Песочные часы - Сергей Недоруб

Проскрежетав колесом на месте, Борланд рванулся вперед, наматывая колесами Ямахи последние метры, отделявшие его от возмездия. Араб отбежал в сторону и прыгнул с крыши на соседнее здание, пониже. Пулеметчик заметил сталкера слишком поздно, перестал стрелять и замер на месте. Перед тем, как протаранить его, Борланд заметил зловещее выражение на лице лидера мародеров и услышал прерванный в самом начале приглушенный крик.

Поравнявшись с краем этажа, Борланд перелетел на мотоцикле на крышу низкого здания, отшвырнув Капкана в воздух. Беспорядочно взмахивая конечностями, последний лидер мародеров Темной Долины упал с высоты третьего этажа на строительные блоки и торчащую арматуру. Громкий шлепок и облако пыли возвестили о конце его пути.

Борланд приземлился на крышу, взбивая колесами куски шифера и выруливая на бетонный участок. Ему удалось сдержать мотоцикл. Саид находился всего метрах в пяти перед ним, намереваясь спрыгнуть на землю, но пространство внизу быстро заполнили прибывающие бойцы «Долга», начавшие вторжение на территорию, как только пулемет замолк. Пуля из «грома» переломила кусок деревянной доски, выступающий с крыши, и араб отшатнулся, извергая проклятия.

Сойдя с мотоцикла, Борланд позволил ему проскрежетать по шиферу и скатиться с него вниз. Его рука медленно вытащила нож, пальцы легли в углубление на рукоятке. Саид вытянул перед собой кинжал, окрашенный кровью Патрона.

Борланд подошел поближе и выбросил руку с ножом вперед, оцарапав Саиду кисть. Араб попытался перехватить инициативу, потерпев неудачу. Тактика ведения боя с кривым кинжалом его не спасла — Борланд сражался настолько нетрадиционно, насколько это было возможно в данных условиях. Он попросту пренебрегал элементарными способами защиты и нападения, заменив их на полуимпровизированную систему боя на ножах нового уровня, которую сам же и изобрел. Сталкер после первого же замаха сумел высоко оценить фигурный нож Сенатора, поражающая сила которого помножилась на талант человека, выписывающего лезвием узоры в воздухе. Время словно замедлилось, окружающий мир исчез, фигуры стоявших внизу «долговцев» расплылись, и не осталось ничего, кроме Саида и опоры под ногами. Араб яростно размахивал кинжалом, но ни один его удар не достиг цели, а на каждое его движение приходилось несколько движений Борланда, которому, казалось, подчиняются законы инерции, меняя траекторию его выпадов произвольным образом, неизменно добавляя Саиду и его одежде лишний порез или укол. Не прошло и минуты, как араб выглядел как после тяжелой схватки с химерой. Паника стала одолевать его, холодные глаза сталкера, пронзающие его не хуже полосующего нестандартного клинка, красноречиво говорили, что пощады не будет. Еще несколько молниеносных ударов в сложной связке заставили Саида выронить кинжал, который Борланд сразу же подхватил в воздухе.

Саид отступил на самый край. «Долговцы» могли застрелить его, но исход боя был предрешен и без того. Борланд поднял оба клинка на уровень груди и заглянул Саиду в глаза. Энергия смерти и уничтожения, бьющая от сталкера, сломила волю араба, сведя на нет его желание жить и сопротивляться. Не осознавая собственных деяний, Саид повернулся и прыгнул вниз. Высота была небольшая, но «долговцы» не оставили ему шанса на побег. Короткие очереди из нескольких автоматов сразу изрешетили араба, отправив его душу на справедливый суд до того, как его тело коснулось земли.

Борланд подошел к краю крыши и посмотрел на поверженного убийцу. Измазанные лица парней в дорогом и профессиональном вооружении обратились к нему, одарив сталкера десятком мужских, полных уважения взглядов.

Последние «Воины Зоны» были побеждены превосходящими силами клана «Долг». Боевики клана начали зачистку домов, поскольку в многочисленных укрытиях могло остаться еще несколько десятков мародеров, не считая тех, которые оставались в разных уголках Зоны.

Но это уже была не та война, к которой Борланд имел отношение. Сталкер бросил вперед кинжал Саида, который упал рядом с телом своего хозяина, затем отошел от края крыши, спустился с другого конца и вернулся в здание. Ему оставалось лишь одно — найти Эльфа.

