Боксер 3: назад в СССР - Валерий Александрович Гуров

про иволгу, тоскующую в малиннике. Да, пожалуй, это будет самое оно — и общеизвестное, и без особых претензий. Что в итоге? Пауза затягивается, надо выбирать. Я решил взять первый ля-минорный аккорд и запеть то, что придет в голову — а там уж куда кривая вывезет.

Рука уверенно ударила по струнам, и неожиданно для себя самого я запел:

Дым сигарет с ментолом,

Пьяный угар качает…

Только в процессе исполнения я сообразил, что всё-таки хватил лишку, и эта песня — во всяком случае, в этом варианте — появилась лишь в девяностых годах, а нынешняя молодежь могла знать из нее если только строчки припева, которые кочевали из песни в песню. Да и слова про сигареты и пьяный угар от человека, который не курит, не пьет и вообще еще не дорос до «ласканий», воспеваемых в песне, звучали довольно забавно. Возможно, именно поэтому на мое пение поначалу никто не обратил внимания. Как раз в этот момент, по выражению Ленки, «обновились салатики» на столе, а в стаканы снова полился самогон, и, поднимая очередной тост, никто не обращал внимания на фоновую музыку.

А когда я ее обнимаю,

Все равно о тебе вспоминаю,

— пел я, глядя на Ленку, и мне показалось, что это место в песне мне удавалось лучше всего.

Чтобы не думать о том, какое впечатление я произведу своей песней, я прикрыл глаза. Со стороны могло показаться, что я целиком и полностью во власти вдохновения. На самом же деле все было намного проще: песню я знал назубок, и о том, что спеть в следующий момент, можно было не беспокоиться. Поэтому я пытался продумать план своих дальнейших действий в общении с новыми знакомыми. Все-таки моей задачей было не просто интересно провести время сегодня, но и произвести задел для последующих встреч. Что-то подсказывало мне, что эта модная и нескучная компания еще сыграет какую-то важную роль в моей жизни.

Увлекшись этими размышлениями, я не заметил, как моя песня закончилась, и я взял заключительный аккорд.

— Ну ты даешь, Мишаня! Здорово! — услышал я восхищенный Ленкин голос.

Я открыл глаза и обомлел. Передо мной молча стояла вся компания — я даже не заметил, в какой момент они перестали разговаривать между собой и начали слушать меня. Ого! ИЛенка впереди всех. А это приятно… «Получилось, получилось!» — радостно свербило в мозгу.

— А что это за песня-то хоть? Где взял? — посыпались вопросы.

— Да я и не помню уже, слышал где-то, — уклончиво ответил я.

А что мне было им говорить? «Привез вам эту песню из 1992 года»?

— Напишешь потом слова и аккорды? — спросил кто-то.

— Напишу, конечно, — согласился я, про себя отметив, что теперь и я чем-то их заинтересовал.

Со стороны лестницы послышались шаги и приглушенные голоса. Я напрягся. Вроде бы, все, кто должен, были уже на месте, и никто не упоминал, что мы ждем кого-то еще. Не хватало, чтобы меня тут накрыл наряд милиции, вызванный соседями за громкую музыку. Этим-то ребятам чего — у них вон родственники и друзья с такими связями и деньгами, что от чего угодно отмажут. А мне придется возвращаться к шахматам, а этот вариант я даже не рассматривал.

Но оказалось, что состав гостей действительно ожидало пополнение. И какое!

— Всем физкульт-привет! — услышал я веселый голос, и в наш «досуговый клуб» вошли еще четверо парней. Тот из них, кто шел первым, бережно держал на вытянутых руках сумку с чем-то круглым.

— Ой, ой, неужели это то, о чем я думаю! — захлопала в ладоши Ленка.

— А ты не думай. Ты доставай давай, — гость с важным видом протянул ей свой багаж, и на свет был извлечен огромных размеров домашний торт.

— Мамки наши на пару полдня пекли, — пояснил еще один пришедший и вдруг повернулся ко мне. Увидев меня, он с вытянутым от изумления лицом толкнул в бок первого, а тот, в свою очередь, остальных. Эта немая сцена продолжалась несколько секунд.

Я был удивлен не меньше, чем они. Ну разве мог я, собираясь «в одно место» вместе с Бабушкиным, предположить, что здесь соберутся едва ли не все, кого я успел встретить за недолгое пребывание в столице Советского Союза? Сначала Ленка выпорхнула из-за стены, как ни в чем не бывало…

А теперь и тот криминальный квартет, который сначала пытался отобрать у меня деньги и велик, а потом угрожал неприятностями в ПТУ, в полном составе глазел на меня в роли гвоздя вечерней программы, пытаясь сообразить, что все это означает.

Глава 14

В компании образовалась совсем уж неловкая пауза. Столбняк этой четверки и заодно мой был слишком явным, чтобы не обратить на него внимания. Конечно, никто, кроме нас, не понимал, в чем дело, но все же напряжение, повисшее в воздухе, заметили все.

— Ой, ребята, — защебетала вдруг Ленка, — а чего же мы просто так стоим-то? Вот и торт праздничный подоспел, угощайтесь!

«Хорошая попытка сгладить ситуацию», — оценил я. «Только, боюсь, тортиком от них не отделаешься».

Тем не менее Ленка, старательно делая вид, что ничего особенного не произошло, начала аккуратно разрезать торт на маленькие кусочки — чтобы досталось всем, и еще была возможность взять добавки. Мне тоже протянули небольшую тарелку с куском. Должен признаться, что торт был на самом деле изумительным, только вот сладкое, да еще такое жирное, при моем теперешнем спортивном режиме было под запретом еще более серьёзным, чем алкоголь. Тем более что этот запрет я установил себе сам — а собственная дисциплина держала меня покруче любой внешней. И, кстати, неизвестно еще, чем закончится сегодняшний вечер — с прибытием этих юных рэкетиров я уже не был уверен в том, что все обойдется миром. А это значило, что мне в любом случае нужно оставаться в наилучшей физической форме — не только не пить, но и не объедаться. Поэтому я вежливо откусил от своей доли пару раз и положил кусок торта обратно на тарелку.

Тем более, что я увидел, как несколько пацанов собрались вокруг виновника торжества. Вроде бы, это и понятно — уж его-то они наверняка знали давно и достаточно близко, и им было о чем потрепаться после двух лет, проведенных Димкой в армии. Но дело осложнялось тем, что они при этом показывали пальцем