Любовь дракона - Мэри Гилганнон

— Аврора! — Элвин ринулся ей на помощь, не успев даже снять обувь.

— Со мной все в порядке, — смеясь, сказала Аврора. — О, да вы только посмотрите на него! — захохотала она при виде Элвина, беспомощно стоявшего по колено в болотистой жиже.

— Я помогу вам, — серьезно ответил он, пытаясь дотянуться до нее. Аврора крепко схватила его руку и осторожно поднялась на ноги. Но потом снова упала, увлекая за собой Элвина. Глаза ее искрились озорством, и на какое-то мгновение Элвин подумал, что она задумала утопить его.

— О нет, не удастся! — воскликнул он, заключая ее в объятия. Аврора радостно смеялась, пока Элвин шагал по воде к берегу. Она пытливо заглянула ему в лицо, которое теперь было так близко от нее. Как же непохож он на Мэлгвина! У него такое гладкое и мягкое лицо — почти как у мальчика, а карие глаза слегка отливают золотым оттенком. Какими красивыми будут у него и Гвенасет дети, подумала Аврора, — малыши с золотисто-зелеными глазами!

Элвин так и не осмелился взглянуть в глаза Авроры, изучавшей его с пристальным интересом. Он сосредоточил свое внимание на том, чтобы побыстрее донести ее до берега. Но сердце его бешено колотилось. А когда на берегу он помог Авроре крепко встать на ноги, руки его тряслись.

— Вот ведь как бывает, — пробормотал он, выпуская ее из рук. — Теперь вы должны быть полностью довольны. Вы испортили мне обувь, а себе платье.

— Это старое платье, — отвечала Аврора. — Но что там ни говори, как же мало нужно, чтобы ваша королева почувствовала себя счастливой!

— Королева! Да вы больше похожи на девушку-грязнушку из деревни, которая вышла босиком поудить рыбу, — весело отвечал Элвин. Ему самому не верилось, что он может разговаривать с ней таким раскрепощенным тоном. Но Аврора сама подтолкнула его к этому. В ее присутствии он чувствовал себя свободным от всяких условностей и напрочь забыл, что она все-таки жена короля.

Аврора не придала никакого значения его дерзким словам. Она зарделась от удовольствия, радостно улыбаясь ему. А Элвину никак не удавалось отвести свой восхищенный взгляд от ее лица. Оно манило его своей свежестью, голубые глаза светились колдовской силой, губы чувственно вздрагивали…

Сама Аврора прервала это взаимное любование.

— Нам надо возвращаться, — сказала она, а потом мягко добавила: — Меня-то никто не ждет, а вот Элвина с нетерпением и любовью ожидает Гвенасет.

Не промолвив больше ни слова, они направились к лошадям. Ими обоими овладело чувство безнадежной печали. Они оба ощущали, что их дружеские отношения таят в себе опасность. Как прекрасно провели они этот день, но вряд ли бы сейчас решились желать его повторения.

15

На следующий день Аврора вновь приготовилась для прогулки верхом. Было облачно, долина казалась унылой и необитаемой. Аврора посмотрела на мрачное серое небо и решила взять с собой накидку — к концу дня скорее всего пойдет дождь.

Выехав из крепости, она начала спускаться вниз по холму и опять почувствовала тоску по дому…

На этот раз она твердо намерена совершить прогулку в одиночку. Приятно проведенное ею вчера время в обществе Элвина сегодня вызывало у нее чувство беспокойства. Она и раньше подозревала, что Мэлгвин по натуре собственник. И он явно не будет в восторге от ее дружбы с одним из его воинов.

Она направила лошадь к ближайшему озеру. На дороге, идущей вдоль берега реки, время от времени она останавливалась, очарованная россыпью цветов, наполнявших воздух благоуханием. Деревья в долине напомнили ей о садах ее отца, издававших пряный аромат осенью и источавших сладкий запах весной. Она очень сильно скучала по дому. Перед глазами у нее стояли привычные для родных мест белые камни, сверкающие под солнцем. Ей слышалось тревожное жужжание желто-черных пчел, чудился завораживающий запах зреющих абрикосов и груш. Здесь же садов не было. Здесь вообще не было ничего, что напоминало бы даже обычный город.

Добравшись до озера, Аврора удивилась, как сильно отличается оно от вчерашнего. Сейчас вода имела холодный зелено-синий оттенок, и даже крики чаек казались тоскливыми. Испуганная нахлынувшим на нее чувством печали, она быстро отвела взгляд от воды и направила лошадь к лесу. С любопытством озираясь, она въехала в мир дикой растительности. Этот лес был совсем непохож на леса в низине. Здесь росли главным образом темно-зеленые сосны и узловатые мощные дубы с искривленными стволами. Каменистую почву всюду покрывал сырой черноватый мох, со всех сторон слышалось журчание воды. Авроре показалось, что оно доносилось даже из-под земли — это было какое-то смутное таинственное журчание, как будто под землей перешептывались друг с другом волшебные духи.

Аврора въехала в глубь леса, надеясь отыскать водопад, о котором говорила ей Гвенасет. Деревья стеной окружали ее, было сумрачно, и глаза Авроры никак не могли привыкнуть к слабому освещению. Откуда-то появилось предчувствие встречи с чем-то неожиданным. Ею овладело ощущение неведомых колдовских чар, обволакивавших все вокруг, — такое же ощущение возникло у нее, когда она впервые стала подниматься в горы. Дуб у друидов был священным деревом, а эти узловатые древние деревья, казалось, росли здесь повсюду. Аврора подумала о кровавых жертвоприношениях друидов и вздрогнула от этой мысли. Кто знает, быть может, и в этой сырой и таинственной дубовой роще пролита человеческая кровь?

Авроре стало так страшно, что она наконец решила вернуться назад. Повернув лошадь, она постаралась найти тро пинку, по которой только что ехала сюда. Но на сырых листьях не осталось никаких следов, и Аврора не знала, едет ли она в верном направлении. И все же продолжала свой путь, хотя страх все сильнее пронизывал ее. Таинственный лес и сбивающая с толку извилистая тропинка, по которой она ехала, превращали этот страх в суеверный ужас. Вдруг ей показалось, что за ней кто-то едет, но, обернувшись, она никого не увидела.

Ее нехорошее предчувствие передалось, должно быть, и лошади, и когда какое-то маленькое напуганное лесное существо перебежало им дорогу, Пэти бросилась в сторону.

— Не бойся, моя девочка, — успокаивающе прошептала Аврора, похлопывая кобылу по шее. Но сама она отнюдь не была уверена, что нет никакой опасности. Волоски на ее шее стали странно топорщиться, сердце бешено колотилось. Она спешилась, чтобы лошади было легче перешагнуть через преградившее им дорогу упавшее дерево, покрытое древним лишайником, и тут услышала посторонние звуки, а не только шуршание себственных сандалий по влажным листьям. Она обернулась и вздрогнула от неожиданности — в нескольких шагах, внимательно рассматривая ее, стояла Эсилт.