В поисках идеального потока. История Производственной системы Росатома - Сергей Александрович Обозов

тепломонтажа позволит на круг меньшим количеством специалистов обойтись. Это решение мы уже начали внедрять на стройках.

Добавлю, что по мере развития ПСР мы пришли к необходимости внедрения системы сразу во всех подрядных организациях и на всех объектах. Иначе сроки сокращать нереально. Мы разработали понятные всем стандарты, стали обучать людей, выдавать им удостоверения. Добились и того, что простоев на Нововоронежской стройке практически не было, даже если в план вмешиваются капризы природы. За неделю до начала работ собираются подрядчики и заказчик, обсуждают, насколько реальны сроки, а также планируют еще 30 % резервных работ. Чтобы в непредвиденных ситуациях рабочий не ждал, а перешел на другое задание.

За все время мы получили от рабочих около 2 тысяч предложений по улучшению. И сумели на Нововоронежской, Ростовской, Калининской АЭС выполнить работы с опережением.

Александр Маркович Локшин — первый заместитель гендиректора Росатома по операционной деятельности и одновременно президент ИК «АСЭ». Он сегодня является генеральным заказчиком на активность ПСР в инжиниринге. Именно он дает и МЧС-заказ, и заказ на систему, и заказ на новую культуру. Далее приведу его цитату.

«Счастье силой нельзя навязывать. Правильно дать возможность тем, кто хочет начать пользоваться ПСР, убедиться в том, что это хороший эффективный инструмент. Нагляднее это получалось там, где сроки „плыли“. Сейчас таких примеров много. Подобное новое стахановское движение должно стать массовым, а для этого ПСР должен стать типовой частью типового проекта. Поэтому мы готовы начать с небольшой группы подрядчиков, которые станут первой волной этого процесса, и постараемся для них, тех, кто на „фронте“, чтобы все обеспечивающие факторы отошли для них на задний план»

Первый заместитель гендиректора

Росатома Александр Локшин

Помощь по цепочке

Нововоронежская АЭС-2 была принципиально важным для отрасли объектом. Росатом в 2006 году получил от государства большие деньги на программу строительства АЭС — в рамках соответствующей ФЦП. Цели, если обобщенно, были обозначены так.

ВО-ПЕРВЫХ, до 2015 года за счет бюджетных инвестиций достроить блоки АЭС, которые находятся в высокой степени готовности — их начали строить ранее, но заморозили или замедлили работы по разным причинам (это, например, Калининская АЭС в Тверской области и Ростовская АЭС). С вводом этих объектов Росатом, хоть и не без труда, успешно справился в срок, в том числе благодаря методам ПСР.

ВО-ВТОРЫХ, в рамках госпрограммы предстояло разработать более совершенный проект атомной станции, а затем воплотить его на новых площадках — в Нововоронеже и в Сосновом Бору (Ленинградская АЭС). Нововоронеж шел первым. Там нельзя было ошибиться. Отрасль должна была доказать руководству страны, что, несмотря на длинную паузу, по-прежнему способна строить атомные станции с нуля.

Специалисты ПСР примерно с 2012 года регулярно приезжали на площадку. Изучали критические точки. Оценивали план поставок на предмет «точно вовремя». Фиксировали время входного контроля по оборудованию. И так далее. Вплоть до картирования времени прохода на проходной на работу, в общежитие с работы и расписания автобусов.

Сразу было понятно, что основные резервы повышения производительности труда находятся на уровне бригад. А стало быть, там поможет «полевой инжиниринг»:

— декомпозиция целей от генподрядчика до монтажника;

— производственный анализ, «план/факт» работ посуточно;

— система управления охраной труда;

— технология штрихкодирования товарно-материальных ценностей на складе;

— умелый учет персонала методом радиочастотной идентификации (датчик контроля движения на каске).

Еще в 2012 году мы задумались о создании реально действующей «цепочки помощи» — от монтажника до генерального директора Госкорпорации «Росатом». На предприятиях Toyota этот механизм не позволяет долго скрывать проблемы на отдельных «этажах» вертикали управления.

Предложение по работе «цепочки помощи» было таким.

— Проблема не решается семь суток? Выходишь на руководителя подразделения.

— Еще сутки не решается — доводишь до руководителя стройки.

— Еще сутки — до руководителя проекта.

— Еще через двое суток — до руководителя инжинирингового дивизиона «Атомстройэкспорт» (генерального подрядчика строительства).

И так далее вплоть до генерального директора ГК «Росатом».

В результате в 2014–2015 годах мы на строительстве АЭС вышли уже на системную работу по внедрению ПСР, объединив усилия блока проектирования, стройплощадки и блока коммерции. Было разработано восемь ПСР-стандартов:

— управление СМР;

— «Последний планировщик» (система, применяющаяся для управления производством в строительных проектах и помогающая достижению результатов в запланированные сроки при эффективном использовании ресурсов);

— объектовый стенд производственного контроля и анализа;

— реализация ППУ;

— управление системой 5С;

— «цепочка помощи»;

— картирование и оптимизация потока, создание ценностей при СМР;

— фотография рабочего времени (метод изучения рабочего времени наблюдением и измерением всех без исключения затрат на протяжении рабочего дня или отдельной его части).

По команде Сергея Владиленовича Кириенко на базе второго блока строящейся Нововоронежской АЭС-2 был создан эталонный ПСР-блок. Это случилось в мае 2016 года. Соответственно, на этом блоке образцово внедрялись ПСР-стандарты, совершенно по-другому функционировал постоянно действующий оперативный штаб, который проходил в обее («боевой» комнате со специальной визуализацией проектов). Чуть позднее был создан и специальный ПСР-центр для этого. Были разработаны несколько фабрик процессов, организованы эталонные приобъектовые цеха, эталонные склады материалов. Осуществлялся конкурс «Лучшая бригада». Проводились заседания штаба по 5С. Была выстроена система обучения стандартам всего полевого персонала.

А вот как писала о внедрении ПСР на Нововоронежской АЭС-2 отраслевая газета «Страна РОСАТОМ». Приведу выдержку из публикации издания.

На площадке НВАЭС-2 есть учебный центр, оснащенный по последнему слову техники. Всем необходимым для атомной стройки специальностям здесь можно обучить с нуля. «К нам приходят люди сразу после школы, — рассказывает руководитель общестроительных работ учебного центра профподготовки рабочих атомной отрасли Михаил Свиридов. — Мы даем 40 часов теории и 40 часов практики, потом консультации. Человек сдает экзамен, получает разряд». Через год он может повысить квалификацию и получить следующий разряд.

Хорошие сварщики на атомной стройке на вес золота. Поэтому их учат дольше. «Две недели теория, а потом они две недели просто не вылезают из специальной кабины, где учатся варить. Если пришел переучиться, то нужно чуть меньше времени», — рассказывает Михаил Свиридов.

В центре учат, переучивают и повышают квалификацию всех специальностей, начиная от арматурщиков и сварщиков заканчивая наладчиками и инженерами. Кроме того, здесь осуществляется входной контроль всех, кто приходит работать на строительную площадку. «Человек, который хочет у нас работать, должен подтвердить свой разряд и квалификацию. Проходит тест, и при успешном прохождении мы даем ему разрешение на работу», — поясняет Михаил Свиридов.

В прошлом году в центре прошли обучение более 2 тыс. человек. В этом году цифра куда более внушительная — 4,5 тыс. В данный