Кот, который жил роскошно - Лилиан Браун

Он медленно шёл домой. На сей раз разбитые ступеньки показались ему отвратительными, вестибюль – мрачным, жильцы – тоскливыми, а Красный – оскорблением человеческого достоинства. Коко, как обычно, встретил его у дверей; как обычно, протрусил в библиотеку, где как обычно, занял командное положение на томе Ван Гога, закрутив хвост в штопор.

– Что ты хочешь мне сказать? – спросил его Квиллер. – Это что, был любимый насест кота Винсента? – Мелькнула мысль о том, что перс был свидетелем убийства, и появилась довольно дурацкая мысль ещё разок сходить в галерею «Бессингер-Тодд».

Он позвонил, ему мгновенно ответили.

– Галерея всё ещё открыта? – спросил он. – Это Джим Квиллер из «Касабланки».

– Только что закрыл двери. Говорит Джерри Тодд. Чем могу быть полезен?

– У меня так и не выдалось возможности поговорить с вами о вещах, которые я мог бы выставить в моем амбаре… Я скоро уезжаю.

– Если хотите подойти, я подожду, – сказал дилер.

– Сейчас буду.

Квиллер сбежал вниз, посчитав, что так спускаться и быстрее, и безопаснее. Взяв такси, он через несколько минут очутился в галерее.

Дверь открыл Тодд:

– Вы быстро.

– Однако вы много что продали, – сказал Квиллер, обозревая пустые стены.

– Да, вернисаж удался, – весело подтвердил дилер. – «Едоки» ушли оптом в одни руки: их купила сеть ресторанов быстрого обслуживания. Они хотят повесить картины в центральном офисе, который займет целый этаж «Ворот Альказара». Вам что-нибудь понравилось на выставке?

– Честно говоря, для амбара я не увидел ничего подходящего.

– Может быть, если у вас много деревянных панелей, вам понравятся современные гобелены? У нас есть художница, разрабатывающая тему природы в абстракционистском стиле. Могу показать её работы – И он достал альбом цветных репродукций.

Квиллер, который на самом-то деле не испытывал ни малейшего желания переделывать старый амбар, был поражён и очарован.

– Какого они размера?

– Есть очень большие гобелены, они украшают гостиничные вестибюли. Глядя на такие масштабные работы, невозможно догадаться, что художница очень мала ростом. Вот её фотография.

Квиллеру понравилась лукавая грибообразная физиономия художницы.

– Ваше предложение стоит обдумать, – сказал он. – Я проконсультируюсь со своим архитектором.

– Уверен, он одобрит её гобелены. Ведь они скорее подчеркивают, а не соревнуются с архитектурой, а её восприятие измерений просто удивительно. Чувство цвета – потрясающее, и, естественно, она сама красит нити.

В этот момент в комнату вошёл, помахивая пушистым хвостом, сероватого цвета перс.

– Это Винсент? – спросил Квиллер.

– Да. Он принадлежал Дианне, и я его приютил. В моей "обители" кошек держать не разрешают, но он счастлив жить здесь, в галерее, да и покупатели его полюбили, – проговорил Тодд, пощипывая себя за нос.

Винсент, покачивая хвостом, с достоинством прошёлся вокруг мужчин.

– Как вы думаете, он не получил психологическую травму после инцидента в День труда?

– По-моему, нет. Когда Ди бывала не одна, она всегда закрывала кота в спальне. Ему нравилось валяться на водяном матраце, поэтому он не протестовал. Я даже купил ему маленький водяной матрац, когда он переехал в галерею.

– Серьезно? Где вы купили? У меня есть кошка, обожающая водяные матрацы.

– Я заказал его по каталогу. Если интересуетесь, могу достать необходимую информацию.

– Буду благодарен. Кстати, пока Винсент жил в «Касабланке», у него не было привычки сидеть на каком-нибудь одном альбоме?

– Только не он! Этот кот всегда искал самое мягкое место в доме.

Квиллер прокашлялся:

– Я вам кое-что должен сказать, мистер Тодд, и надеюсь, вы не будете на меня в обиде. Живя в пентхаусе, я обнаружил улики, говорящие о том, что Росс не убивал вашу бывшую жену и не кончал жизнь самоубийством.

Тодд сглотнул и нервно защипал себя за нос.

– И что же это за улики?

– Этого я сказать не могу, пока не поговорю с приятелем, работающим в отделе по расследованию убийств.

– Господи! Стало быть, всё начнется сначала: вопросы, расспросы… Но хватит с нас дурной славы! Смешно, меня знают не как директора галереи, а как бывшего мужа убитой женщины! Клянусь, есть люди, считающие убийцей меня!

Квиллер продолжил очень мягко:

– Как я понимаю, в тот самый праздничный вечер в пентхаусе состоялась вечеринка. Если вы на ней присутствовали и запомнили кого-либо из гостей, то это могло бы подтвердить некоторые мои подозрения.

