Без лица - Фиона Макинтош

— Странно, не правда ли? — вмешался Джек.

— Не нахожу ничего странного, — ответил Чан. Похоже, на этот раз Джеку удалось его задеть. — Я окончательно понял, что только Лили подходит на роль моей жены. Ее родители одобрили наш брак. Это был бы идеальный союз. Но я хотел, чтобы Лили решила все для себя.

От того, как отстраненно и спокойно Чан говорил о милой и страстной Лили, Джеку стало не по себе. Наверное, с той же интонацией внешней доброжелательности он говорил бы о чайном сервизе или фондовом рынке. Казалось, он нисколько не расстроен.

Когда Чан с тем же спокойствием произнес следующую фразу, инспектор на мгновение поверил, что профессор умеет читать чужие мысли:

— Мистер Хоксворт, что бы ни произошло, я всегда держу личные чувства при себе. Я никогда не поддаюсь эмоциям. Самообладание и выдержка — этого требует от меня профессия.

— Безусловно, — примирительно сказала Кейт. — Как часто вы виделись с мисс By? Меня интересуют последние несколько недель до ее смерти.

— Откровенно говоря, мы мало виделись. Она была занята, я тоже почти все время уделял работе. Прием пациентов, операции и консультирование отнимают массу времени и сил. К тому же нужно заниматься еще делами моей частной клиники.

— Расскажите подробнее о вашей частной практике, — попросил Джек.

— Я директор «Элизиума». Частная клиника расположена в двадцати милях от Лондона. Основная специализация — пластическая хирургия. Кроме того, это косметический и оздоровительный центр.

— Как часто вы там бываете? — спросил Джек.

— Раз в неделю, иногда — два. Это зависит от нагрузки в госпитале.

Сьюзан вошла с подносом. Все замолчали и в тишине наблюдали, как она расставляет приборы.

Джек дождался, пока она закончит и выйдет:

— Профессор Чан, в последний раз, когда вы видели мисс By, не показалась она вам встревоженной или испуганной? — Вопрос был ни о чем, к тому же Джек и сам мог на него ответить.

— Я несколько недель не видел Лили, но по телефону ее голос звучал естественно.

— Почему вы не виделись?

Джек прекрасно это знал, но все равно предпочел спросить.

— Я уезжал из страны.

— Вы как-то можете это подтвердить?

Чан вопросительно посмотрел на него. Его губы были плотно сжаты. Джек больше ничего не сказал, но взгляда не отвел.

— Инспектор Хоксворт, насколько я понимаю, вы подозреваете меня в смерти Лили?

— Под подозрением все, кто был близко знаком с мисс By, — спокойно ответил Джек.

— Сестра?

— Нет, но это…

— Мать?

Джек ничего не ответил.

— Отец?

— Мы будем допрашивать всех, — твердо ответила Кейт.

— Но начали с меня. Почему? Может, потому, что у Лили было срезано лицо?

Джек спокойно посмотрел на него.

— Профессор Чан, сейчас мои люди опрашивают всех продавцов на Брик-лейн, стучат в каждую дверь на Бетнал-Грин, ищут свидетелей на берегах реки, опрашивают посетителей «Сейнсбери».

— Мы также будем разговаривать с клиентами мисс By, ее друзьями и знакомыми, — добавила Кейт.

— Мы всегда начинаем с близких друзей погибших. Вы были ее женихом, к тому же вы — известный хирург. Разве не очевидно, что первым делом мы примемся за вас? — объяснил Джек, стараясь не иронизировать слишком уж откровенно.

Чан кивнул, по-прежнему сохраняя олимпийское спокойствие.

— Слишком очевидно. Я неглупый человек, инспектор Хоксворт, думаю, вы тоже. Во всяком случае, у вас достаточно высокий чин в полиции. Вы могли бы догадаться, что хирург моего профиля, замышляя убийство, не оставил бы столь очевидных улик.

— Поверьте, это слабый аргумент, — ответил Джек, все еще пытаясь сохранить тон спокойной деловой беседы. Он решил сменить тактику. — Профессор Чан, в отделении кто-нибудь знал, что вы собирались жениться на мисс By?

— Нет.

— Почему?

В ответ на удивленный взгляд профессора Джек пояснил:

— Я спрашиваю потому, что люди, работающие вместе, как правило, знают о личной жизни друг друга.

Чан посмотрел на Кейт.

— Инспектор Картер, у вас есть партнер?

— Нет, а почему это вас интересует? — Она украдкой взглянула на Джека.

— Я видел вас вчера вечером возле моего офиса.

Кейт нервно поправила волосы. Она тянула время, чтобы придумать ответ на выпад Чана. Джек вынужден был признать, что он — достойный соперник, но и Кейт тоже была не промах.

