Приключения Джека Баллистера. Отто Серебряная Рука - Говард Пайл

– Сядьте, Оливер! – ответил мистер Паркер, вытирая лицо рукавом. – Пэррот, уберите со стола карты и передайте сюда кости. Вот стакан, негодяй! – и он швырнул кости через стол. – А теперь объявляй ставку и делай бросок.

Все собрались вокруг этих двоих, чтобы понаблюдать за игрой, и некоторое время не было слышно ничего, кроме стука костей. Поначалу удача была на стороне мистера Паркера, и лицо Тича становилось все чернее и чернее. Но внезапно фортуна переменилась, и вот победитель терял уже все, что приобрел. Снова и снова бросал он кости, и снова и снова проигрывал. Он играл все более и более отчаянно, и его противник ухмылялся при каждом броске.

– Не играйте больше, Паркер! – крикнул Гарри Оливер. – Вам не везет, и вы уже слишком много потеряли.

Но мистер Паркер только оттолкнул советчика локтем и дрожащими пальцами сгреб кости. Наконец он яростно бросил кости и стакан, а капитан Тич хрипло расхохотался.

– Ну, с тебя хватит? – ликовал он.

Мистер Паркер холодно уставился на него, не удостоив ответом.

– Наши лошади готовы, Оливер? – спросил он, отодвигая стул и вставая.

– Да, ждут уже целый час.

– Тогда пойдем, уже почти утро.

Луна, приближавшаяся к своей последней четверти, висела на востоке, как сплющенный белый шар. Холодный воздух пах болотом и лесом. В чернильно-черных зарослях за окном неумолчно пели пересмешники. Черная Борода последовал за двумя джентльменами, когда они вышли из дома.

– Когда я могу встретиться с вами, чтобы вы расплатились за проигрыш, мистер Паркер? – спросил он.

– Поговорим завтра, – ответил мистер Паркер, ставя ногу в стремя.

– Но вы дадите мне какое-нибудь письменное обязательство, не так ли?

– Я сказал вам, любезный, что поговорю с вами завтра. Вы меня слышите? Завтра.

И два джентльмена растворились в ночи, оставив капитана стоять и смотреть им вслед.

Глава X

В неволе

На следующее утро после прибытия в Йорктаун Джек рано проснулся и поднялся на палубу. Солнце только что взошло, было ясно и безоблачно, и резкий, свежий ветер гнал волны, разбивавшиеся о стоявший на якоре бриг. Листва деревьев на берегу выцвела от ветра, и дым резко вырывался то тут то там из высоких кирпичных труб. В ярком утреннем свете город выглядел свежим и удивительно новым. Три судна, простоявшие в гавани всю ночь, тронулись в путь. Крики матросов, скрип и грохот блоков и снастей, когда паруса поднимались все выше и выше, отчетливо звучали над водой. Одна большая шхуна, кренясь от ветра, быстро и бесшумно проскользнула мимо «Арундела». Несколько матросов, столпившихся у леера, разглядывали «Арундел», когда их шхуна миновала бриг, но человек у штурвала – на нем была красная шерстяная шапочка с козырьком – смотрел только вперед, слегка наклонившись, как бы заглядывая под гик грота.

Несколько искупителей поднялись на палубу; у одного или двух из них, явно не забывших давешнюю суматоху и беспорядок, был нерешительный, запуганный вид. Внезапно Джек увидел помощника капитана, идущего к ним с кормы.

– Что вы делаете тут, на палубе! – крикнул он. – Разве вам не приказали сидеть внизу прошлой ночью? Сейчас же спускайтесь вниз и не смейте подниматься, пока за вами не пошлют; слышите?

Искупители, хотя и были угрюмы и подавлены, и не подумали ослушаться приказа помощника, и Джек вместе с остальными снова спустился вниз по трапу.

Было уже далеко за полдень, и Джек валялся на своей койке, когда в каюте появился Дред. Минуту или две он стоял, молча оглядываясь по сторонам, а затем, увидев Джека, поманил его к себе. Дред не произнес ни слова, пока они не оказались на баке.

– Агент прибыл с берега, чтобы забрать вас всех, парень, – сказал он. – Он сейчас в каюте у капитана Баттса, и через минуту или две за вами пошлют.

– Чтобы высадить нас на берег? – спросил Джек. – Внезапная острая боль сжала его сердце, за этим мгновенно последовал полный упадок духа, что сделало его почти физически слабым. – Чтобы доставить нас на берег?

Неужели это время в конце концов настало?

– Да, – сказал Дред, – теперь тебе придется сойти на берег, парень. Но посиди немного вон там, – и он указал на морской сундук. – Мне пришло в голову попытаться немного привести тебя в порядок. Я не хочу, чтобы ты выглядел как сброд, – и он мотнул головой в сторону третьего класса. – Ведь мы были друзьями, не так ли?

Он вытащил свою охотничью сумку и достал из нее иголку с ниткой. Он посмотрел на Джека исподлобья, а затем снова отвел взгляд. Джек не ответил на этот взгляд, он сидел с пересохшим горлом, его дыхание было горячим и тяжелым.

– Ну, тогда, – сказал Дред, – поскольку мы с тобой товарищи, я не допущу, чтобы ты сошел на берег словно отребье какое. Дай-ка мне свой камзол и жилет. – Он продел в иголку нитку и ловко натер ее воском. Джек снял с себя камзол и жилет, и Дред, не говоря ни слова, принялся чинить потертые и порванные края жилета. Джек молча сидел в одной рубашке, наблюдая за ловкими пальцами друга.

– Вот так-то будет получше, – сказал Дред, рассматривая жилет и все еще старательно избегая взгляда Джека. – Вот, возьми, – и он бросил его Джеку. – А теперь камзол. Я прекрасно умею штопать одежду, правда? Господи, какая дыра!

Последовало долгое молчание. Дред деловито зашивал камзол.

– Ну вот, – сказал он наконец, – что ты об этом думаешь? Ну, что ж, парень, когда-нибудь нам всем придет время расстаться, так какая разница, рано или поздно? Слушай, Джек, не создавай себе проблем. Будь хорошим мальчиком, и, думаю, с тобой будут обращаться достаточно хорошо. Ты еще очень молод, и пять или шесть лет не будут иметь для тебя большого значения, а потом подумай о том, сколько ты увидишь за это время. – Он говорил очень оживленно, тем временем аккуратно убирая иголку с ниткой.

Пять лет! Джек стоял и смотрел, как Дред роется в своей охотничьей сумке. Вскоре он достал пару крепких чулок.

– Вот, надень это, – сказал он, – те, что на тебе, все дырявые. Давай их мне.

Джек не осмеливался заговорить и начал молча переодевать чулки.

Внезапно на баке появился боцман и подал сигнал «все наверх». Джек и Дред тотчас поднялись по трапу. Капитан Баттс и агент стояли в ожидании, агент держал в руке небольшой пакет с бумагами. Джек окинул взглядом чиновника – высокого, худощавого мужчину, одетого