Любовь дракона - Мэри Гилганнон

— Ну да ладно. Что же будем делать теперь, когда побережье на какое-то время в безопасности? — спросил Мэлгвин, принимая предложенный ему Абельгиртом бурдюк с вином.

— Конечно же, отправимся прямиком в мою Парадную залу, — улыбнувшись, отвечал Абельгирт. — Мои повара приготовили к твоему приезду особое блюдо. Как ты относишься к жареной лососине и угрям, сваренным в вине и масле?

— Как отношусь? Так чего же мы ждем?! — воскликнул Мэлгвин, впрыгивая в седло.

Легкий ветерок развевал волосы Авроры, примостившейся высоко на склоне крутой горы, которая возвышалась над Каэр Эрири. Она приходила на это место, откуда открывался великолепный вид, почти ежедневно после неожиданной встречи с Эсилт. Отсюда было рукой подать до крепости, и она чувствовала себя в безопасности под неусыпным взглядом сторожа у крепостных ворот. Вместе с тем здесь возникало ощущение отстраненности от жизни в Каэр Эрири, которая действовала на нее угнетающе. В крепости ей слишком неуютно. В течение всего дня в крепостной башне было жарко и душно, а за пределами палат на каждом шагу встречались занятые своими повседневными делами люди, вид которых напоминал ей о бесцельности ее собственной жизни. У нее не появлялось никакого желания отправиться на конюшню или в какое-либо другое подсобное помещение — а ведь она так любила это делать в Вирокониуме. Конюшня здесь была не такая чистая, как дома, а так как в крепости постройки тесно жались друг к другу и из-за этого она плохо проветривалась, от конюшни по всему городу разносился неприятный запах. Кроме того, размышляла Аврора, теперь она королева, и ей не пристало пачкать юбку в грязи, гоняясь за бездомной кошкой, или играть со щенком, как уже было однажды.

Она убегала сюда от одиночества и скуки. С собой она обязательно брала какое-нибудь шитье, чтобы создать впечатление, что она — как и все вокруг — тоже занята делом. Место было великолепным. Отсюда ей были видны пасущиеся поблизости лошади. Отсюда она слышала, как нервно воркуют голуби, свившие гнезда в укромных трещинах крепостных стен. Откуда-то сзади до нее доносились выкрики воинов, вышедших на учения и отрабатывающих боевые приемы. С этого удобного места открывался изумительный вид на всю долину. Вдали на полях работали крестьяне, похожие сверху на трудолюбивых муравьев. А в ясные дни на самом краю долины она могла даже видеть небольшую кучку монастырских строений.

В этом укромном местечке шитьем Аврора почти не занималась. Она главным образом напряженно размышляла, плетя венки из одуванчиков, которые в изобилии росли на горе. Мысленно еще и еще раз она возвращалась к встрече с Эсилт. Никому, даже Гвенасет, не сказала она об угрозах золовки. Ее замысел заключался в том, чтобы Мэлгвин отправил ее жить в какие-либо другие свои владения — подальше от коварной Эсилт. И Аврора все гадала, как же попросить мужа, не возбудив при этом подозрений? При разговоре с ним ей следует быть очень осторожной и искусной, чтобы убедить Мэлгвина, что помимо присутствия его сестры в Каэр Эрири достаточно иных причин для ее нежелания оставаться здесь. Аврора с нетерпением ожидала Мэлгвина и одновременно страшилась его приезда. Ей действительно очень не хватало его, но вместе с тем она и боялась своего мужа. Что сделает он с ней, если Эсилт успеет высыпать на него свои измышления и он поверит сестре?

Аврора, как всегда, сидела в своем укромном местечке, глядя на долину, как вдруг ее внимание привлекли приближающиеся к реке темные силуэты — Мэлгвин возвращался домой. Наблюдатель на крепостной башне еще не успел возвестить об этом, а Аврора уже бежала вниз, чтобы умыться и переодеться. Она хотела встретиться с Мэлгвином наедине и потому должна была прекрасно выглядеть.

Аврора встретила короля у крепостных ворот вместе с другими жителями Каэр Эрири. Мэлгвин смотрел на нее обожающими глазами, а когда спешился, сразу заключил в объятия и жадно поцеловал на виду у всех.

От такой теплой встречи с мужем Аврора почувствовала облегчение. И забыла бы обо всех своих переживаниях, если бы не присутствие Эсилт. Сознание того, что ее злобная золовка находится совсем рядом, не давало ей успокоиться.

Мэлгвин сразу занялся накопившимися за время его отъезда делами, и Аврора снова увидела мужа только во время вечерней трапезы. В Парадной зале все были радостными и чувствовали себя полностью раскрепощенными. Наверное, по этой причине и Аврора почти забыла о своем одиночестве, от которого так сильно страдала, пока воины находились в походе. Бэйлин шутил и резвился как мог, и даже Эврок вежливо улыбался ей. Не значит ли это, думала Аврора, что наконец-то они — воины Мэлгвина по крайней мере — начинают считать ее своей?

После трапезы Мэлгвина уже ничто не могло удержать в зале: он быстро пошел с Авророй в спальные покои. Она все еще не могла забыть об угрозах Эсилт, и ее явное беспокойство почувствовал Мэлгвин. После первых поцелуев он отстранился и вопросительно посмотрел ей в глаза:

— Что случилось, Аврора? — Она пожала плечами, не зная, с чего начать. — Но ведь наверняка что-то произошло, — нетерпеливо произнес Мэлгвин. — Мне кажется, ты даже не рада меня видеть.

— Это не так, — запротестовала Аврора, прижимаясь к мужу.

— Говори, женщина, — сказал он вкрадчивым голосом. — Расскажи мне, что беспокоит тебя.

— Это правда, что в Гвинедде помимо Каэр Эрири у тебя много других городов? — Мэлгвин кивнул. — Большую часть года ты живешь в Каэр Эрири или переезжаешь из крепости в крепость?

— Ну, по-разному бывает. В Каэр Эрири я стараюсь жить как можно дольше, но по мере необходимости я должен осматривать все свои владения.

Вопросы Авроры поставили Мэлгвина в тупик, и он уже начал раздражаться. С какой стати она спрашивает его об этом именно сейчас?

— А где буду жить я? — жалобно, с несчастным видом спросила Аврора.

— Ну, я-то хотел, чтобы ты оставалась в Каэр Эрири — здесь безопасно и есть все необходимые для жизни удобства. — Мэлгвин нахмурился. — Не собираешься же ты разъезжать вместе со мной — это ведь не женское дело.

— А я не хочу оставаться одна в Каэр Эрири — здесь недружелюбно ко мне относятся.

— А нельзя ли конкретнее?

— Местные женщины меня ненавидят. Они никогда не признают меня своей. И потом мне здесь просто нечего делать. К управлению домашним хозяйством меня не допускают, а от шитья и вязания я уже устала.

Мэлгвин, задумавшись, пытливо заглянул в глаза жены. Вид у нее был действительно несчастный, и он не исключал того, что в этом повинна Эсилт.

— Где же ты хочешь жить?

— Где угодно. На побережье, в любой другой крепости в горах — везде, где ко мне станут относиться не просто как к какой-то изнеженной сожительнице короля!