слабом освещении видны были ожоги на теле подруги. Она сидела в одном трико, закрыв глаза, грузно привалившись правым, здоровым плечом к стене. Бесполезный скафандр сброшенной змеиной кожей лежал у её ног. Сначала Елене показалось, что Диана мертва. Но нет, грудь под тонкой серой материей вздрагивала от мелкого прерывистого дыхания.

— Трагичное зрелище... — Корриган и не старался, чтобы в голосе звучало сочувствие. — Она ввела обезболивающее, но надолго лекарства не хватит, раны слишком серьёзные. Руку нужно ампутировать, пока разлагающиеся ткани не вызвали общее заражение. Но я могу предложить кое-что лучше. Новое тело! Вы понимаете, о чём я говорю?

Начальник станции вновь был на экране.

— Это будет необычное тело. Иорико со своими дизайнерами дали волю фантазии. Интересно посмотреть, как человек сумеет управлять нечеловеческим телом. Не могу обещать, что первая же трансмутация пройдёт удачно, но ведь она и так обречена, верно? С другой стороны, вдруг получится! Лена, сколько месяцев протянула ваша мама? Два? А Коцюба — тридцать лет. Мы уже знаем, что помогает её телу сохранять стабильность. И у нас есть собственные разработки, чтобы управлять такими эфемерными материями, как любовь. Хотя работы предстоит много. Неужели вам не интересно, не хочется присоединиться? Хорошо, оставайтесь на орбите, я покажу вам результат. Увидите, во что превратится ваша подруга.

— Ты сволочь, Корриган! — Георгий так сжал кулаки, что костяшки на пальцах побелели. — Фашист и убийца.

— Глупости. На самом деле ваша европейская цивилизация гораздо безжалостнее и циничней, чем создаваемое нами общество. Да что там цивилизация! Вы готовы отправить на смерть любого из своих людей — ради «идеи». А я дорожу жизнью каждого, для кого стал доминантом. Дорожу до такой степени, что вы пока и представить не можете. Впрочем, у меня нет ни времени, ни желания убеждать вас. Ещё увидимся! — и отключил связь.

Серая капля «Химеры» упрямо ползла в середину обзорного экрана. Пристинская сверила координаты. Неприятельский корабль завис над кратером совсем низко. Она вопросительно взглянула на командира.

— Что за странный манёвр? Что они собираются делать? Готовятся к