Полицейская Академия - Стивен Гуттенберг

Согласны,- ответил Колтон,- а мы действительно не будем после него выглядеть слишком пьяными?…

Хильер, взяв со стола два больших пивных бокала, разлил в них остатки рома. Потом плеснул туда пива, шампанского и сухого вина. Протянув бокалы полицейским, Хильер предложил:

– Ну, а теперь мы выпьем за то, чтобы 2-я

Полицейская Академия вышла победителем! Колтон и Робертc залпом выпили свои бокалы.

А почему вы не пьете?- заплетающимся языком спросил Робертc.

Я предпочитаю употреблять продукты в чистом виде,- ответил журналист,- хотя бы тот же ром…

Выпив еще одну стопку, Джордж Хильер отправился к редакционному микроавтобусу за телеоператором – он уже предвкушал скандальный сюжет о пьяных полицейских в вечернем выпуске своей программы…

Колтон и Робертc, пошатываясь, отошли от столиков. Лица полицейских были неестественно красны.

– Значит, так,- Робертc подтолкнул своего товарища в бок локтем,- значит, так: сейчас мы идем к капитану Харрису и докладываем, что этот Джордж Хильер…,-полицейский не успел окончить, потому что его буквально скрючило от рвотных спазм – через минуту он выблевал содержимое желудка прямо на платье проходившей рядом Мери Сьюзил.

Тут же где-то сбоку появился телеоператор с камерой. Рядом с ним суетился Джордж Хильер.

– Майкл,- кричал он оператору,- держи его в кадре, не выпускай! Так, хорошо, теперь, пожалуйста, дай крупным планом облеванное платье нашего мэра – так, так, хорошо, вон к ее рукаву прилипла помидорная кожура…

Глядя на мучения товарища, сблевал и Колтон – его жертвой стал проходивший мимо капитан Маузер. Хильер необыкновенно обрадовался удаче.

– А теперь,- скомандовал он своему оператору,- сними-ка вот этого, второго. Обрыганный с головы до ног коп – это же просто замечательно! Майкл,- наставлял он оператора,- пожалуйста, дай как можно больше крупного плана! Лицо, лицо его покажи – ему так неудобно, он так

расстроен… Майкл, лучше справа – у этой полицейской гниды такая отвратительная бородавка на щеке, надо, чтобы она обязательно попала в кадр!

Колтон и Робертc, мгновенно протрезвев, попытались было убежать. Заметив это, Хильер закричал:

– Майкл, а теперь сними-ка вот этих старых хронов

– это они обрыгали мэра и вот этого губастого мусорка… Куда же вы?- крикнул журналист попытавшимся было скрыться полицейским,- да куда же вы, ребята? Не убегайте, побудьте с нами! У вас есть редкая возможность попасть в наш выпуск теленовостей и таким образом обессмертить свое доброе имя!… Народ должен знать своих героев!

Медовый месяц Джона и Элизабет Насименто был в самом разгаре. Молодые не вылазили из постели – Джон предусмотрительно спрятал весь арсенал своей жены в другую комнату. Молодожены постоянно опаздывали на работу – не выспавшись за ночь, они появлялись в шестнадцатом полицейском участке с фиолетовыми кругами под глазами и, случалось, засыпали, едва усевшись в автомобиль. Впрочем, капитан Лассард, хотя и подтрунивал над супругами, относился ко всему этому более чем снисходительно: сложных участков для патрулирования Лассард им не назначал. По выходным, случавшимся дважды в неделю, Джон и Элизабет никуда не выходили, отдавая все время исключительно занятиям любовью.

В тот день – а это как раз был выходной – Джон, развалившись на кровати, смотрел телевизор. Элизабет, сидя на муже в позе наездницы, в это самое время ощущала, как его необыкновенно твердый, могучий орган достает ей прямо до шейки матки. Впрочем, занятие любовью не мешало ей одновременно читать свежий номер «Нью-Йорк Тайме».

– Послушай, любимый,- произнесла она, продолжая равномерно двигать тазом,- вот тут пишут, что этот ублюдок капитан Маузер назначен начальником 2-й Полицейской Академии нашего штата. Что ты на это

скажешь?

– Дорогая,- ответил Насименто,- какое мне дело до разных там ублюдков? Пусть он станет хоть Президентом

– нам-то с тобой что?

– Просто интересно,- сказала Элизабет и

перевернула страницу газеты. Джон взял ее снизу за ягодицы.

– Моя хорошая,- нежно произнес он,- моя хорошая, давай поменяем позу. А то я гоняю туда-сюда, никак кончить не могу. А потом все-таки – мне очень тяжело держать тебя на себе вот уже полчаса…

Элизабет улыбнулась.

– Так уж и полчаса! Я успела прочитать одну

только заметку! Джон попытался высвободиться из-под жены.

