Плохой день в Блэк Роке - Михаэл Ниалл

Попивая из чашки маленькими глотками, Макреди подошел к окну, чтобы взглянуть на то, что делается на улице. В ослепительном свете утреннего солнца Блэк Рок был в точности таким же, как и вчера: достаточно внешне обшарпанным, грустным, погрязшим в пыли. Однако сегодня на главной улице городка было множество народа. Люди шумно разговаривали, обсуждая последние новости и события ночи. Одна группа собралась перед магазином папаши Дельвечио, другая — перед тюрьмой и кабинетом шерифа Хорна. При появлении полиции штата масса любопытных сгрудилась вокруг прибывших. Часть жителей собралась и перед домом Вели, но тот поспешил их удалить.

Вскоре Макреди пришлось провести четверть часа с сержантом полиции, парнем деятельным и умным. Он был наполовину солдат, наполовину ковбой, но флик до кончиков ногтей. Он сообщил, что уже беседовал со Смитом, который признался во всем, уточнил заодно и адрес самого Джое Макреди, чтобы он мог выступить свидетелем в суде, если возникнет такая необходимость.

Макреди поспешил покинуть отель, удивленный появлением массы людей на улице Блэк Рока. Видимо, новость об аресте богача и всесильного владельца ранчо Трипл Бар уже широко распространилась вокруг, она привлекла даже крестьян и рабочих из ближайших поместий. Повсюду виднелось немало припаркованных машин.

Плотно стоявшие вдоль улицы люди обменивались разными сведениями и домыслами, но никто из них не выказывал никакой враждебности. Их ошеломило то, что свершилось здесь, в Адобе Велл и в самом Блэк Роке. Сейчас Макреди их понимал и не осуждал. Он ведь тоже выглядел несколько ошалевшим, когда спускался по ступенькам отеля.

Толпа вежливо расступилась, чтобы дать ему пройти. Когда Джое Макреди проходил в последний раз, как он сознавал, по улице городка, ему навстречу выскочил доктор Вели и засеменил рядом с ним.

— Гастинг уже вывесил соответствующий флаг, чтобы остановить «Стримлинер», — сообщил он.

Макреди удовлетворенно кивнул головой и продолжил свой путь.

— Процесс будет проходить в Волф Сити, — сообщил доктор последние новости. — Я увижу вас там?

— Только если у следствия появится во мне нужда, — задумчиво ответил Макреди.

Вели несколько замедлил ход, начав волочить ноги. Было заметно, что он внутренне колеблется, бросая взгляд на толпу, с любопытством следившую за ними.

— Есть еще одна вещь, Макреди… — тихо проговорил он, — …которую я хотел бы у вас узнать…

В эти минуты послышался нарастающий глухой шум поезда.

— Вот он! — воскликнул Вели. Цепко схватив Макреди за рукав, он вопросительно посмотрел на него.

— Вы хотите о чем-то спросить у меня, док?

— Ничего особенного… — замялся Вели. — …Вот только… эта медаль… Медаль сына Мишу Комако, героического Джимми Комако, я хочу сказать! Не могли бы мы получить ее?

— Вы?! — недоуменно спросил Макреди, уже вступая на перрон вокзала. Он резко остановился при этих словах. — Кто это «мы»? И для чего?

— Что же, отвечу! Мы — это люди Блэк Рока, все эти люди, — он жестом указал на толпу: — Многие жители Блэк Рока — Тим Хорн, я, Пете, папаша Дельвечио с женой и все остальные. Даже, может быть, люди из Трипл Бара…

Шум и гул на рельсах усилился. Вот и Гастинг выскочил на перрон и прямо-таки задрожал, увидев вблизи себя Макреди. Можно было заметить, как вдали сверкали лучи солнца на красной с серебром арматуре приближающегося «Стримлинера».

— Гастинг тоже этого хочет? — спросил Макреди, не скрывая насмешки.

Вели проглотил слюну, преодолевая смущение, потом кивнул головой:

— Да, Гастинг тоже.

— А почему вам нужна медаль Джимми Комако, его боевая награда?

— Потому… — проговорил Вели, бросая обеспокоенный взгляд на приближающийся поезд. — Потому что… мы в ней очень нуждаемся! — наконец выпалил он. — Это будет для всех нас то, за что мы будем бороться. Сейчас город Блэк Рок полностью разложен, Макреди, как если бы попал под бомбы. Может быть, нам удастся его восстановить…

— Да, существует немало городов, которые снова поднялись, — услышал он в ответ. — Но это зависит, в первую очередь, от самих людей, которые в них живут.

— Это как раз то, о чем я хочу сказать, Макреди!

Уже вблизи вокзала появился «Стримлинер», извергающий клубы пара. Он замедлил ход, увидя флажок для остановки, вытянулся во всю свою сверкающую длину вдоль городка и замер на месте.

— Я настаиваю, Макреди, — не отставал Вели. — Нам очень нужна медаль! Она поможет нам помнить о старом Комако и его сыне… О Лиц Вирт, наконец! Она наверняка помешает нам снова оступиться, повторить прежние ошибки.

Из поезда выскочил на перрон один из проводников и вопросительно посмотрел вокруг, ища взглядом пассажира.

Макреди сделал шаг вперед и поднял руку. Проводник жестом пригласил его войти в вагон, спросив с улыбкой:

— Вы наш путешественник?

Макреди кивнул головой, быстро опустил руку в карман и вытащил оттуда плоскую коробочку, которую протянул Вели. В ней была военная награда Джимми Комако.

— Спасибо, Макреди! За все вам спасибо! — взволнованно проговорил маленький доктор.

Взгляд Макреди остановился на толпе любопытных, затем на окнах домов Блэк Рока, в которых виднелись прижавшиеся к стеклу лица. В последний раз он бросил взгляд на городок, который так недоброжелательно принял его, и резко повернулся к нему спиной. Подойдя быстрым шагом к вагону, он протянул проводнику свой чемодан и вошел внутрь. Здесь, в коридорчике, находился начальник поезда, который удивленно смотрел на толпу. Он с недоумением спросил у вошедшего Макреди:

— Что это за манифестация? Здесь что-то случилось или вас провожает столько людей?

«О, опять новые вопросы… Когда же они прекратятся?..» — с досадой подумал Макреди, но громко ответил:

— Просто городские события!

«Стримлинер» уже набирал ход, снова окутанный паром.

— Я так и подумал, что здесь что-то происходит или произошло, — продолжил начальник поезда. — Не могло не произойти какое-то событие, если наш поезд в первый раз за несколько лет произвел здесь остановку.

— Нет, во второй раз, — поправил его Макреди, проходя в купе.

Начальник поезда удивленно проводил его взглядом.

«Крепкий парень! — подумал он. — Видимо, не стоит особенно его задевать… И не очень-то вежливый… Даже не повернулся в сторону мест, которые покидает, не сказал им „прощай“!»