– Да, я был там! – мрачно сказал Тодд. – Ди пригласила массу людей, включая девушку из газеты, поэтому я чувствовал себя просто обязанным прийти. Илана Тарг. Отвечает за культуру.

– В котором часу вы ушли?

– Примерно в десять. Хотел было уйти раньше, потому что один из приглашённых принёс пластинки с джазом, а я от джаза начинаю просто на стену лезть, но тут начался дождь, настоящий ливень. Начал протекать потолок, пришлось всем расставлять горшки и вёдра,

– Кто оставался, когда вы уходили?

– Ди с Иланой, Россом и ещё одним мужчиной из "Касабланки", играли в скрэбл. Несколько человек сидели в гостиной, выпивали, курили. Не помню, кто именно.

– Четвёртый игрок в скрэбл – как его звали или как он выглядел?

– Симпатичный такой… вылизанный… похожий на манекенщика.

– Что же, не буду вас больше задерживать, – сказал Квиллер. – Спасибо за помощь. Когда вернусь в Пикакс обязательно позвоню вам насчёт гобеленов. Думаю, мы договоримся.

Вернувшись домой, он переоделся, зажёг свет в галерее, наколол лёд в ведерко, поставил его на стойку бара, а чашку с кешью – на коктейльный стол.

– Пока ждём, может быть, поиграем в скрэбл? – спросил он Коко.

Кот только этого и ждал. (Неудивительно, подумал Квиллер, ведь он всегда выигрывает!) В этот раз Коко выбирал преимущественно малоочковые буквы типа «р», «с», «т», «л», «н», и Квиллер уже хотел было в очередной раз изменить правила, но тут бархатная лапка вытянула «ю», «п», «и», «е» – и Квиллер мгновенно составил «Юпитер», слово, принесшее ему четырнадцать очков, тогда как на долю Коко осталось лишь семь.

– Клянусь Юпитером! – обратился он к коту. – По-моему, мы прорвались!

В ту же секунду раздался неуклюжий удар в дверь. Квиллер смел фишки в коробку и отправился встречать гостя.

Бармен из пеннимановского отеля был до отказа нагружен кассетами и пластинками.

– Успокойтесь! – воскликнул он. – Я не собираюсь сидеть у вас несколько дней. Принёс всё, чтобы вы могли выбрать по вкусу.

– Заходите. Я вас давно жду.

– Знаете, неплохо! – сказал Юпитер, восхищённо обозревая прихожую. – И выходит прямо на террасу!

– Вы здесь никогда раньше не были?

– Не приглашали.

– Сейчас ещё увидите гостиную, – сказал Квиллер, открывая двери. – Стереоустановка прямо внизу. Давайте возьму у вас часть ноши.

Они перетащили записи в галерею и выложили их на огромный коктейльный стол. Гость, посматривая по сторонам, стоял в середине «бассейна», засунув руки в карманы.

– Думаю, вы досыта наелись грибами.

– Не трогайте грибочки, – сказал Квиллер. – После убийства эти картины покрылись золотой пленкой. Конечно, они не мои, я ведь только снимаю квартиру. Давайте выпьем. Что вам налить? – Услышав звяканье кубиков льда, в дверях появился Коко. – А вот и властитель замка.

– Симпатичный кот, – сказал Юпитер. – Куда лучше, чем все эти крысоловы, что носятся по дому.

Коко словно взбеленился, услышав сравнение с крысоловами. С этой самой минуты он принялся терроризировать посетителя. Но сначала выпил блюдце виноградного сока.

Юпитер взял водку со льдом, Квиллер налил себе содовой, и они расположились на огромном диване.

– Сегодня у меня угнали машину. Прямо со стоянки, – пожаловался хозяин гостю.

– Случается, – отозвался гость, пожав плечами.

– Жильцы этого дома как-то странно спокойно относятся к угону машин! – пожаловался Квиллер. – Даже старушки в вестибюле обсуждают ограбления так как у нас в Мускаунти обсуждают погоду.

Коко вспрыгнул на спинку дивана и прошёлся по ней, словно манекенщица по подиуму. Проходя обратно, он остановился, чтобы понюхать волосы гостя.

– Эй, что там такое?! – воскликнул Юпитер, шлёпая себя по затылку.

– Простите, – извинился Квиллер, спихивая кота с дивана. – Ему понравился ваш шампунь… А теперь расскажите, что случилось в гостинице…

– Сегодня об этом напечатали в «Прибое», и это больше не тайна. На последнем этаже в одном из номеров нашего отеля двух мужчин и женщину расстреляли из пистолетов. Говорят, это была казнь. Полагают, это как-то связано с наркотиками. Гостиницы подобные происшествия стараются скрыть, чтобы не отпугнуть туристов и людей, приезжающих на деловые встречи… Эй, что он делает?!

Коко сидел на коктейльном столе, пожевывая уголки конвертов, в которых лежали пластинки. Квиллер поддал ему по мягкому месту, отослав в другой конец гостиной, следующие десять минут кот провёл в молчании, демонстративно зализывая место, по которому его шлепнули.