— Профессор Чан, не думаю, что это имеет отношение к делу, но я не знала, где находится отделение. Мне не хотелось опаздывать на встречу, поэтому я решила заранее побывать здесь. — Она пожала плечами. — Я живу недалеко.

— Очень профессионально, — свысока заметил тот. — Но вы не ответили на мой вопрос.

— Думаю, я не обязана отвечать.

— Я отвечал на все ваши вопросы.

Кейт вздохнула:

— Нет, я ни с кем не встречаюсь.

— Странно, а вчера я видел вас в компании мужчины.

Джек решил вмешаться.

— Какое отношение это имеет… — начал он.

— Простите, но имеет, инспектор Хоксворт, — прервал его Чан. — Я не хочу смутить вашу коллегу, но мне интересно, знаете ли вы о мужчинах, с которыми встречается мисс Картер?

Джек прикусил губу.

— Нет, не знаю.

— А у вас есть невеста? Жена?

Джек промолчал.

— Простите, я не хочу показаться любопытным. Разумеется, это ваша личная жизнь, которая остается за рамками работы. Я не посвящаю своих сотрудников в детали личной жизни, мистер Хоксворт. Впрочем, как и вы оба, похоже, не делитесь друг с другом новостями такого рода. Никто в госпитале не знал о Лили, кроме доктора Маартенса. Если бы мы были женаты и вместе участвовали в деятельности госпиталя или клиники, тогда Лили была бы частью моей общественной жизни и все знали бы ее как миссис Джеймс Чан.

Джека передернуло.

— А как насчет остальных директоров клиники? Кто-то из «Элизиума» знал о ваших отношениях с Лили?

— Если кто-то, кроме доктора Маартенса, и был в курсе, то узнал точно не от меня. Откровенно говоря, им абсолютно не интересна моя жизнь, как и мне — их.

— Понимаю. Скажите, у мисс By были враги?

— Нет. Думаю, что нет. Лили мало рассказывала о своей жизни. Она сама так захотела, и я уважал ее решение. Мы сошлись на том, что, пока она не наденет кольцо, каждый живет своей жизнью.

Джек похолодел, когда Кейт задала следующий вопрос.

— Я не хочу оскорбить память мисс By, — начала она, — но мы должны поймать убийцу, поэтому я вынуждена касаться неудобных тем. Учитывая ваше взаимное уважение к личной жизни, возможно, у нее были отношения с другим мужчиной?

Джек удивился, когда их собеседник воспринял услышанное с прежним спокойствием.

— Думаю, это справедливый вопрос. — Откинувшись на спинку стула и сцепив пальцы перед собой, он погрузился в продолжительные размышления и наконец ответил: — Вынужден признать, что не знаю. Даже если у Лили были отношения с другим мужчиной, я, скорее всего, не мог бы об этом узнать. Мы не отчитывались друг перед другом.

— Простите, — продолжила Кейт. Она говорила с сочувствием, но ее жесты выдавали совершенно иное отношение. — Но кое-что в вашем ответе не дает мне покоя.

— Что именно?

— Позвольте перефразировать вопрос. Вы подозревали мисс By в измене?

Профессор ни секунды не колебался:

— Да. Думаю, она встречалась с кем-то, но доказательств у меня не было и, по правде говоря, не было никакого желания их добывать.

«Холодный, как змея», — подумал Джек.

Кейт великолепно разыграла замешательство.

— Я могу спросить почему, профессор?

— Почему что? Почему я не злился? Почему предпочел ничего не замечать? Или почему я убил ее?

Кейт осеклась.

— Не волнуйтесь. Разумеется, я никого не убивал, — продолжил Чан, окинув ее ледяным взглядом. — Просто иногда лучше не знать правду. Когда молодая красивая девушка собирается стать женой человека, значительно превосходящего ее возрастом, ему не следует подозревать или обвинять ее в чем бы то ни было, он не может себе этого позволить. К тому же я слишком занят на работе, чтобы волноваться из-за вещей, которые все равно не могу контролировать, — добавил он.

— Ваши взгляды весьма необычны, — заметила Кейт.

— Я реалист и не строю воздушных замков. Если бы мы были официально помолвлены или женаты, возможно, я действовал бы иначе.

— Профессор Чан, вы осознаете, что у вас был мотив убить Лили By?

— Нет. Я не понимаю, почему сомнениям и смутным подозрениям, которые я всегда держал при себе, вы придаете такое значение.

— Потому что мисс By была беременна, — резко бросил Джек. Он надеялся, что хоть это пробьет ледяной панцирь Чана. Он хотел увидеть реакцию человека, который понял, что наказал за неверность самым чудовищным образом.

Чан несколько раз моргнул, но ничего не ответил. Он снова снял очки и тщательно протер их. Джек готов был взорваться от ярости. Когда Чан наконец заговорил, его голос дрогнул: