Два цвета неба - Нина Лукинова

П. С. Иди в любую сторону, Сила подскажет дорогу. И еще, Налана, реально то, во что веришь».

— Реально то, во что веришь… — повторяю последнюю фразу письма, в животе вновь противно заурчало голодным зверем. — Вряд ли жареные ребрышки появятся от того, что буду их представлять, — хмыкаю я, пряча записку в карман куртки. — Сам бы так попробовал, — бормоча, поднимаюсь на ноги. Больше нечего делать, кроме как идти вперед, сквозь жар песка и палящего солнца, навстречу неизвестности, что я и делаю.

4

Эта пустыня хуже всего, что может привидеться в самом страшном кошмаре, наверное, так чувствует себя угорь, варящийся в собственном соку. Ноги проваливаются в проклятый песок, мешая двигаться, утопая в нем, как в болоте. Палящее Солнце над головой будто раскаливается все сильнее, почувствовав в безжалостных лучах новую жертву, первую за долгие годы. В пещерах не обнаружилось следа пребывания людей, хотя могла и не заметить в кромешной темноте, но не думаю, чтобы еще какой-нибудь отчаянный дурак решился бы пересечь пустыню. Только я, потому как нечего терять.

Прошлый мир остался в другой жизни, в другом измерении или на круге Ада, от бесконечной жары мысли начинают путаться. Возвращаться некуда, в темноте лежит только смерть. Хотя и на солнцепеке не лучше, если не найду еду и воду превращусь в иссушенную креветку. Зато здесь есть свет Солнца, есть куда стремиться- в таинственный Город. В любом случае, надежда умирает последней, даже когда шансов нет, до конца будешь надеяться на чудо, что случится нечто волшебное и спасет тебя. Появились же в моем кармане фонарь и нож!

Песок забился в сапоги, противно царапая голую истерзанную кожу. Пыталась пойти босиком, но быстро пожалела об этом, земля под ногами раскалена до предела. Чувствую мозоли и разливающееся в ступнях тепло от прикосновения к грубой коже обуви, в страхе понимаю, что дело обстоит не лучшим образом. Наверняка раны на пальцах и пятках стерлись до мяса, все усугубляет песок, вызывая жжение. Всю жизнь страдала от проблемы с обувью, вот и теперь мучаюсь.

И как назло в этой проклятой пустоши нет ни намека на воду, а Солнце с каждым часом палит еще сильнее, выгоняя из тела пот бурным соленым водопадом, заливая глаза и нос, оседая на губах и стекая ручьем по спине. Обмотав голову Эльвириной курткой, безвольно плетусь уже несколько часов, да кому нужны эти часы, время потеряло значения, став изменяться границами звучащих песен в голове, которые пытаюсь вспомнить, или сводится до монотонного счета шагов. Раз- два-три- четыре. Раз- два-три- четыре…

Обмотать голову кожаной курткой была не лучшая идея, понимаю это через пару сбившихся в голове мелодий, застрявших где-то на середине. От нее еще жарче, и начинает не хватать воздуха, но и нести в руках не выход— они безвольно болтаются плетьми вдоль туловища. А снимать майку на такой жаре не очень предусмотрительно. Возможно, здесь была ядерная война, и повсюду пары радиации. Моментально превращусь в вареного рака, в лучшем случае, поэтому повязываю ставшую тяжелой кожу на талии. Радует только то, что светлые волосы не так сильно притягивают Солнце, значит, продержусь немного дольше, невольно усмехаюсь этой мысли, выдав короткий жалкий смешок осипшим голосом. О чем я думаю?! Надо о чем-то, иначе сойду с ума от жары.

Мысли путаются, ноги начинают заплетаться в тягучих песках, хватая их словно смертоносные плети все сильнее с каждым шагом, будто пустыня удерживает меня, мешает, как думающий организм. Словно бы в этом песке живет некий древний разум, Бог песка, не желающий, чтобы покорили его творение. А может у меня тепловой удар и бред, а тело бредет на автомате. Здесь возможно все! Реально то, во что веришь. Сейчас бы не помешало чудо, хоть крошечное…

Замечаю что-то впереди, блестящее в слепящих отсветах, черный камень, кажущийся крошечным вдалеке. Ноги невольно ускоряют шаг, пару раз падаю лицом в песок, заплетаясь, похожая на перевернутого на спину краба. Но поднимаюсь, продолжая двигаться быстрее. Мир сузился до приближающегося черного камня, отбрасывающего неясную тень. «Только не окажись миражом, только не окажись миражом!» — бьется в голове мысль, когда подбегаю к одиноко стоящему валуну в царстве песка. Жадно охватываю его бегающим взглядом, и несмело касаюсь темной стороны. Хвала небесам, настоящий!

Прижимаюсь разгоряченным телом к каменной прохладе, отдыхая в его спасительной тени. Как хорошо, долгожданный отдых, можно немного отдохнуть от солнцепека и двигаться дальше. Тень достаточно длинная, чтобы полностью поглотить меня, поэтому осторожно вытягиваю уставшие от долгой ходьбы ноги, приваливаясь к нему спиной, и закрыв глаза, моментально проваливаюсь в сон.

Проснулась я через несколько часов, когда последние лучи Солнца лениво скрывались за горизонтом, освещая песок в нежно сиреневый цвет, переливаясь на небе розоватым переливом с короткими золотыми всполохами разбрызганными красками. Яркий диск солнца скрывается за горизонтом в считанные мгновения, погружая мир в полумрак, а небо в вышине уже начинает приобретать насыщенный темный оттенок, еще контрастирую с остатками сиреневого света возле земли. Закат в пустыне красивое зрелище, стремительный и яркий, благословенный час прохлады на границе лютого холода. Скоро наступит морозная ночь, такая же смертоносная, как жара. Раз не изжарилась днем, то замерзну теперь… Пустыня решила окончательно меня доконать.

Чувствую, что начинаю немного дрожать, как же резко сменилась температура. Голова оправилась после жаркого дня, и от холода понимаю, что ужасно хочу есть, слыша громовое бурчание в животе. Натягиваю куртку, пытаясь согреться, вновь продолжая путь. Все же меня больше привлекает холод, чем жара, легче двигаться, когда нет адского фонаря солнца. На резко почерневшем небе появились первые звезды, крупными ягодами свисающие над головой. Яркие, большие, такие знакомые… «Может, это последние звезды, которые вижу в жизни…» — посетила печальная мысль. Невольно залюбовалась их далеким светом, теперь не кажущимся надменным ледяным сиянием, как в другой жизни, кажется бывшей годы назад. Сейчас они словно даруют поддержку, надежду. «Мы верим в тебя, Налана.» — говорят они с далекого небосклона.

— Помогите, укажите путь, — чуть слышно прошептала я, не сводя глаз с неба. И тут одна звезда начала падать, казалось, совсем рядом коснувшись земли, или сгорев в атмосфере. — Это знак? — спрашиваю пустоту, проследив взглядом направление, и не дожидаясь ответа, отправилась в ту сторону, немного взяв вправо. — Реально то, во что веришь. Так отчего бы не верить в знаки… — сказала сама себе, кутаясь от начинающего подниматься ветра, треплющего волосы на манер медузы Горгоны, к тому же ветер дует в спину, немного упрощая путь, подталкивая к цели. Еще один знак! Пока неплохо.