Грозный отряд - Люк Скалл

— Давай, Волк, — проворчал Бродар, поднимая друга и обхватывая его рукой за плечи, чтобы не дать упасть.

Два горца заковыляли назад, к остальным. Джерек храпел от боли всякий раз, как его раненая нога ступала на дерн. Мало кто поднялся бы, получив две стрелы из арбалета в упор, но Джерек — сильнейший парень из всех, кого знал Кейн в этом мире, полном сильных мужчин.

Стиснув зубы, Саша в отчаянии целилась в толпу, которая взбиралась вверх. Шахтеры не обучены сражаться, но им этого и не нужно. Ведь они превосходят мятежников в численности раз в двадцать. При таком перевесе не выжить.

Неожиданно вперед вышел Викард, целеустремленно прихрамывая, с пачкой каких-то толстых красных трубок в руках.

По спине Кейна заструился холодок страха.

— Что ты делаешь? — осторожно спросил он.

— Спасаю положение, — ответил алхимик. — Айзек, передай мне кремень. Слуга немедленно повиновался, и Викард извлек маленький нож. Подняв взгляд на остальных членов отряда, он произнес: — Когда я скажу «ложись», вы ляжете. Понятно?

На его бровях выступили капли пота. Поместив нож лезвием к пучку шнуров, выступающих из трубок, он ударил по нему кремнем несколько раз. Понадобилось несколько попыток, но в конце концов брызнули искры, и один из фитилей загорелся.

— Пять… четыре… три… два… ложись!

Алхимик швырнул пачку трубок на тропу и бросился на землю как раз в то мгновение, когда первые шахтеры появились на площадке. Бродар Кейн мягко толкнул Джерека на землю и рухнул вниз рядом с ним, закрыв уши руками.

Все вокруг стало красным.

Прошло какое-то время, прежде чем Кейн решился чуть-чуть приоткрыть глаз. Грохот наконец стих, хотя облако пыли, взмывшее над руинами Разлома, по-прежнему висело над ними. Он посмотрел на Джерека. Друг побледнел, его дыхание было неглубоким, но он все еще находился в сознании. Встав на ноги, Викард принялся отряхивать с себя пыль. Саша и Айзек в ужасе озирались вокруг.

Поднявшись, Бродар Кейн заглянул в расщелину. Ее южная сторона частично обрушилась, завалив несчастных шахтеров внизу тысячами тонн камня. Такого обвала не пережить никому. «Вот дерьмо», — подумал он — и уже не впервые за этот день. Ведь план состоял в том, чтобы остановить добычу и уничтожить оборудование, до которого они смогут добраться, а не устраивать масштабную бойню.

— Викард. Что за дьявольщину ты устроил? — прорычала Саша, глаза которой налились гневом. — Это были невинные люди. Люди, просто выполнявшие свою работу.

Смахнув с плеча пятно грязи, Викард покачал головой.

— У меня не было выбора. Нас бы поубивали. А тебе пришлось бы еще хуже.

— Нет ничего хуже, чем быть мертвым, — ответила Саша. Она подошла к лежащему Джереку. — Как он? — спросила она.

Кейн на мгновение закрыл глаза. Дело шло не совсем так, как планировалось. И вполне возможно, что все станет гораздо хуже.

— Неважнецки. Потерял много крови.

Опустившись на колени, Айзек осмотрел Горца.

— Главные сосуды не задеты. У него все еще есть шансы. Викард, можно твой ножик?

Алхимик кинул нож слуге и, прихрамывая, подошел к Кейну.

— Я хочу получить свой порошок, — заныл он. — Давай по-честному. Я спас твою жизнь.

— Забирай! — рявкнул тот, бросив мешок к ногам алхимика.

Викард схватил его и отошел в сторону. Откинув клапан, он почти благоговейно поднял его к носу.

— Та взрывчатка стоила двадцать золотых шпилей, — сказал он и сделал глубокий вдох из мешочка. Его лицо расслабилось, а затем растянулось в глупой улыбке. — Вы не представляете, сколько этого добра можно купить на двадцать шпилей. Я вам говорю, я бы сидел на целой горе хагики.Лучшей, что можно купить за деньги. Я…

Тут за его спиной возникло размытое пятно, и алхимик внезапно стал ловить ртом воздух. С его губ слетел едва различимый стон, из уголка рта заструилась кровь, и какую-то минуту он стоял, покачиваясь. Затем Викард рухнул вперед, лицом в землю. Из его спины торчала рукоятка кинжала.

— Точно в позвоночник, — отметил убийца с детским лицом, возникший словно из ниоткуда.

Он удовлетворенно улыбался, обнажив великолепные жемчужно-белые зубы. Откинув белокурый локон с голубых глаз, парень снял с пояса еще один кинжал.

Заметив сияние вокруг его ног, Кейн напрягся. «Сапоги. Магия. Этот ублюдок — Манипулятор». Сделав глубокий вдох, он выступил вперед.

— Нужно некоторое мужество, чтобы всадить человеку нож в спину. Почему бы тебе не снять эти сапоги и не встать лицом к лицу со мной, как настоящему воину?

Манипулятор снова улыбнулся, словно нашел эту мысль страшно забавной. Он небрежно ковырял кончиком кинжала грязь из-под ногтей — его руки были на диво ухожены, как у благородной дамы.

— Ты бы этого хотел, не так ли? — произнес он наконец. — Ты посмотри на себя. Такой старый — сомневаюсь, что у тебя еще стоит, — а бравады — как у парня на добрый тридцатник тебя моложе. Нет зрелища печальнее стареющего варвара.

«Ублюдок. Умный ублюдок». Руки Кейна сжали эфес меча. Айзек, до сих пор стоявший на коленях возле Джерека, поднялся. Саша осторожно потянулась к своему арбалету. Бродар покачал головой, и они тут же убрали руки от оружия.

— Я вот что тебе скажу, старик, — сказал Манипулятор будничным тоном. — Дай мне немного развлечься, и я сделаю так, чтобы те двое умерли быстро. Я не такой, как Гармонд или Турбал. Они бы заставили девушку просто жутко вопить. — Он печально усмехнулся. — Такое поведение едва ли подходит джентльмену вроде меня. Человек должен следовать определенным стандартам.

Кейн прищурился.

— Тогда лучше нам приступить, — заявил он и поднял меч, ожидая.

Словно легкий ветерок прошуршал по коже, и внезапно Манипулятор оказался прямо перед ним с кинжалом, направленным в шею Кейна. В самое последнее мгновение старый варвар откинул голову назад, и клинок нанес лишь поверхностную рану. Бродар взмахнул мечом, чтобы рассечь ублюдка надвое, но разрубил лишь воздух. Манипулятор стоял на прежнем месте, в добрых тридцати футах от горца. Кейн почувствовал, как кровь, заструившись по шее, потекла на грудь.

— Недурно, дедуля, — отметил, улыбаясь, убийца. Он поднял руку в издевательском приветствии. — Посмотрим, как ты уклонишься от этого.

Перед глазами Кейна снова возникло расплывшееся пятно, и, прежде чем он успел что-то предпринять, кинжал Манипулятора погрузился в его живот. Он чувствовал, как трещит его кожаная рубашка, и обжигающе горячее проникновение холодной стали во внутренности.

— Ургх, — прохрипел он. Ангельское личико сверкнуло белозубой улыбкой и пропало. Манипулятор материализовался в двадцати футах справа.