Сомниум - Юлия Шульц

Прямо на меня, освещенный синими лучами прожектора капсулы, надвигался силуэт человека. Мне было лень вставать и шевелиться. Я улыбался. Похоже, это была женщина. «Вот и все, начались настоящие глюки», — подумал я, пристально разглядывая незнакомку.

Моя узкая и жесткая постель располагалась под белым сводом. Тонкие рейки делили потолок на равные части, через которые просвечивал небосвод. Сейчас по крыше жилого модуля барабанил дождь, и жирные капли, едва приземлившись, тут же размазывались, а затем растекались по ее прозрачной поверхности.

Я повернулся на бок. Узкое помещение, заваленное всяким хламом, расширялось, переходя в серповидный зал: там была комната связи. За креслом у главного компьютера спиной ко мне сидела девушка в оранжевом костюме. По ее спине рассыпались кудрявые волосы.

Рэйна, в противоположность Малин, — жгучая брюнетка. В древности ее называли бы — «девушка испанских кровей». Ее темно-карие глаза блестели из-под широких изгибающихся бровей. Я уже не раз замечал, как она исподволь разглядывала меня, а потом загадочно улыбалась. Наверняка я скоро узнаю, какие мысли скрываются за этими улыбками, хотя мне это было не очень-то интересно. Мне не нравилось, как она важно морщила лоб, когда делала расчеты, и как оскаливались ровные зубы, когда я говорил какой-нибудь бред. Она вообще мне не нравилась.

В нашу первую встречу Рэйна долго пыталась убедить меня в том, что она не иллюзия. Мы потом хорошо посмеялись, вспоминая мою реакцию на ее появление.

— Нет, это не галлюцинация, Эрон. Я настоящая! Как и все, что нас окружает.

— Но зачем ты тоже здесь? — спрашивал я с наивностью ребенка.

Когда я все-таки поверил, что не один на Спеспереннис, она рассказала мне все.

— Это великий эксперимент! — с каким-то благоговением в голосе произнесла Рэйна. — Первые поселенцы Спеспереннис должны обладать высоким интеллектом и способностью выжить в условиях враждебной природы, чтобы своими руками построить будущее. Меня тоже недавно выпустили из тюрьмы. Женское поселение Куэнто находится в противоположной от Эль-Пасо части света.

Я тут же представил полуголых отважных девушек верхом на диких жеребцах.

— Меня готовили к полету на Спеспереннис. То же самое было и с тобой — мы избранные.

— Почему мы все еще в здравом уме? — спросил я, пытаясь уложить в голове услышанное.

Она засмеялась.

— Ты действительно думал, тебя отправят на Спеспереннис, чтобы ты потерял рассудок?

— Но ведь пыльца леграна несовместима со здравомыслием.

— Вспомни те бесконечные уколы, когда ты слег с тяжелой лихорадкой. Генетики создали вакцину, которая помогает организму выработать иммунитет к вирусу пыльцы. Эрон, тебе не грозит сумасшествие! Ты можешь свободно дышать.

Я не верил ни единому слову, но решил дослушать до конца.

— Так в чем смысл эксперимента?

— Ты разве еще не понял? В том, чтобы выжить!

— И все? — удивился я.

— И принести потомство! — ответила она, лучезарно улыбаясь. — У тебя отличные гены.

Помню, как этот ответ убил меня наповал, но теперь, поразмыслив, я понял, что более мудрого решения быть и не могло.

Из комнаты связи послышалась музыка. Рэйна и так громко стучала пальцами по клавиатуре, а теперь еще и подпевать начала. Я положил подушку на лицо, закрыв ею уши. У девушки был резкий писклявый голос.

Через несколько минут пение прекратилось.

— Эрон, вставай!

Я убрал подушку с лица, Рэйна в тревоге смотрела на меня из-за своего стола.

— Происходит что-то странное! — воскликнула она.

Я лениво потянулся в постели.

— Ну что там у тебя?

— Хватит валяться, иди сюда.

Я нехотя сел и потянулся к рубашке. Находу застегивая пуговицы и отпихнув ногой в сторону вчерашние носки, я подошел к компьютерному отсеку. Рэйна снова обернулась и нетерпеливо меня оглядела с головы до ног. Я был в одних трусах и полузастегнутой рубашке, но это совсем ее не смутило. Наверное, она привыкла постоянно находиться со мной в одном помещении.

— Показывай, — сказал я, перегибаясь через нее к экрану.

— Смотри! Межгалактические спутники не работают! Все спутники Земли тоже выведены из строя!

На всех компьютерах модуля светилось: «Связь с Землей потеряна».

Внутри меня что-то упало. Несколько мгновений я молча простоял без движения.

Сработало? Все получилось? Не может быть!

