Когда сбываются мечты - Эстель Альенде

– Наблюдая за проявлениями силы притяжения земли, я изобрел цепочные арки. Если такую арку перевернуть, – он взял карандаш и нарисовал изогнутую линию на бумаге, – то получается форма поразительной мощности. Когда конструкция сооружена при помощи таких арок, несущие стены не выпирают наружу, тем самым не нарушая гармонию, и не выглядят вздувшимися венами на теле здания.

Художница была поражена. Такое простое наблюдение сделало революцию в архитектуре. Поистине, этот человек гениален. Она, не отрываясь, смотрела на его эскизы и чертежи, в какую-то секунду почувствовав, что ее рот приоткрыт от изумления.

– Мы вместе с Гуэлем задумали построить церковь, чтобы она возвышалась над городом, говоря всем о том, что вера может творить чудеса, быть утешением во всех невзгодах. Только вера способна отвлечь человека от мирских забот и вознести его над суетой, злыми сплетнями и печалями. Исходя из своих соображений об идеальной форме арки, – продолжал Антонио, – я взял макет церкви, и перевернул его снизу вверх.

Девушка рассматривала необычную конструкцию.

– Каждую арку я сделал из железных пластинок, на концы которых привязал мешочки с дробью, чтобы создать давление, – пояснял архитектор. – Эти пластины и давали искомую мной форму, перевернув которую, можно получить идеально правильную арку.

– Ты – гений, – не в силах больше скрывать своего восхищения, выдохнула Селеста.

Антонио улыбнулся.

– Эх, если бы я был гением, я бы не допустил такой досадной оплошности. Я смазал пластинки свиным жиром, чтобы они были более эластичными. А местные крысы, эти прожорливые и безжалостные существа, не упустили возможность полакомиться и серьезно повредили весь макет, – он вздохнул. – Представляешь, месяцы упорных вычислений пропали даром, нужно было все начинать с самого начала.

Селеста пододвинулась к молодому мужчине, потиравшему больные колени, и обняла его. Ей хотелось утешить великого человека, отдававшего всю свою жизнь архитектуре. Она знала, что он не смог достроить величественную церковь, которую задумал, соорудив лишь основание, потратив на это пятнадцать лет. Эксперты считали эту постройку, которая выглядела необычайно хрупкой и способной обрушиться в любой момент, одним из идеальных творений Гауди.

– А почему опоры имеют такую странную форму? – спросила она архитектора, скользя взглядом по мощной колонне, отчетливо напоминающей ствол дерева.

– Когда я проектирую сооружение, я не люблю пользоваться обычной чертежной линейкой, – рассмеялся Гауди. – Зачем что-то изобретать, когда можно наблюдать за природой и просто копировать?

– Копировать? – насторожилась Селеста.

– Да, краски, которые я использую, повторяют цветы, которые росли в нашем саду в Руидомсе, где я родился. Я думаю, что у природы самые красивые геометрические формы, – воодушевленно рассказывал архитектор. – Многие художники во все времена использовали природные элементы для декора: бесчисленные листья, цветы, растительные орнаменты украшают фасады, колонны, капители, но я предлагаю идти дальше. Я уверен, что природа также обладает и отличными структурными возможностями. Именно их нужно использовать, чтобы создать совершенное здание.

Селеста искренне старалась следовать за его мыслью. Он заметил, что лицо ее затуманилось непониманием.

– Подумай, ведь дерево растет на протяжении многих десятков лет, и его не сломит ни ветер, ни снег, – он взял ее руки в свои. – Разве не это идеал, к которому стоит стремиться?

Селеста улыбнулась и кивнула.

– Надо же, я никогда не думала об этом, – ответила она.

– А кости нашего скелета? – продолжал Гауди. – Вот посмотри на меня, мои кости больны, и я не всегда могу подолгу стоять прямо. А ты, моя красавица, – такая стройная, и устойчивая, а эта дивная головка с копной черных волос, венчающих столь прекрасное произведение природы! Чем тебе не идеальный купол?

Она рассмеялась, а Антонио обнял ее и прижал к себе. Он слышал биение ее сердца, и оно наполняло его ритмом жизни. Так давно он не испытывал такого чувства восторга, жажды жизни и творчества!..

– Лайла, ты прекрасна, – прошептал он, нежно отодвигая прядь волос от ее уха. – Мне кажется, я влюбился в тебя, если только я еще на это способен.

Она прижалась к его щеке и ощутила прикосновение жесткой щетины.

– Это ты прекрасен, – сказала девушка. – Ты безмерно талантлив, нежен и чуток. И только немного колючий.

Она провела пальцами по его бороде. Он взял ее пальцы и поднес к своим губам.

– Скажи, мы еще встретимся? – спросил он, и Селеста удивилась его интуиции. На этот вопрос она тоже искала ответ. С ужасом представив, что эта встреча будет единственной, она затрясла головой.

– Ты не хочешь меня больше видеть? – истолковал ее жест Гауди. Он в отчаянии смотрел на нее.

– Сейчас мне надо возвращаться, но я сделаю все, чтобы мы увиделись снова, – сказала она. «Но я ничего не могу тебе обещать, мой прекрасный гений», – добавила она про себя.

Глава 17. Привидение

Привидение. Внешнее и видимое воплощение страха

Голова раскалывалась от напряжения, в висках стучало. Как можно скорее нужно было найти выход из сложившейся ситуации, но у него ничего не получалось. Филу казалось, что он идет на ощупь в кромешной темноте и не видит выхода из лабиринта. Неужели он запутался и ему уже не выбраться из паутины прошлого, которое он так старательно старался забыть. Из любого положения есть выход, даже из такого сложного, в котором он оказался. Ну почему именно сейчас, когда он в шаге от огромной суммы денег, славы, признания, сбывшейся мечты, прошлое прислало ему весточку?

Он ожесточенно тер виски, чтобы прогнать страх и панику. Пока его друг продолжал командовать на съемочной площадке, он вышел на улицу и закурил. Привычный городской пейзаж заставил его содрогнуться. Он снова видел все будто наяву.

Рейсовый автобус едет по дороге, днем пассажиров немного. Вообще в этом городе жителей – раз-два и обчелся. Но сейчас разгар рабочего дня, и те взрослые, которые работают, сидят в офисе, их дети в школе, а старики возвратились домой с покупками. Автобус едет медленно, но все же не настолько, чтобы успеть резко затормозить, когда внезапно мальчик лет двенадцати, еще минуту назад стоявший на тротуаре, делает роковой шаг. Ребенок остановил огромную машину, а тот оборвал ожесточенный спор.

Фил видел, как двое мальчишек дрались у проезжей части. Не на шутку разозлившись, один сорвал фотокамеру, висевшую на шее у другого, и бросил ее на дорогу, прямо под колеса едущего по маршруту автобуса. Оглушенный потерей, фотограф бросился спасать свой фотоаппарат. Раздался визг тормозов.