Он снова проделал весь путь наверх, направляясь в единственное помещение, которое могло послужить Эльфу укрытием, с учетом того, где Борланд видел его в последний раз. На третий этаж. Спокойствие, которого так жаждал Борланд, никак не приходило. Судьба заставила его разменять жизнь старого друга на смерть двух новых врагов, и эта сделка была нечестной во всех отношениях. Борланд ускорил шаг, затем перешел на бег. Ему хотелось поскорее все закончить. Он оглядел все пустующие комнаты, постепенно приближаясь к единственной существовавшей на этаже закрытой двери. Лежавший рядом автомат «Гадюка-5» свидетельствовал, что сталкер на верном пути. Нож Сенатора снова оказался у него в руке. Добравшись до двери, Борланд ударил ее плечом и зашел внутрь.

Увиденное заставило его замереть на месте и едва не выронить нож. Мир вокруг сталкера словно рухнул. Он попал в самую настоящую комнату, освещенную несколькими лампами дневного света. Стены из красного кирпича и пол были наспех заштукатурены, в наличии имелась даже мебель — шкаф, стол и два дивана. Лидеры мародеров явно любили комфорт. На диване, мертвый или же без сознания, лежал Эльф. Разбитое в кровь лицо было прикрыто длинными волосами. В центре, присев на край стола, находился Технарь, поглядывая на Борланда с презрительной усмешкой и поигрывая пистолетом в руке.

Борланд не мог какое-то время произнести ни звука, затем шумно выдохнул.

— Технарь? — спросил он. — Ты жив? Черт побери, ты жив!

— А что со мной станется, — сказал снайпер, пару раз крутанув пистолет.

Борланд перевел взгляд на Эльфа.

— Ты убил его? — спросил он.

— Нет. Зачем? Он мне нужен живым.

— Для чего? — спросил Борланд и замотал головой, приводя мысли в порядок. — Как ты выбрался?! Почему я об этом не знал?

— Потому, что ты идиот, — ответил Технарь.

Борланд поднес руку ко лбу.

— Что ты говоришь? — прошептал он. — Что происходит?

— А ты так ничего и не понял, — вздохнул Технарь.

Борланд прислонился спиной к стене, на его лице за несколько мгновений отобразилась вся гамма эмоций, доступная человеку.

— Ты, — сказал он.

— Я, — лаконично подтвердил Технарь.

В шумящей голове Борланда всплыли слова Капкана: «Тебя сюда наш осведомитель, который был в группе… Он знал, кто выступил исполнителем убийства моего брата… Он помог вам добраться до X-18 и позвал отряд Пинцета на перехват…»

— Ты дал мне винтовку, из которой я убил Лаваша, — произнес Борланд, крутя головой. — Ты активировал катушку при входе в X-18 и передал сигнал, что мы здесь. Ты всех нас сдал.

— Вот видишь, — сказал Технарь. — Можешь, когда хочешь.

— Ты понимаешь, что ты наделал? — спросил Борланд.

— Понимаю, и очень хорошо.

Технарь резким движением спрятал пистолет в кобуру на поясе и встал на обе ноги.

— Прости, но это нужно было, — сказал он. — Впрочем, тебе не понять. Ты всегда был и остаешься никчемным отбросом общества, все мозгокопания которого выглядят жалко. Единственное, на что тебя хватает, это избить до полусмерти парня в три раза слабее себя.

Он обернулся на Эльфа.

— Здорово ты его разукрасил, — похвалил он бледного Борланда. — А ведь он не бросил нас, когда показал вход в лабораторию. Он услышал выстрелы, затаился и попробовал пробраться к тебе, чтобы тебя освободить. А ты с ним так плохо обошелся. Нехорошо.

— Капкан говорил, — бормотал Борланд. — Он говорил, что в моей команде был его человек. Но я подумал на Эльфа.

— Ну конечно, на кого же ты еще мог подумать, — подтвердил Технарь. — Бедный Эльф. Для всех предатель. Нам здорово повезло, что мы его встретили, не находишь?

— Патрон погиб, — сказал Борланд, поднимая глаза на нового врага. — Его зарезал Саид.

На мгновение лицо Технаря исказилось в гримасе безысходности.

— Смерти Патрона я не хотел, — сказал он.

— Он погиб, — повторил Борланд, чувствуя, как осознание этого придает ему сил. — И в этом виноват ты. Мы все сражались и отдали бы за тебя свои жизни, Технарь.

— Значит, нужно было отдать их до конца, — проговорил Технарь, снова напуская на себя цинизм.

— Все кончено, — сказал Борланд, стараясь переварить новый поворот вещей. — Что бы ты ни планировал сделать для Капкана, он и его люди мертвы. «Долг» зачищает Долину.

— Я должен сильно огорчаться по этому поводу? — спросил Технарь.

— Они пристрелят тебя, как гласит их кодекс.

— А кто узнает? — Технарь снова указал на Эльфа. — Вот это создание избито и напугано. Но теперь оно может оказаться полезно. Все, что знает Эльф, это то, что тебя не убили, ты выбрался из камеры и напал на него. Какой, по-твоему, он сделает вывод? Кто именно предатель?