— Что ты думаешь, Эрон? — тихо спросила Рэйна, внимательно изучая мое лицо, пытаясь прочитать, о чем я думаю.

— Я не знаю. Очень странно, — задумчиво выдавил я, а в груди все клокотало.

Малин! Как она? Что с ней? Я тут же представил ее парящей на парашюте, прямо как Тодд Макмиллан в тот памятный вечер. Нет, не могу в это поверить. Мне стало страшно за нее. Черт! Что же я натворил?

— Система совершенна, она не может перестать работать! Как такое возможно? — начала причитать Рэйна.

Она облокотилась локтями о стол и положила голову на ладони.

— Не бойся, возможно, скоро все наладится, — соврал я, потрепав ее по волосам.

И что теперь? Дорога назад закрыта. Обиженный на весь мир гордец уж точно застрял тут навсегда. Мне стало не по себе, в голову закрались тяжелые мысли.

Рэйна запустила руку в свои длинные кудрявые волосы и долго их теребила. А затем, накручивая прядь на палец, начала разглядывать меня. Заметив, как я сник, она предложила веселым голосом:

— А давай поедим!

Минуту назад она чуть не плакала, а теперь, бросив укоризненный взгляд на мои голые ноги, широко улыбалась. У нас сложилось негласное правило: если один из нас дает слабину, то другой тут же берет себя в руки и принимает ответственность за второго на себя. Так мы поддерживали друг друга уже третий день в непривычной, чуждой нам обстановке. Маятник поддержки указывает на того, кто чувствует себя хуже. И, видимо, Рэйна решила, что сейчас он указывал на меня.

Расценив ее взгляд как предложение одеться, я наскоро застегнул рубашку и натянул джинсы. Мне хотелось побыть одному, но я согласился с ней позавтракать.

Мы прошли на кухню, и Рэйна открыла холодильник.

— Если капсула с едой не прилетит в назначенный день, нам придется экономить.

Она начала доставать контейнеры с завтраками и складывать их друг на друга в несколько рядов. Когда шестая стопка поравнялась с остальными, Рэйна закрыла холодильник. Она уселась на глянцевый пол и начала пересчитывать контейнеры.

— Ну что, скоро нам придется охотиться? — спросил я, улыбаясь. — Не могу дождаться, когда увижу тебя в действии!

— Нам хватит еды еще на девять недель, — сосредоточенно ответила она.

Я опустился на пол напротив нее. Она, поблескивая глазами, распаковывала «Ванильный полет». У нас оставался еще целый ящик таких пирожных.

— Не стоит начинать со сладкого, — буркнул я, но ее это не остановило.

Я развернул шелестящую глянцевую упаковку с куриным филе и прочитал: «Голубой слон». Приправив нежное мясо соусом «Пчелиный воск», я отправил его в рот. Наш спешный завтрак ничуть не отвлек меня от мыслей о Малин. Какого черта я все это натворил? Сидеть и продолжать себя грызть было бесполезно. Я посмотрел на потолок: дождь уже закончился.

— Ну что, отправимся изучать территории? — спросил я.

— Отлично! Сейчас я соберу вещи.

Я сел за руль в кабину камнехода, а Рэйна устроилась на заднем сиденье с огромным желтым рюкзаком, в котором было все на случай, если произойдет землетрясение, извержение вулкана или еще что-то экстраординарное. Она никогда не покидала стены жилого модуля без него и ругала меня за «бестолковую беспечность».

Я завел мотор, и машина, поднявшись с «колен», быстро поскакала вперед на высоких лапах. Лучшего способа передвижения по крупным камням и придумать было нельзя. Это чудо техники отлично справлялось со своей задачей. Но выглядело оно комично — как стальной неуклюжий птенец. До того, как я прилетел на Спеспереннис, Рэйна успела воспользоваться туристической капсулой для дальнего полета и по пути назад повредила ее о скалы во время парковки. Теперь стеклянный шар без дела «пылился» в ста метрах от нашего модуля, а мы были вынуждены застрять на близлежащих территориях.

Мы бодро бежали вперед по крупным валунам вдоль линии леса.

— Давай сегодня продвинемся дальше долины Гемикрании?

Я не ответил, задумчиво всматриваясь вдаль. Казалось, что из-за гор опускается пурпурный туман. Я бросил взгляд на Рэйну. Она увлеченно копалась в рюкзаке.

Теперь я здесь навсегда. И мне необходимо нести ответственность за эту женщину. Но, правда, лучше с ней, чем без нее. Как много еще нужно изучить и построить, а все, чего мне хочется, это лежать без дела целыми днями. Невзгоды последних недель отняли все мои силы. Наконец мы достигли Пандемониума. Вчера мы закончили изучение планеты как раз на этом месте. Отвесные скалы возвышались с двух сторон, образуя широкое ущелье. За ним, вдалеке на пустоши, чернело одинокое дерево.