Шушмор. Наследие исполинов - Константин Викторович Кузнецов

Разрозненные детали мгновенно собрались в единую картину, но радостнее от этого не стало. Зубов понял, что допустил в своей жизни еще одну, возможно, даже роковую ошибку.

Исполнив приказ, сыщик медленно обернулся. На него с нескрываемым превосходством взирал Александр Васильевич Пикль. По левую и правую руку от обер-полицмейстера стояла бабка Ульяна и жандарм Шмелев из соседнего уезда.

— Привет честной компании, — произнес Зубов и улыбнулся.

Клубок сложного дела вроде как распутался. А всего и надобно было, что отринуть предрассудки и поверить в происходящее на реке Шушмор.

Глава 15

НАСТОЯЩЕЕ. Урочище. Циферблат

— Комон! Вы чего, серьезно?

Лицо девушки выражало искреннее удивление. Страха пока не было.

— Руки вверх, — повторил незнакомец.

— Это какой-то пранк⁈

Раздался глухой выстрел в воздух.

Кира ойкнула. Она ошиблась: незнакомец не был Зубовым. Игорь обратился к нему «Александр Васильевич».

Старик подошел к ним ближе и наставил пистолет на молодых людей.

— Вы офигели⁈ — возмутился Ник, но тут же получил удар от Игоря прямо под дых. Хорошо поставленный удар. Таким обладают боксеры с разрядом или кадровые военные.

Хватая ртом воздух, байкер закашлял и согнулся пополам. Как говорят в таких случаях: аргумент был железобетонный. Стало понятно, что возмущаться и качать права не имеет никакого смысла. На счет Игоря тоже было все ясно: он, скорее всего, изначально был на стороне противника. Так сказать, чужой среди своих.

— Отошли в сторону братья-сестры, — приказал вооруженный пистолетом мужчина.

Выглядел он необычно для представителей старшего поколения: худое скуластое лицо, гладко выбритое, внешне подтянут, с идеальной выправкой, как у военного. А вот с одеждой вышло некое несоответствие. Вместо привычных джинсов и футболок незнакомец вырядился словно застрявший в прошлом денди: широкие клетчатые штаны на подтяжках, белая рубаха, жилетка в тон штанам и высокие рыжие ботинки. Правда, для окончательного образа ему не хватало разве что трости, которую и вручил ему Игорь.

Пожилой мужчина внимательно осмотрел подарок, разочарованно вздохнул и выкинул его в кусты.

— Она мне теперь ни к чему, — ответил Александр Васильевич. Затем он достал из-за пазухи еще один пистолет и протянул его историку.

Тот незамедлительно наставил оружие на Киру и ее брата.

Теперь стало страшно. Кира до последней минуты лелеяла надежду, что ситуация каким-то удивительным образом разрешится. А Игорь обязательно найдет всему происходящему логичное объяснение, и все вернется в привычное русло. Глупо, конечно, надеяться на благоприятный исход, когда предатель наставляет на тебя оружие. Но Кира настойчиво отгоняла от себя мрачные мысли.

— Если попытаются дурить, стреляй! Их жизнь не слишком ценна для нас, — предупредил Игоря старик. И только убедившись, что молодой человек внимательно следит за пленниками, убрал пистолет и направился к Урочищу.

Он медленно вошел в круг и притронулся к каждому из змеиных столбов. С его губ сорвалась лишь одна короткая фраза:

— Как долго я ждал этого дня.

Тревожно зашумел старый лес. Послышались надрывные крики птиц, перемежающиеся с протяжным скрипом и треском деревьев. Странные, пугающие звуки.

Александр Васильевич обернулся и улыбнулся — его гладко выбритое лицо покрылось глубокими морщинами.

— Волнуется!

— Чувствует, что мы близко, — согласился Игорь.

— Игорь, ты что творишь⁈ — не выдержав, крикнула Кира.

— Я? — Историк снял очки, немного покрутил дужку, а потом избавился от них, как от ненужного хлама, раздавив ногой. — Делаю, что положено великим людям: творю историю!

На его переносице остался красный след, отчего нос Игоря стал похож на клюв хищной птицы. Прямо как у его прадеда.

— Ты с ума сошел! Чего вы хотите⁈ — мысли Киры путались, и она сыпала вопросами словно из пушки. — Собираетесь принести нас в жертву? Вызвать ужасного змея? Думаешь, у вас получится? Придурки! Вы что, правда, в это верите⁈ А что будете делать потом? Ты что, сможешь нас убить? Сможешь⁈

Игорь оскалился и небрежно сплюнул себе под ноги:

— Если понадобиться, смогу!

После этих слов Кира поняла, что совершенно не знает человека, с которым встречалась практически год.

Вернувшись в круг, старик подошел к одному из столбов и, обхватив его руками, попытался повернуть против часовой стрелки. Лицо его стало красным от напряжения, на висках проступили жилы. Столб медленно повернулся, но лишь на четверть. Раздался резкий щелчок. Голова змея теперь смотрела не наружу, а внутрь. Не хватало самой малости. Но у старика, по всей видимости, уже не осталось сил.

— Игорь, помоги! — попросил Александр Васильевич.

— А как же они? — историк кивнул в сторону бывших друзей.

— Да что с ними будет? Иди сюда!

Ник, не опуская рук, слегка наклонился вбок и прошептал:

— У нас всего один шанс. Отходи назад и падай в траву.

— Ты чего? — не поняла Кира.

— Не переживай, я этого бумера на раз-два уработаю.

Кире было очень страшно. Но она согласилась, всецело доверившись старшему брату.

— Падай, — скомандовал Ник.

Игорь не успел среагировать: пистолет выпал из его рук, он наклонился его поднять, но Ник был уже рядом. Мощный удар кулаком в челюсть вырубил парня с одного маху. А вот со стариком пришлось повозиться. Байкер сделал хук левой, но промахнулся. Пожилой мужчина довольно ловко увернулся и слегка присев, внезапно атаковал молодого противника. Удар у него получился немного смазанным, но заставившим Ника отступить. Немного помедлив, байкер шмыгнул носом, сделал движение вправо-влево, как это обычно делают боксеры, пытаясь раскачать противника. Старик тоже принял стойку, только немного странную: руки подняты слишком высоко перед лицом, полностью открывая торс. А потом он и вовсе опустил их и хитро улыбнулся.

Эффект внезапности не помог. Время было упущено.

Конечно, Ник проиграл. Противник мог просто достать пистолет и выстрелить в него без всякого рукопашного боя. Но вместо этого он хлопнул в ладоши, как в знак награды за интересное представление.

На байкера напали со спины. Он почувствовал щелчок и хлесткий удар по затылку. Когда Ник обернулся, перед ним стояли двое: инвалид Кышка на собственных ногах и бабка, которая сдала им комнату на ночлег (и как ее только звали?).

Острая боль пронзила все тело байкера. В руках инвалида были вилы, у старухи — хлыст.

Ник приложил руку к затылку и еще раз посмотрел на странную парочку. «Прямо как на проклятой картине»,[13] — пришло в голову странное сравнение. Кышка покачнулся — видимо, не привык еще держать равновесие на протезах — и выступил вперед, выставив перед собой вилы.

— А ну делай чего велено! — злобно произнес он. — А то заколю!

Ник тут же поднял руки