Сомниум - Юлия Шульц

Я глубоко вдохнул, пытаясь собраться с мыслями, и тут же задержал дыхание. «Чертов легран!», — пронеслось в голове. Закрыв рукой нос и рот, я мигом запрыгнул в капсулу. Шлюз захлопнулся — теперь можно было дышать. Я лежал на сидении и в поисках респиратора открывал камеры хранения. На меня сыпались бутылки, тюбики с восстановителями энергии, медикаменты, но среди всего этого не было ничего для защиты дыхательных путей. Генетики не предоставили мне респиратор. Интересно, как скоро все начнется? «Согласно Системе, критическим сроком являются двадцать четыре часа контакта с зараженным воздухом. В этом случае человек бесповоротно теряет рассудок и свою самоидентификацию. Считается, что выжить в данном состоянии не представляется возможным…» — вспомнил я слова Тодда. Ну что ж, это даже к лучшему: глядишь, и не замечу, что отброшу коньки, ведь это буду уже не я.

Передо мной был выбор: забиться в капсулу, как трусливая мышь, поедая содержимое тюбиков с энергией, или открыть шлюз и столкнуться лицом к лицу со своим безумием. Исход в любом случае одинаков, разница только во времени его наступления. Я выбрал второй вариант — он показался мне не таким скучным как первый. Итак, пора действовать. Я стал изучать карту на дисплее. Позади, на юго-западе, за долиной Локус на экране отображалась лесная зона.

— Пойду туда! Надо все время что-то делать, чтобы не задумываться над тем, что я совсем один и скоро спячу, — сказал я сам себе.

Шлюз со скрежетом открылся, и я вышел наружу.

— Ну что ж, здравствуй, безумная планета!

Интересно, почему именно сюда меня высадили? Не самое живописное местечко… Я заметил вдалеке густую стену темно-синих деревьев и двинулся туда. Прогулка по камням отнимала немало сил, но я настойчиво пробирался вперед. Приходилось постоянно заглушать надоедливый голос внутри, который без конца повторял: «Какой смысл куда-то идти?»

Мои ноги мелькали на серых камнях. Небо выпустило пару пурпурных салютов и стало бледно-малиновым. Чужое солнце тускло светило сквозь мутную завесу мне одному. От мысли, что я единственный человек на планете, что-то съежилось в груди. Я закричал. Мой голос разнесся по всей долине без надежды быть услышанным.

— И что теперь? — сказал я тихо. — Для чего все это?

Вдруг плач начал душить меня, и я ускорил шаг. Глухие рыдания стеснились в груди и воплем вырвались наружу. В последний раз я плакал в тринадцать лет, когда попал в тюрьму. Кажется, безумие уже близко…

Низкие синие деревья находились теперь в нескольких метрах от меня. Интересно, как там сейчас на Земле? Вдруг мой вирус уже уничтожил Систему? Мне было тяжело на душе. «Ты можешь только разрушать!» — зазвенело воспоминание в ушах. Так кричала Малин в нашу последнюю встречу, и она была права. Я оказался неисправим, снова совершив то, что умел лучше всего. Но Система на Спеспереннис более совершенна, чем на Земле. Легран не позволит мне вмешаться в жизнь планеты, его яд быстро выведет меня из строя. Я вытер глаза.

Нужно все здесь изучить! С этими мыслями я зашел в синие заросли и начал разглядывать растения. Густо покрытые дрожащей голубой листвой, они в основном не имели никаких цветков или плодов. На некоторых стволах я обнаружил термитов, дорожками снующих вверх и вниз. Тут и там встречался одинокий легран. Воздух был свежим и прохладным, ветер пробегал по зарослям, шелестя листвой. Громко стрекотали какие-то насекомые, совсем как цикады в Эль-Пасо.

Лес становился гуще и выше. Я разводил руками ветки и вдруг наткнулся на крупный плод. Он был похож на гигантский орех в коричневой скорлупе. Я дотронулся до его поверхности. На ощупь она оказалась мягкой кожицей. Сверху находилось небольшое отверстие. От моего прикосновения странный плод пришел в движение, его стенки начали волноваться и деформироваться. Он стал слегка раскачиваться на своей мощной ветке. «Ну все, начинается», — подумал я. Вдруг со странным хлюпающим звуком из отверстия вылетел рой пузатых мошек. Я успел увернуться. Плод начал трескаться, из него вытекла жухлая мякоть. Это не очень-то походило на иллюзию. «Удивительно, как осторожно галлюцинации вплетаются в окружающую действительность», — подумал я.

