Похищение Цирцеи - Лив Стоун

Меня это не должно удивлять, ведь он глава психопомпов с звездной кожей. Он бывает гневлив, но у него мягкий характер, и он, без сомнения, нежный.

– Хочешь потанцевать? – предлагает он.

Киваю, возбужденная музыкой и окружающей нас атмосферой эйфории. Танатос хватает меня за руку и поворачивает к себе. Я смеюсь, когда нас поглощает толпа на танцполе. Напряжение улетучивается. Все беззаботно двигаются в такт. Настоящая отдушина! Я вернулась к тому, что так любила на Земле: к вечерам, когда танцевала и пела во весь голос. Мне весело, и я не одна такая, Танатос тоже веселится. К тому же он хорошо двигается!

Когда песня меняется, он просит разрешения приблизиться. Не раздумывая, позволяю ему. Если он собирается таким образом завоевать меня, то делает это профессионально. Он кладет свои руки мне на поясницу, мои оказываются на его торсе. Покачивание, в которое он вовлекает меня, навевает приятную истому. Я чувствую себя хорошо. Странно думать, что я танцую со Смертью. Я меньше боюсь ее. Она усмиряет меня, и я принимаю ее. Под Мадонну.

– Тан! – зовет голос в отдалении.

Я узнаю его сестру Керу, окруженную коллегами. Они делают ему знак присоединиться к ним.

– Иди, – подбадриваю я его. – Пойду, осмотрюсь. Можем встретиться позже.

Он в нерешительности прикусывает губу и в конце концов соглашается.

– Тебе следует поговорить с Ахлис, – советует он, указывая на бар в глубине клуба.

Я вижу богиню с матовой кожей и пышными черными вьющимися волосами. Не знаю, как умудрилась не увидеть ее. Конечно, мы находимся далеко от нее, но ее изумрудно-зеленые глаза невозможно не заметить, настолько они сияют.

– Зачем?

– Она встречалась с Гермесом и сможет ответить, почему он до сих пор не вернулся.

Я чувствую, как угасает мой энтузиазм. У меня нет желания общаться с бывшей Гермеса. Ахлис – богиня ядов, и работа барменом кажется неподходящей для нее. И все же занимаю место у барной стойки. Смотрю на бочки за ее спиной, наполненные пивом, и на разноцветные бутылки, из которых она делает коктейли, которые выглядят потрясающе: искрящиеся, дымящиеся, переливающиеся…

Черт, она настоящая секс-бомба! Что же в таком случае Гермес мог найти во мне? Не люблю обесценивать себя, но задаюсь этим вопросом, восхищаясь уверенной в себе Ахлис, переходящей от одного клиента к другому, и ее сумасшедшей харизмой. В прошлом ведьмы часто молились ей. Ахлис имеет тесную связь со всеми опасными растениями на Земле.

Песня меняется, и голос, раздавшийся неподалеку, заставляет меня подпрыгнуть.

– I was beeeat! Incompleeeete! I’d been haaad, I was sad and bluuuue! But you made me feeeel, Yeah you maaade me feeeel! Shiny and neeew!

Далеко не такая внушительная, как Сфено, Горгона поднимает голову и кричит во все горло, не оставляя никаких сомнений в ее личности. Кожа цвета хаки, змеи, извивающиеся во все стороны, клыки, сложенные крылья – она выглядит помято. Перед ней ряды пустых стопок.

– Like a virgiiiiiin! – продолжает она, рыдая.

Это привлекает внимание Ахлис, которая собирает бокалы, проходя мимо плачущей Горгоны.

– Эвриала, приготовить тебе кофе?

Она качает головой, не переставая петь, раскачиваясь на сиденье. Ахлис останавливается возле меня, ловя мой устремленный на нее пристальный взгляд.

– Каждый вечер одна и та же история. Судьба ввергла ее в это, – говорит она, пожав плечами. – Что будешь пить?

– I’ll be youuuurs! ‘til the end of tiiiiiiime!

– Э-э, ничего, спасибо, – с колебанием говорю я.

Если останусь здесь, знаю, что буду так же как и Эвриала, пить, чтобы забыться. Это в какой-то мере обнадеживает.

Ахлис склоняет голову набок.

– Ты ведьма.

Не знаю, как она догадалась, но киваю.

– Она ведьма и ждет Гермеса, – заявляет Немезида, появляясь рядом.

Она опирается на стойку с широкой улыбкой. Ахлис широко распахивает глаза.

– Ты ждешь Гермеса? – спрашивает с жалостью богиня ядов.

– Скажи ей, что это глупо, – настаивает Немезида.

Ахлис хватает бокал, ставит его мне под нос и наливает крепкий алкоголь, пахнущий гранатом.

– Пей. За счет заведения.

Сглатываю, чувствуя, как волна отчаяния сжимает горло.

– When you hold me, and your heart beats, and you love me…

Хорошо, что песня закончилась, теперь будет меньше поводов для беспокойства. Смотрю на стакан, не смея прикоснуться к нему.

– Помнишь, он говорил, что вернется? Кажется, сто лет назад, – продолжает Немезида.

– Он пролетает мимо, не появляясь здесь, – отвечает Ахлис.

– Он вернется, – говорю я со всей убедительностью, на какую способна.

Богини смотрят на меня, одна с состраданием, другая с нетерпением. Не хочу верить, что Гермес подвел меня. Даже несмотря на то, что во мне растет сомнение.

– Он бросил тебя, ведьма. Его место в Тартаре, – рычит Немезида, глядя на меня исподлобья, словно ожидая ответа.

Ахлис кладет ладонь мне на руку.

– Гермес очень привлекателен, но он не способен полюбить или привязаться к кому-либо настолько, чтобы вернуться сюда.

Она словно ударила меня прямо в живот. Меня начинает тошнить.

Неужели он действительно бросил меня? Он нашел себе другое занятие? Зевс дал ему новое задание?

Хватаю стакан. С таким же успехом могу выпить его содержимое. Что это изменит? Если Гермес не вернется, я обречена остаться здесь. Подношу его к губам, но в последний момент он ускользает от меня. Немезис проглатывает мой напиток.

– Ты надеваешь мое платье, я пью твой напиток, – говорит она, поставив стакан на стойку, и уходит.

Клянусь Гекатой, я испытываю к ней отвращение. Ахлис уже занимается другими клиентами, а Эвриала уперлась лбом в камень.

– Здесь все ненастоящее, – бормочет она.

Мне нужно подышать свежим воздухом. Пробираюсь сквозь толпу и добираюсь до выхода. Как только выхожу на улицу, меня охватывают холод и темнота. Наступила ночь. Правда здесь нет луны. Лишь несколько факелов освещают улицы. Присаживаюсь на корточки у стены, сбитая с толку. Я хотела отвлечься, подумать о чем-то другом, но вот я здесь, тону в сомнениях. Я никогда не была терпеливой, а Гермес мучает меня ожиданием.

– Держи, похоже, тебе это не помешает, – говорит пара, подошедшая к «Логову Ахлис».

Передо мной, на мощеную землю, падает обол.

– Я не прошу милостыню, – запоздало говорю я.

Пара уже пропала в клубе.

Тем не менее, теперь у меня есть обол. Беру его и встаю на ноги. Разве это не повод отправить новое послание? Почта может быть закрыта, но я могу попытать удачу. Похоже, у Диспут не очень регулярный режим.

Отправляюсь дальше по улице и возвращаюсь на музейную площадь. Герас закрывает пекарню, напевая. Стараюсь вести себя тихо, чтобы не привлекать внимания. Спускаюсь по узкой улочке к небольшой треугольной