Из Тени (Dragon Age) - Krilena

выходить из курительного салона. Ну а кто-то продолжит плести интриги, ведя всякого рода беседы. И где-то среди таких озабоченных и не очень переговорами будут бродить агенты Инквизиции, строгостью костюма и молчанием подчёркивая свою беспристрастную миротворческую роль. Да и сама знать пока не определилась как стоит к таким гостям относиться, поэтому большинство попыток агентов с кем-либо заговорить обычном заканчивались скупой чеканкой слов.

Безумец наблюдал за действиями Инквизиции даже с любопытством: ему интересно, как работает организация, которая сегодня при любых раскладах должна выйти победителем. По мере изучения, тихих перелётов от одного окна к другому мужчина нашёл того, с кем захотел побеседовать раньше, чем отправиться на поиски Канцлера.

Солас стоял в углу одной из галерей, опираясь на высокую вазу, почти незримо для всех участников вечера. Старый хитрец ничуть не смутился использовать своё происхождение себе же на пользу, поэтому и костюм он попросил сшить самым сдержанным, и себя назвал всего лишь слугой Инквизиции, а не полноправным её участником, экспертом не много не мало в вопросах Тени и Бреши, и забавный головной убор надел, чтобы свой статус утвердить. Этого было достаточно, чтобы в его сторону знать смотрела без интереса, а снующие туда-сюда слуги не особо таились в своём перешёптывании вблизи него. Однако окончательно войти в доверие к местным эльфам у него всё равно не получилось, потому что не выглядел Волк слугой в привычном понимании этого слова, как бы он себя ни называл. Взгляд его слишком острый и внимательный, бесстрашие перед знатью очевидно — он не трясся как другие эльфы, его голос не дрожал в ужасе, он не краснел, стыдливо пряча глаза, когда какой-нибудь лорд его окликнет, потому что думал, что его маленькую шпионскую игру раскрыли. Он был умиротворительно спокоен настолько, что такую маску на лице бога обмана не превзойдёт ни один здешний аристократ. Одновременно его происхождение и выделяло элвена из серой толпы слуг. Мужчина был слишком хорошо сложён, выше почти всех современных эльфов, что сразу бросается в глаза худощавым сородичам. И если в обычное время он уже научился скрывать свои отличия за тряпичной, лоскутной, мешковатой одеждой, то вот сегодня, наоборот, парадный камзол излишне подчёркивал его физические качества.

В своё время Солас бы этого и добивался, как и другие эванурисы — не зря костюмы каждого из них всегда были самым настоящим произведением искусства и предназначались исключительно для одного носителя. А сейчас это лишь ему мешало. Однако, по всей видимости, Волка это только задорило. Новые обстоятельства и трудности пуще разжигали его страсть к дворцовым интригам. Раньше сил и власти у него было столько, что соперничать с ним на равных могли только другие боги, а подобный узкий круг конкурентов и столетия однообразия способны наскучить даже неспешным в своём бессмертии элвен, зато сейчас перед ним непаханые края возможностей, и никто его даже не знает.

Однажды из блаженного пребывания в родной среде названного отшельника вывел стук по стеклу ближайшего к нему окна. Стук был достаточно громкий — некоторые господа обернулись, но хмыкнули и быстро потеряли интерес, не обнаружив источник звука. А Соласу и не нужно было искать ворона, потому что Канцлер заранее предусмотрела такую систему сигнализации между агентами Инквизиции и сторонним неожиданным союзником на случай, если последнему будет что обсудить. Эльф, в том числе зная эту несложную систему знаков, точнее стуков, напоследок окинул коридор пронзительным взглядом и направился в сторону ближайшей террасы. Многие наряды аристократов не предназначены для прогулок по ночной уличной прохладе, поэтому балконы нередко являются местом уединения, секретных бесед и пикантных встреч для тех, кого холод не отпугнул. Не зря они обычно обильно засаживаются зеленью. Поэтому найти пустующий балкон, где тайного союзника Инквизиции никто не увидит, мужчине трудов не составило.

Выйдя на террасу и оставив позади полное алчности общество лордов, Солас с удовольствием вздохнул полной грудью. Всё же было одно отличие сегодняшнего бала от того, к чему он привык, и заключалось оно в излишней закрытости помещений и слишком уж спёртом воздухе. Дворцы элвен более открытые, просторные и гораздо лучше соприкасаются с природной красотой и растениями, которые росли повсеместно, а не только в конкретных садовых зонах и горшках, которые размерами и высотой были больше того, что в них росло.

Вскоре неподалёку появившегося магистра Волк встретил с приветственной улыбкой. Безумец ответил теневому собеседнику с тем же дружелюбием.

— По всей видимости. ты наслаждаешься происходящим, — не мог не заметить магистр слишком уж хорошее настроение у своего знакомого.

— Мне нравится пьянящая смесь власти, интриг, опасности и секса, которая наполняет такие события.

— Очень необычно для…

— Эльфа? — с ухмылкой Солас предугадал, что хотел сказать тевинтерец, который, разумеется, не привык, что бы представитель рабской расы следил за балом как полноправный участник, а не просто подносил угощения. Но злобы в его голосе совсем не было.

Будучи перебитым Безумец какое-то время молчал, потому что эльф сказал точно.

— Отшельника, который посвятил жизнь изучению Тени, а не дворцовым интригам, — чуть позже маг усмехнулся сам и сделал вид, что изначально он другое имел в виду.

— Я изучаю не Тень, а то, что она мне покажет, воспоминания давно ушедших времён, которые впитали духи, — деловито поправил эльф, абсолютно никак не выдавая, что собеседник указал на очень заметное противоречие. — В том числе воспоминания о празднествах древности, которые принципиально ничем не отличаются от лживости происходящего в данный момент. Они всегда меня увлекали. Мне даже несколько жаль, что я не в центре сегодняшнего действа. Думаю, это был бы незабываемый опыт.

— Или тебя бы убили. Весьма забываемо, — хмыкнул Безумец, не оценив мечтательность в словах эльфа, поскольку всегда желал ровно противоположного.

— Или так. Но в том и азарт, — в свою очередь попытка ухода магистра от традиций общества, в котором он был рождён и прожил всю жизнь, Волка только забавила.

Они не соглашались с мнением друг друга, но принимали его без осуждения.

— Личина слуги Инквизиции оказалась эффективной? — спросил Безумец, вернувшись к делу. Хотя в его голосе была слышна издёвка отчётливо, когда он покосился на головной убор собеседника.

— Не особо. Всё же я мало похож на слугу. Однако местные эльфы ко мне заметно терпимей относятся.

— Охотней подливают в бокал?

— И угощают — тоже. В основном закуски здесь неплохи. Не так странны, как принято считать. Сладости особенно — советую попробовать.

— Увы, я незваный гость сегодняшнего банкета.

— Какая жалость. Зато ты свободен в своём перемещении, пока я, так уж и быть, невзрачным