Я отошел в сторону. Взбудораженные насекомые еще какое-то время беззвучно кружили над деревом, а потом скрылись в его густой листве. Начинало смеркаться. В воздухе промелькнуло что-то, напоминающее летучую мышь. Пора было возвращаться к капсуле, но я решил проверить опушку. Зеленые булькающие лужи, похожие на болота, сливались с травой. Густая жижа поднималась невысокими фонтанами и пузырилась. Вокруг болот все было усеяно малиновыми овальными ягодами, растущими на толстых желтых ножках. «Интересно, а это съедобно?» — подумал я, осторожно опускаясь на колени возле одного из растений. Я дернул, и ягода легко оторвалась.

Разломив ее пополам, я увидел пористую мякоть, из которой мощной струей брызнул желтый сок. По воздуху распространился тухлый запах. Морщась, я бросил ягоду и увидел, как толстый червь вынырнул из болота. Мигом заглотив добычу, он снова исчез в луже, обрызгав меня зеленой струей.

— Эй, друг, так нечестно, — сказал я и встал, вытирая лицо.

Пора уносить ноги, пока прыгающий в болотах червь не превратился в огромного монстра в моей голове. Я повернул назад, чтобы вернуться к капсуле.

Уже почти добравшись до выхода из чащи, я потянулся к ветке, заманчиво нависавшей на моем пути. Не успел я ее дернуть, как синие листья на ней пришли в движение и с шелестом полетели на меня. Они зашуршали и захлопали по лицу и рукам. Заслонившись, я сел на землю. Вскоре шорох утих. Когда я встал, крылатые листья снова сорвались с веток. На этот раз я не стал закрываться, и мне удалось рассмотреть маленьких синих птиц. Когда они, наконец, успокоились и сели на ветки, стоило немалых усилий разглядеть их на фоне синей листвы. Я замечал птиц только по их черным глазам-бусинкам. Эта галлюцинация мне показалась довольно симпатичной. Сняв с рукава тонкое синее перышко, я вспомнил об Энди с его длинным зеленым пером в волосах.

Я направился к выходу из леса и в тот же момент услышал за спиной протяжный звук, напоминавший вой земного волка.

— Какого черта, — выругался я вслух.

С наступлением темноты стрекотание приобрело оглушительную громкость. Почти добравшись до капсулы, я неудачно поставил ногу на камень и упал лицом вниз. Не успев сгруппироваться во время падения, я, как размазня, растянулся на камнях.

— Нужно было пройти весь этот путь и упасть именно в трех метрах от капсулы? — пробурчал я себе под нос и снова крикнул еще громче: — Какого черта!

Я перевернулся на спину. Порванная ткань обнажала разбитые колени. Интересно, сколько прошло времени с момента выхода на воздух? Должно быть, я нахожусь уже под серьезным влиянием пыльцы.

— Ну и ладно, — сказал я себе. — Пойду ночевать в капсулу, хватит на сегодня приключений.

Наступила ночь, но я не спал. Мысли о моей вечной ссылке не давали покоя. Я сидел на камне рядом с открытой капсулой и всматривался в темноту, освещаемую лучом синего прожектора. Чужие звезды блестели на темном небе. Они бросали холодный свет на призрачные горы и камни, которые застыли передо мной будто безобразные чудовища. Ветер усилился, и я увидел, как он гуляет по зарослям лаванды, создавая волны, словно это был бурный океан.

Так вот Она, свобода!.. Это блуждающий ветер вне времени и цели, без начала и конца, без дома и племени. Она точь-в-точь как мое одиночество, не имеет границ. Как странно все-таки теперь осознавать, что мне такая свобода не в радость. В безграничной свободе, так же как и в вечной молодости, нет никакой ценности: ведь их нельзя потерять. Я снова почувствовал предательские слезы. Какая же я теперь размазня! Все, чего я хотел, находясь в миллионах световых лет от дома, — это вернуться назад, в тюрьму цивилизации!

Я всматривался в пустоту и чего-то ждал по привычке. Откуда-то доносился приглушенный размеренный скрип. Галлюцинации давно не появлялись, поэтому я списывал странные звуки на ветер, запутавшийся в обломках старого жилого модуля. Его руины были обозначены на карте в нескольких киллометрах от места, где находилась моя капсула. Итак, пора вернуться к реальности. Сегодня я бездарно потратил время. Завтра первым делом отправлюсь на изучение обломков жилого модуля — там, возможно, получится обзавестись чем-нибудь полезным. Я достал из кармана тюбик и выдавил его содержимое в рот. Ананасовый вкус восстановителя энергии уже начинал набивать оскомину. Странный лязг становился громче. Вдруг со стороны гор я увидел угловатого великана. Со страшным скрежетом он массивными лапами шагал по камням. Я выдавил в рот остатки еды из тюбика и приготовился к представлению. Остановившись неподалеку от меня, металлическое чудовище присело, согнув стальные лапы в коленях. Его голова-кабина вдруг открылась, и оттуда кто-то вышел.