Без лица - Фиона Макинтош

Денни погремел цепочкой и открыл дверь.

— Черт, как холодно! Можно надеть что-нибудь теплое? — с несчастным видом спросил Денни.

Эплтона несколько озадачила его просьба.

— Разумеется, но вначале я зачитаю твои права. — Проговорив скороговоркой положенную форму, он подозвал двух констеблей. — Присмотрите за ним. Денни, ты арестован только по подозрению. Даже не думай брыкаться. Эти парни могут скрутить тебя в бараний рог.

— Хорошо. — Он посмотрел на Эплтона. — Я ничего не сделал.

Тот вздохнул.

— Как скажешь, приятель. Одевайся быстрее. В участке я внимательно тебя выслушаю.

Когда Кам проходил мимо кабинета, Джек, не прерывая телефонного разговора, жестом попросил его задержаться.

— Да, сэр, — произнес он в трубку, — удачно съездить. — Он помолчал. — Я не хотел вас беспокоить, но есть подвижки в деле. Я пришлю вам по электронной почте. Да, конечно, если не дозвонюсь. — Снова пауза. — Хорошо, сэр, будет сделано. Всего хорошего. — Он положил трубку и победно воскликнул: — Ура!

— Хорошие новости, сэр? — спросил Кам.

Комиссар уехал на срочное совещание куда-то за город. Он, конечно, в бешенстве. А я выиграл немного времени.

Кам кивнул.

— Прежде чем скажете ему о Лили?

— Да, — вздохнул Джек. — Если и сегодня у нас не будет никаких результатов, я — труп.

— Задержаны парни, которые бросили фургон на стоянке. Оба клянутся, что ничего не знали. При аресте испугались так, что чуть в штаны не наложили. Готовы сотрудничать и все такое.

Джек оживился.

— Неужели сработала группа захвата?

Кам ухмыльнулся:

— Похоже, Джонстон тихо сдался.

— Кам, съезди туда. Парни из Бетнал-Грин знают свое дело, но нам тоже нужно допросить тех двоих. Они — наша единственная зацепка.

— А что насчет лодок?

— Я займусь ими. Еще я хочу посмотреть на места, где нашли два других трупа.

— Я скажу Малу. С ним вы быстрее справитесь. Местный инспектор подбросил нам несколько имен.

— Отлично. С кем поедешь в Бетнал-Грин?

— Наверное, с Анджелой.

— Хорошо. Попроси Кейт зайти ко мне.

— Секунду.

Кам испарился.

Кейт не заставила себя долго ждать.

— Ты можешь съездить в клинику Чана?

— «Элизиум»?

Джек кивнул.

— Нам нужно больше информации о профессоре и его бизнесе. Лучше, если ты поедешь одна. Поговори с персоналом. Тебя они не испугаются, может, сболтнут что-нибудь.

Она кивнула.

— Понятно. Уже еду.

— Давай. Мне нужна вся информация о делах Чана. Сегодня его не будет в клинике. Возможно, это тоже развяжет языки.

Джек достал телефон и набрал номер.

— Мал? Собирайся, мы едем на канал. Сегодня все в разъездах.

— Я готов. Когда выезжаем?

— Минут через пять.

Джек провел рукой по волосам. Он чувствовал, что ситуация понемногу выходит из-под контроля. Ему было жаль подчиненных, которым оставалось только поддерживать заданный темп. Повезло, что Шарп уехал, но удача была временной. Он колесует Джека, когда узнает, что он скрыл. Но Джек не мог допустить, чтоб его сейчас отстранили. Он чувствовал, как во все стороны побежали трещины. Что-то обязательно проклюнется. Может, два осла, которых взяли утром, расскажут что-нибудь важное? Нужно давить, давить сильнее, трещины будут расходиться все шире и шире, и тогда он узнает правду. Может, даже сегодня.

Перед выходом нужно было сделать еще один звонок:

— Я могу поговорить с доктором Брукс?

— Простите, сейчас она с пациентом. Чем могу вам помочь? — ответила секретарь.

— Пожалуйста, сообщите ей, что звонил старший инспектор Хоксворт, просил связаться с ним, когда она освободится. Или я сам перезвоню позже. Ничего срочного.

— Спасибо за звонок, старший инспектор Хоксворт. Я передам ваше сообщение.

Он взял пальто и шарф. Малик уже ждал его.

— Мал, скажи Джоанне, что мы уходим. — Джек помахал мобильным телефоном. — Но будем на связи.

Он подошел к столу Сары.

— Сможешь держать оборону?

Она усмехнулась.

— Конечно, сэр. Кстати, пока есть время, я хотела бы проверить одну вещь.

— Что именно?

— Это только догадка, но…

— Интуиция подсказала, — договорил он.

— Да, сэр.

— Хорошо, рассказывай.