– Лиз,- начал он просительным тоном,- Лиз, дорогая, давай сменим позу… Войди в мое положение – мне все-таки очень неудобно…

Та съязвила:

– Как же, как же, ты хочешь одновременно трахаться со мной и смотреть по телевизору свой бейсбольный матч! Спорт тебе дороже любящей тебя жены… Вот они, современные мужчины!

– Но ты же читаешь газету во время акта!- слегка возмутился Джон.- Читаешь свою идиотскую газету про разных там ублюдков, и я тебе слова не говорю!…

Элизабет, как будто издеваясь, продолжала читать «Нью-Йорк Тайме» вслух:

– «Вчера вечером в районе Бруклинского моста был найден обезображенный труп мужчины двадцати пяти – двадцати восьми лет. Половые органы несчастного были начисто сожжены какой-то сильнодействующей кислотой. Полиция ведет тщательное расследование…»

– Видимо, этот парень засунул свою бадангу не в то отверстие,- высказал догадку Джон,- наверное, в шахне его избранницы было так много бактерий, что они скушали кукан бедняги полностью, безо всякого остатка. Мне кажется, микробы были очень голодны…

Элизабет, продолжая делать тазом равномерные движения, перебила Джона:

– А мне кажется,_голодными были отнюдь не микробы, а сама избранница того парня. Наверное, он слишком много себе позволял по отношению к ней…

– Например?

– Например – смотреть по телевизору бейсбол. Во время траха…

– Но чем тебе не нравится бейсбол? Что дурного ты видишь в моем увлечении бейсболом? Чем, в конце-то концов, он хуже чтения газет?

– Ежедневные новости – великая вещь,- сказала Элизабет.- Мы должны знать, в каком мире живем,- добавила она назидательно.

Джон, высвободив из-под задницы Элизабет одну руку, взял с тумбочки пульт дистанционного управления телевизора.

– Хорошо,- он переключил программу,- хорошо. Если мы действительно должны знать, что делается вокруг нас, мне кажется, я тоже имею право посмотреть

На экране появился Джордж Хильер.

– Сообщаем вам самые свежие новости,- улыбнулся он зрителям,- отложите ваши домашние дела и послушайте. Сегодня днем мэр нашего замечательного города Мери Сьюзил посетила обе Полицейские Академии штата. На своем выступлении в 1-й Полицейской Академии госпожа Сьюзил объявила, что через месяц одно из учебных заведений будет расформировано. Какое?- Хильер улыбнулся.- Это решит специально созданная общественная комиссия. К большому сожалению, встреча мэра с коллективом обеих Академий была несколько омрачена…

На телеэкране крупным планом появилась Сьюзил – лицо ее выражало ужас и отвращение. Скорчившись перед мэром города, какой-то тип в полицейской форме шумно блевал прямо на платье градоначальницы.

– Была несколько омрачена: один из полицейских, лейтенант Колтон, напившись до свинского образа и

подобия, своей блевотиной испачкал платье Сьюзил прямо на встрече. На пресс-конференции, данной по поводу этого события, отвечая на вопросы журналистов, мэр сказала, что платье, сшитое по специальному заказу у Пьера Кардена, стоит почти восемь тысяч долларов. Впрочем,- телеведущий улыбнулся вновь,- за этой безобразной выходкой последовала еще одна: лейтенант Робертc, видимо

– собутыльник Колтона, тут же облевал своего начальника, командующего 2-й Полицейской Академии, Маузера…

На экране появился заблеванный до неузнаваемости Маузер, затем – перекошенные от рвотных спазм лица Колтона и Робертса.

Джон и Элизабет в один голос расхохотались.

– Эта гадкая рожа Маузера неспособна вызвать никаких иных рефлексов,- прокомментировал сообщение телеведущего Джон.- Скажу честно, что если бы мне пришлось все время работать под его началом, я бы только и делал, что блевал на него!

Джон выключил телевизор.

– Ладно, отложи газету. Хватит смотреть и читать о разных уродах – а то скоро у меня совсем опустится и не встанет. Милая,- он нежно погладил ее грудь,- милая, давай поменяем позу…

Элизабет встала на кровати на четвереньки, а Джон, изловчившись, заехал ей сзади.

– О-о-о-о!- застонала Элизабет,- ты достал мне до самых гланд!…

В это время на тумбочке зазвонил телефон. Джон, не отрываясь от дела, поднял трубку.

– Алло? Элизабет повернула голову.

– Если это опять звонит та вонючая прошмандовка Джейн,- прошипела она,- я вырву у нее матку и заставлю проглотить! А у тебя, мой дорогой, просто откушу…

– Кому сделаешь хуже?- улыбнулся он,- простите, сэр, это я не вам,- произнес он в трубку извиняющимся тоном,- это я с Элизабет. Как у нас дела? Спасибо, все нормально,- Джон беседовал, не отрываясь от