По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 2 - Ольга Камышинская

замке с таким именем никого нет.

– Больше похоже на прозвище… – оживилась Вивьен. – Луго?.. На древнем божественном это означает помощник. У Жуста был помощник?

– Ну… я ему всегда помогал. Но я не брал книг.

– А кого ещё он мог называть Луго?

– Да кто ж его знает?..

Путанными коридорами они возвращались в келью. Ланир нес связку книг в руках.

– Не думал, что получится так глупо, прости. – сказал он извиняющимся голосом.

– Ты не виноват, что меня кто-то опередил…

– А главное, книги такие… Кому они могли понадобиться?

Вивьен мысленно с ним согласилась. И, правда, кому? Ну черная магия еще может кого-то заинтересовать, но вот абелиты… Про них мало кто знает. Зачем кому-то понадобились о них сведения?

– Ланир! – окликнули хранителя с другого конца коридора. – Пойдем, ты мне нужен!

– Я занят, Элан! – не оглядываясь, ответил Ланир.

– На пару минут. Это срочно.

Хранитель вздохнул и остановился, передал книги Вивьен.

– Держи. Иди в мою келью. Прямо до конца коридора, потом свернешь налево вниз по лестнице, и там снова до конца и повернешь направо. Запомнила?

Вивьен повторила одними губами его слова и произнесла вслух:

– Вроде да.

***

Кажется, где-то она всё-таки свернула ни туда.

Вивьен остановилась в размышлениях, как поступить: пойти искать хоть кого-то и спросить, как пройти к келье Ланира, или остаться здесь стоять и ждать, когда кто-то мимо пройдет?

Ее размышления нарушил слабый старческий голос.

– Эй, послушник, подойди сюда.

Вивьен оглянулась.

Дверь кельи позади нее была открыта, возле нее, держась за ручку, стоял седовласый старец, сутулый и дряхлый, в свободной серой рубахе до пола со шнуровкой у горла.

– Найди мне Элана. – сказал он и зашелся в сухом кашле. – Чего стоишь? Ступай!..

Вивьен не двинулась с места.

– Понимаете, я тут первый раз и … – капюшон свалился с головы, она подошла ближе и уже собиралась всё честно объяснить и спросить про келью Ланира, как старик, едва глянув на нее, побелел, отшатнулся, замахал в ужасе руками и закричал:

– Сайянара?! Ты?!Ты!.. Откуда?! Пошла прочь! Прочь!.. Вернулась, змея! Как посмела?! Это ты! Ты сгубила его! Я там был ни при чем! Только ты!

Он вдруг захрипел, схватился за сердце. Вивьен кинулась помочь ему, но он засипел из последних сил:

– Прочь! Прочь!.. Не подходи! Не смей!

Потом старик побелел, у него подкосились ноги и он завалился на пол, изо рта пошла пена. Вивьен оттолкнула его руки, мешавшие прикоснуться к нему, рванула ворот рубахи на тугой шнуровке, чтобы облегчить ему дыхание, пустила целительскую магию в его тело.

Но износившееся, больное нутро не принимало благую силу, и старания Вивьен оказались напрасны, изможденное болезнью тело уже сотрясали последние конвульсии. Старик начал затихать, руки его ослабли и упали на пол, глаза закатились.

Сердце стукнуло раз, другой и… остановилось.

От ошеломляющей стремительности произошедшего Вивьен растерялась и бессильно опустилась на пол рядом с бездыханным телом, наклонилась над ним, прислушиваясь. А вдруг он еще дышит?

Он не дышал.

Она закрыла старцу выцветшие, устремленные в потолок, глаза, не задумываясь, расправила на нем разорванный ворот, словно это имело какое-то значение. Неожиданно из прорехи вывалился кулон на длинной, тонкой цепочке, звякнул об пол у шеи умершего.

Вивьен глянула на поблескивавший амулет и удивленно замерла, не поверив своим глазам, потянулась к нему и взяла в руки, разглядывая.

Сомнений не осталось.

Это был тот самый артефакт силы, который она в прошлом году делала по заказу Гильдии и путь которого по Алгее они с Шайен Терром пытались безуспешно отследить.

В коридоре послышались шаги.

– Эй! Кто-нибудь! Сюда! – крикнула Вивьен, не в силах подняться.

Почти сразу в дверном проёме появился Ланир.

– Вивьен, ты почему здесь? А что с лордом Горлумом?..

***

В утренние часы на краю рыночной площади у Мамаши Беаты народу бывало немного. Ран любил сюда захаживать хотя бы раз в месяц, кормили здесь всегда вкусно.

Но сегодня он пришел сюда на важную встречу.

Как обычно, заказал похлебку, мясо с кровью и выбрал дальний столик в углу, откуда открывался отличный обзор всей площадки, где собирался поесть, выпить и потрепаться о жизни, поделиться новостями и последними сплетнями разношёрстный народец, как местный, так и заезжий. Не зря же стряпня Мамаши Беаты славилась на весь Урсулан и его окрестности.

Ранвальд в ожидании харча сел на шаткую скамью за грубо сколоченным столом и осмотрелся.

За соседним столиком из толстой глиняной кружки потягивал хмель и обгладывал свиное ребрышко неприметный патлатый хмырь, тощий, как жердь. Он уже был здесь, когда пришел Ран.

Чуть поодаль, тоже в одиночестве, разместился императорский гвардеец, видный, породистый оборотень. Он с волчьим аппетитом наворачивал похлебку и, ухмыляясь, плотоядно поглядывал на сочную помощницу Беаты, которую звали Диной. Девка и правда была загляденье, молодая, шустрая, яркая.

Через два пустых стола от Рана сидела веселая и пока еще не слишком задиристая компания местных завсегдатаев, уминавшая поджаристые и острые куриные крылышки в прихлебку с хмелем.

А сразу за ними – здоровенный мужик с квадратным подбородком, шрамом во всю щеку и тяжелым пронизывающим взглядом из-под нависших густых бровей, явно из бывших наемных вояк. Он поглядывал на всех оценивающим взглядом. Это и есть тот, кто нужен Рану?

– Не помешаю?

Ранвальд повернул голову. Ха! Ошибся… Перед ним стоял патлатый хмырь.

– Садись, коли есть, что по делу сказать. – кивнул Ран на скамью с противоположной стороны стола.

Незнакомец сперва аккуратно поставил кружку с хмелем, а потом устроился напротив Рана.

– Есть. Мне передали, что ты опытного человека ищешь.

– Ищу.

– А дело какое?

– Письмецо одно надо доставить. Важное.

– Куда?

– В Драконьи земли.

– Ого!.. Далековато. А кому?

– Тибату Темноглазому с Капского взгорья.

Хмырь присвистнул.

– Не возьмешься?

– Отчего ж… возьмусь. Только тебе дорого это обойдется.

Он окунул палец в кружку и написал на крышке стола цену. Ран забористо прокашлялся в кулак.

– Дороговато, однако.

– Что поделать, гонцы нынче недешевы… Вряд ли ты здесь найдешь много охотников сунуться в логово к самому Неистовому Тибу.

– А ты, я смотрю, неплохо осведомлен.

– Работа такая. Да и земля слухами полнится… Я слыхал от бывалых людей, что Тибат не жалует чужаков на своей земле.

– Ну, так у всякой зверушки свои погремушки… Задаток – половина, остальное после возвращения. И обратную весточку от него привезешь.

– Если он сам захочет передать…

– Не сомневайся, захочет.

С этими словами Ран достал из внутреннего кармана камзола сложенный вчетверо лист и