Софи. Перерождение - Аля Миррова

посуды, — их хозяин уже справился с нахлынувшими горькими воспоминаниями, и его голос звучал буднично и спокойно. Софи сосредоточилась на своем даре и, посмотрев в указанном направлении, увидела наполовину разряженный артефакт воды, искусно скрытый в нише. Собрав со стола кружки, девушка подошла к нему и активировала. Звук льющейся воды нарушил тишину замка. Помыв посуду, она вернулась к столу. Адриан и Вен уже расположились за ним, и граф успел откупорить одну из бутылок. Софи почувствовала тонкий аромат старого вина, исходящий от нее.

— Попробуй, — Адриан подал Софи кружку с напитком. Вен уже успел осушить свою и потянулся за добавкой. Первородный с усмешкой подвинул к нему бутыль.

— Ну как? — спросил он, заметив, что Софи пригубила напиток.

— Очень нежный вкус, несмотря на крепость. Мне еще не доводилось пробовать ничего подобного.

— Мы поставляли вина к столу самого короля, это был один из главных доходов имения, — Адриан отпил из своей кружки и взглянул на Вена. Тот уже приговорил бутылку и теперь мирно спал, уронив голову на стол.

— Гляжу, современная молодежь ничего не понимает в хорошем вине и совсем не умеет пить, — ирония в голосе графа давала понять, что он вполне освоился в новых для него обстоятельствах и готов действовать.

— У него был тяжелый день, — вступилась за друга Софи, — к тому же гибель друзей плохо на нем сказалась.

— Да, неудобно получилось. Вы все-таки спасли меня и моих сородичей, а ваши друзья даже подарили нам жизнь, пусть и ценой собственной, — Адриан вздохнул, — ничего не поделаешь, такова природа первородных. Нас сложно убить, магическое истощение и отрубание головы — единственное, что способно по-настоящему уничтожить нас. Но маг-истощение, как видишь, не всегда срабатывает, — по губам графа пробежала злая усмешка, и его глаза сверкнули гневом, — они заплатят за это, за каждую загубленную жизнь, за каждый день, что я провел в этом склепе.

— Я не совсем поняла, если первородного все же можно убить, то почему ваши враги не сделали это сразу, когда у них был шанс? Зачем нужно было оставлять вас в живых, пусть и в заточении, ведь всегда есть опасность, что компания авантюристов рано или поздно доберется до склепа?

— Возможно, все дело в том, что убей они нас сразу, как об этом тут же узнали бы все первородные страны. Такой выплеск энергии смерти сложно не заметить. Нас, в принципе, не очень много, но кланы поддерживают ментальную связь, и если бы целый клан вдруг выпал из общего поля, стало бы понятно, что дело тут не чисто, а так наши энергии продолжали находиться в ментальном пространстве, медленно угасая.

— Но разве у вас не было верных друзей, которые могли бы приехать вас навестить и увидеть, что произошло? — Софи искренне не понимала, как это могло получиться.

— Замок сгорел, а земли, скорее всего, перешли другому собственнику. Возможно, в высшем свете все было представлено, как несчастный случай или бунт клана против короля. И поскольку смертей среди первородных не было, значит они живы и просто покинули государство. Такое бывало и раньше, когда целый клан снимался с насиженного места и уезжал в другую страну. У ментальной связи есть недостаток, на больших расстояниях она хуже работает, да и загородиться от нее легче. Возможно, все решили, что мы больше не хотим поддерживать связь с обществом. Я, правда, не знаю, но я намерен все выяснить и восстановить наше доброе имя, — Адриан сжал кулаки.

— Вы помните, что произошло в тот день? — Софи закусила губу и осторожно посмотрела на графа. Это было опрометчиво погружать первородного в тягостные воспоминания, но пусть лучше его гнев выплеснется сейчас, чем он затаит злобу, которая станет разъедать его и помешает осуществлению его планов мести. Она по-прежнему не верила в байки про некроманта, и ей хотелось услышать его версию тех событий.

— Я помню каждое мгновение того проклятого дня, — голос Адриана дрогнул. Он глубоко вздохнул и начал рассказывать.

Его клан был одним из самых молодых кланов королевства. Примерно за сто лет до событий той осени, Адриан принял решение перебраться в эти земли. В западной империи, где он жил до этого с семьей, разразилась страшная гражданская война, и все родные Адриана, поддерживающие императора, так или иначе погибли, защищая корону. Но тщетно, силы были не равны, и власть императора пала. Долг был исполнен, и больше защищать было некого. К тому же пришедшие к власти мятежники принялись активно выслеживать и уничтожать остатки приверженцев императора.

Адриан оставался последним представителем рода. Чтобы не допустить гибели клана, Адриан приобрел земли в их королевстве у разорившегося барона, чем перешел дорогу местному герцогу, который претендовал на эти владения. Погруженный в заботы о своих сородичах, Адриан был далек от человеческих интриг. Он встретился с королем и, получив от него титул графа и заручившись поддержкой, принялся устраивать быт своего небольшого семейства.

Его страстью и семейным делом было выращивание винограда и производство вина. Благоприятный климат данной местности и лучшие сорта винограда, привезенные с собой, а также умения и навыки клана принесли богатые плоды. Уже через несколько лет они стали главными поставщиками вин к королевскому столу. Их вино ценилось у высшей знати, и даже были поставки в соседние государства.

Главной ошибкой Адриана стал его затворнический образ жизни. Хлебнув дворцовых интриг в прежней жизни, Адриан совсем не жаждал погрузиться в это снова. Он редко появлялся в обществе, не поддерживал связей с инквизицией и мало общался с первородными этой страны. Однако это не спасло его от проблем, напротив именно это и стало причиной того, что в день нападения на замок он остался один на один с превосходящими силами врагов. Ему не к кому было обратится за помощью, и никто не стал его разыскивать после трагедии в замке.

В тот день был традиционный праздник по случаю окончания сбора урожая. Все представители клана вместе с семьями собрались в замке их хозяина, чтобы отметить это событие. Нападавшие хорошо изучили их обычаи и верно все рассчитали. Одним ударом им удалось не только заточить в магический плен всех первородных клана, но и уничтожить их семьи, которые в большинстве своем были обычными людьми. Первородные могут вступать в союзы с людьми, и от этих союзов даже рождается потомство, но чаще всего ребенок в таком браке будет