Мой отец Пабло Эскобар. Взлет и падение колумбийского наркобарона глазами его сына - Хуан Пабло Эскобар

Не все предложения, с которыми приходили к отцу, были криминальными. Как-то раз к нему в офис наведался известный медельинский чиновник и предложил инвестировать в газификацию городской инфраструктуры. Серьезным тоном отец ответил:

– Извините, но законным бизнесом я не занимаюсь.

Пару раз, когда в офис приезжали полицейские, я едва не схватил инфаркт, успев подумать, что это облава. Но уже через несколько минут офицеры снова были на улице: они всего лишь приходили за взяткой.

Отец успешно доказал, что его маршруты – самые безопасные и надежные. Он был так уверен в этом, что в какой-то момент даже предложил страховку поставок, то есть личным состоянием гарантировал возврат вложений и доходов, даже если партия вдруг не доехала бы до США. Кроме того, отец с Густаво придумали уникальное поощрение: иногда они давали нескольким счастливчикам из числа самых верных своих людей денежный эквивалент пяти или десяти килограммов кокаина без каких-либо инвестиций или участия в бизнесе.

НО ТАК ЖЕ ЛЕГКО, КАК ОН ПОМОГАЛ ТЕМ, КОГО СЧИТАЛ БЛИЗ КИМИ, ОТЕЦ БЫЛ СПОСОБЕН ПОЙТИ НА НЕВООБРАЗИМОЕ НАСИЛИЕ. ТАК, НАПРИМЕР, ОДНАЖДЫ ОН ПРИКАЗАЛ УТОПИТЬ ОДНОГО ИЗ СВОИХ СОТРУДНИКОВ В БАССЕЙНЕ НА ГЛАЗАХ У МНОЖЕСТВА ЛЮДЕЙ, ЧТОБЫ ПРЕПОДАТЬ ИМ УРОК.

Как мне рассказали, отец нанял охранником в офис знакомого военного, которого за несколько лет до того спас на вертолете с тюремного острова Горгона, – тот отбывал длительный срок за убийство. Однако в один прекрасный день из тайника в кабинете пропали двести миллионов песо. Естественно, этот военный стал первым подозреваемым, поскольку накануне было его дежурство.

Судьба мужчины была решена всего через несколько часов, когда люди отца нашли деньги в его доме. Охранника привели в офис, и отец приказал всем остальным идти к бассейну. Там они связали этого военного и бросили в воду.

– Я убью любого, кто посмеет украсть у меня хоть песо, – заявил отец безмолвной толпе, когда охранник утонул.

Несколько недель спустя отец купил дом на Алтон-роуд, в престижной части Майами-Бич. За него он заплатил семьсот тысяч долларов наличными, которые привез из Колумбии открыто и даже задекларировал на таможне. Это был массивный двухэтажный особняк с впечатляющим входом, пятью спальнями, бассейном с видом на залив Бискейн и собственным причалом (что было редкостью в той части города). Густаво не собирался отставать и приобрел огромную квартиру за миллион долларов.

Отец продолжал вкладываться в недвижимость и вскоре купил комплекс из двухсот квартир на севере Майами, за который тоже заплатил наличными, задекларированными на таможне и ввезенными через международный аэропорт Майами в двух чемоданах. Однако управление этим имуществом превратилось для него в огромную головную боль: ему то и дело поступали жалобы арендаторов на то, что крокодилы из близлежащих озер прогуливаются по коридорам комплекса.

Вопреки возражениям отца Густаво вскоре продал свою квартиру, опасаясь, что если они оба будут владеть недвижимостью в США, ситуация может усложниться. Но Пабло с завидным упрямством полагал, что проблем возникнуть не может: он же честно задекларировал деньги, на которые купил эту недвижимость!

Деловые поездки отца в Америку становились все чаще, и однажды мы оказались в Вашингтоне, где ему уж очень захотелось испытать меры безопасности на входе в здание ФБР. Невзирая на риск, отец предъявил на стойке регистрации фальшивые документы; мать же показала наши с ней настоящие паспорта. К счастью, проблем не возникло. Нам даже провели экскурсию по зданию. Оттуда мы направились в Белый дом, у ворот которого мать сделала знаменитый снимок со мной и отцом.

К концу 1981 года бизнес процветал, и мой отец с Густаво приобрели полноценный парк самолетов и вертолетов: три Aero Commander, по одному Cheyenne, Twin Otter и Learjet, а также вертолеты Bell Ranger и более новую модель Hughes 500. Посредником в этих сделках выступал бывший автогонщик Рикардо Бритва Лондоньо, державший импортно-экспортный бизнес в Майами. Как мне однажды рассказали, Бритва, будучи опытным пилотом, пробирался в маленькие частные аэропорты вокруг Майами, угонял самолеты и продавал их за хорошие деньги в Медельине.

Ходило немало слухов о связях отца с бывшим президентом Колумбии Альваро Урибе Велесом. В течение множества лет критики Урибе неоднократно заявляли, что как глава Управления гражданской авиацией с января 1980 года по август 1982 года он выписывал незаконные лицензии, способствуя росту наркоторговли в Медельине. Но поскольку, взявшись за эту книгу, я не ставил себе каких-то тайных целей и не питал желания восхвалить или очернить кого-либо, я постарался тщательно расследовать, какого рода связи были между отцом и бывшим президентом, если, конечно, вообще были.

Я пообщался с друзьями и доверенными людьми отца, и их ответы меня поразили. Оказалось, что Пабло предложил за голову Урибе вознаграждение в размере пятисот миллионов песо. Причина? Большую часть времени, когда президент возглавлял Управление гражданской авиацией, перевозки через аэропорт Олайя Эррера были сложнее, чем когда-либо: контроль с каждым днем становился серьезнее, а обыски на вылете и прилете – все тщательнее.

Желание отца избавиться от Урибе не остановилось на предложении награды. Как минимум трижды его пытались убить, но ни одно покушение не удалось. Впрочем, те, с кем я общался на эту тему, рассказали, что подкуп отцом местных чиновников в конечном итоге оказался куда более эффективным, чем все приказы, отдаваемые Урибе из Боготы.

Не меньше писали и о якобы близких отношениях Пабло с кузеном Хосе Обдулио Гавирией[42]. Но и эти истории абсолютно беспочвенны. Помнится, отец даже отрекся от этого родственника, когда тот решил, что лучше всех в семье. Пабло вообще редко о нем вспоминал – не было причин, Хосе Обдулио никогда не вел себя как родственник, – но в тех редких случаях, когда это все же случалось, отец называл его не иначе как «мой чертов двоюродный братец».

Должен отметить, что из тысяч семейных фотографий, сделанных начиная с 1970-х годов, Хосе Обдулио нет ни на одной.

В начале 1980-х у отца не было ни потенциальных врагов, ни счетов с законом. Тем не менее, его растущая экономическая мощь привела к необходимости нанять первых телохранителей: юного преступника из Ла-Эстрельи Рубена Дарио Лондоньо по прозвищу Юка и Гильермо Сулуаги, известного как Подиум.

Вскоре после этого отец осознал, что ему еще нужен кто-то, кто мог бы всегда сопровождать его на втором мотоцикле или рядом с водительским местом в машине. Он искал, он проводил интервью, он тестировал кандидатов, но никто не мог за ним угнаться, пока, наконец, не появился Луис Карлос Агилар, больше известный под прозвищем Грязь. Агилар сумел-таки пройти сложный мотоциклетный тест отца: тот