— Эксперты еще раз проверили фургон. Я жду подробный отчет, но по телефону мне сообщили, что в машине не нашли ничего необычного. Только материалы, которые, как правило, возят с собой флористы. Единственная вещь, которая показалась мне необычной, — это чек, полученный где-то в районе парка Амхерст. Скоро я буду точно знать, что и где покупала жертва. Но потом я почему-то подумала о проститутках… это же Амхерст.

— И как это связано с «Пантерой»? — заинтересованно спросил Джек.

— Я пока не уверена, сэр. Но Амхерст — это совсем рядом со Спринг-Хилл, Уайтчепел. Большинство девочек, работающих там, из Восточной Европы. Они могут что-то знать. — Она пожала плечами. — Они близко общаются. Может, кто-нибудь что-нибудь видел или слышал. Как я уже сказала, это только догадки.

Джек кивнул. Пока ничего определенного, но он всегда доверял интуиции и блистательному уму Сары.

— Проверь. Посмотрим, куда это приведет. — Он обвел взглядом штаб. — Всем хорошего дня.

В ответ им пожелали удачи, и Джек с инспектором Маликом поспешили к лифту, махнув на прощание Джоанне. И тут они увидели Сарджу, который бежал им наперерез.

— Куда-то торопитесь? — поинтересовался Малик.

Сарджу слегка поклонился.

— Инспектор Хоксворт, все получили задание, кроме меня, вот я и подумал, что, возможно, тоже смогу чем-нибудь помочь вам.

Джек замялся:

— Ну…

Сарджу продолжил:

— Я думаю, все должны быть заняты и по мере сил помогать расследованию. Я услышал, что вы едете на Ли. Думаю, вам не помешает еще одна пара глаз и ушей. И если возникнет необходимость, я мог бы выполнять ваши поручения, сэр.

Джек кивнул.

— Разумеется. Если вы действительно хотите…

— Конечно. Прошу вас, позвольте мне помочь.

Двери лифта открылись.

— После вас, — сказал Джек.

Переводчик вышел, и Джек ощутил легкий запах нафталина, исходивший от костюма Сарджу. Костюм был далеко не новым, местами затертым до блеска. Сарджу выглядел усталым, но его энтузиазм был искренним. Хорошо бы все заразились от него трудолюбием.

На Виктория-стрит они на удивление быстро поймали такси и через десять минут уже ехали по Спринг-Хилл. По одну сторону была Ли, по другую — Клептон.

— Вы исповедуете ислам? — спросил Джек уже в машине.

Мал и Сарджу кивнули.

— Простите. Наверное, прозвучало грубо. Я хотел спросить: Сарджу, вы не против поездки в еврейский квартал?

Сарджу удивленно посмотрел на него.

— Сэр, у меня никогда не было подобных проблем.

Похоже, Джек сморозил глупость. Черт, он хотел быть политкорректным, а получилось наоборот!

— Хорошо.

— Знаете, в том районе живут влиятельные люди, — сказал Сарджу. — Я долго жил в Уайтчепеле, тут мой второй дом, если так можно выразиться. Мне нравилось гулять по берегу реки, а иногда мы с друзьями устраивали пикники.

Джек поймал себя на мысли, что слова Сарджу почему-то кажутся ему странными. Он не мог представить, что вежливый и тихий бангладешец веселится с друзьями в Стамфордском парке.

— У вас есть друзья среди евреев? — из чистого любопытства спросил он.

— Нет, друзей, пожалуй, нет. Просто знакомые. И среди коллег много евреев. Я работал в хасидской компании. Могу заверить, они вовсе не такие застенчивые и скромные, как многие считают.

Джек с удивлением посмотрел не него:

— А какие они?

— Ну, евреи кажутся тихими и скромными, потому что они очень скрытные. Честно говоря, их главное преимущество в том, что они всегда держатся вместе и никого к себе не пускают. Не поймите меня неправильно, они — мирные и законопослушные граждане, но мертвой хваткой держатся за свои традиции и живут почти что коммуной. Например, человек, который вам покажется скромным, рядовым жителем Лондона, внутри еврейской общины может обладать огромной властью и оказывать колоссальное влияние как на сверстников, так и на младших. Малик, вы из Пакистана, правильно? — Малик кивнул. — А я из Бангладеш. Но у меня есть друзья из разных уголков Азии и Европы. — Сарджу пожал плечами. — Да, я мусульманин, но не хочу замыкаться в собственном мирке или общаться только с бангладешцами. А живущие здесь хасиды, наоборот, хотят отгородиться от всего мира. Они себе на уме. У них запрещены межнациональные браки. Они строго соблюдают традиции и не позволяют телевидению, газетам, радио или Интернету влиять на их образ жизни.

Джек был поражен.

— Оказывается, я совсем ничего не знаю о хасидах! Ну, кроме того, что они носят одежду из позапрошлого столетия.