Грозный отряд - Люк Скалл

— Что это было? — спросил Трехпалый с явным недоумением на безобразном лице.

— Боевой дух, — ответил Коул. — Людей не могло не впечатлить то, что они сейчас увидели. Лидер должен вселять уверенность в своей ловкости.

— Как скажешь. — Обводя взглядом корабль, Трехпалый беззвучно считал. — На борту этого судна шесть стражников. Это значит, что еще шестеро — на «Искуплении». И тот чертов Манипулятор.

Коул кивнул. Гребная лодка вернулась к другому кораблю, где моряки занимались оснасткой. Капитан Крамер стоял возле поручней, беседуя с первым помощником. Фалькус притаился рядом.

Загромыхавший рядом голос заставил Коула переключить внимание на «Красный приз». Это говорил здоровенный громила со щетинистой бородой. За его спиной у ахтеркастля [1]сгрудились помощники, а он смотрел на прибывшую рабочую силу с нескрываемым презрением.

— Я — мастер Армин! — проревел он. — Я надзираю за работами по добыче. Если кто-либо из вас даже ногу поставит не туда, с него шкуру спустят.

Коул оглянулся на солдат, стоящих позади. По их лицам было видно, как им не терпится приступить к дурному обращению с заключенными. Что бы ни говорили о Крамере, капитан лишь поддерживал на корабле железную дисциплину. Армин, с другой стороны, не оставлял никаких сомнений в том, что будет адским надсмотрщиком.

— У нас впереди — целый день, — продолжал мастер. — Когда я скажу, вы, кретины, начнете выгружать оборудование из грузового трюма. Я хочу, чтобы всё протестировали, с тем чтобы убедиться в работоспособности прежде, чем начнутся завтрашние работы. Всякий, кто не исполнит свою часть порученного, познакомит свою задницу с моим сапогом. Кто из вас Соуман?

Инженер секунду поколебался, а затем поднял вверх тощую руку.

— Ты будешь следить за сооружением платформы, — заявил Армин. — Я хочу, чтобы ее собрали к тому времени, как мы завершим работу сегодня вечером. — Он сделал паузу, будто смакуя то, что собирался произнести дальше. — Завтра вы, ублюдки, попробуете воду. Мои люди станут управлять сверлом. А вы все, — он мрачно улыбнулся, указывая на пленников, — будете вести поиски на морском дне.

Поднялся невообразимый шум. Одни ругались и качали головами. Другие словно пытались нашарить оружие, будто собирались немедленно поднять мятеж. В дело ввязались стражники, которые принялись колотить заключенных рукоятками мечей и хлестать их кнутами. Парня рядом с Коулом сбили с ног и чуть не затоптали. Повернув голову, он выплюнул на палубу кровь и раскрошенные зубы.

За минуту с протестом было покончено. Пленники стонали, утирая кровь с лиц и ощупывая избитые тела. Коул с досадой покачал головой. Это отнюдь не облегчит им побег.

— Теперь, когда мы понимаем друг друга, — сказал Армин, — позвольте объяснить, как мы будем действовать. Вы станете искать голубые жилы в скале. Когда найдете, следуйте вдоль жилы и извлекайте как можно больше камня, содержащего голубой материал — затвердевшую магию. Эти воды богаты ею, так что вам нетрудно будет обнаружить хорошую добычу.

— Как мы будем нырять на дно? — спросил парень с продолговатым лицом позади Коула.

— Море здесь мелкое. Менее тридцати саженей. Вам выдадут специальные шлемы, с помощью которых можно дышать.

— А что это за шлемы?

Армин нахмурился.

— Такие, что носят на голове. Это изобретено в Призрачном Порту, на основе старых чертежей из Исчезнувших земель.

— Я думал, Исчезнувшие земли — это только миф.

Мастер снова начал заводиться:

— Исчезнувшие земли — это никакой не миф, тупой ты болван! Почти все, что мы знаем об инженерном искусстве и науках, взято из их древних учений. Почему флот Призрачного Порта нанес поражение нашему? У них был доступ к знаниям, а у нас — нет.

— Но никто не пересекал Бесконечный океан много веков…

— Довольно! — заорал Армин. Его борода встала дыбом от злости. — Ты здесь для того, чтобы работать, а не забалтывать меня вусмерть. Вы все, преступный сброд, заткнетесь и будете делать, как велено. Я хочу, чтобы грузовой трюм освободили до полудня. И если хоть одна деталь оборудования будет хотя бы поцарапана, — добавил он, — ответственный за это идиот лишится пальца. Приступайте к работе.

Коул бросил взгляд на заключенного, которому досталось по лицу сапогом стражника. Это тот самый парень, который отверг его план прошлой ночью. Запустив руку в рот, он производил мучительный подсчет оставшихся зубов. Перехватив взгляд Коула, он кивнул, и значения этого мрачного жеста нельзя было не понять. Одним больше.

Он надеялся, что этого будет достаточно.

Наступили сумерки. У Коула болело все тело — он целый день таскал оборудование. Грузовой трюм «Красного приза» — просто огромный, и корабль чудом не затонул под тяжестью перевозимого оборудования. Один бедолага, выронив случайно часть огромного сверла, которое собирал Соуман, проделал здоровую дыру в палубе. Как и обещал Армин, заключенный лишился пальца.

Трехпалый, возможно, и сочувствовал его утрате, но он — явно не из тех, кто способен выразить сострадание. Подойдя к Коулу, он злобно оскалился.

— Соуман думает, что Сердцевину можно будет повредить, чтобы вызвать пожар, — сообщил он.

Коул видел Сердцевину днем. Голубую сферу перманентной энергии создал Салазар много лет назад, израсходовав невероятное количество первозданной магии. Когда ее соединят с платформой, которая плавает в сотне ярдов слева по борту, Сердцевина заставит гигантское сверло под платформой вращаться с невообразимой скоростью и разрывать морское дно быстрее сотни людей с кирками и топорами. Разумеется, применение этой техники требовало, чтобы ныряльщики отыскивали места для сверления, а также собирали отделившееся вещество и складывали в сетки для подъема на поверхность.

— Когда начинаем? — спросил Коул. Была уже почти ночь.

— Через полсклянки, — ответил Трехпалый. — Они сейчас собираются взять Соумана на платформу, чтобы он протестировал сверло.

— Прекрасно, — сказал Коул.

Если Соуману удастся вызвать неполадки Сердцевины и начать пожар на платформе, солдатам с обоих кораблей придется направиться туда для расследования. В наступившем замешательстве двенадцать заговорщиков доберутся до гребных лодок «Красного приза» и затем — до незащищенной каракки поблизости. Они возьмут верх над командой, а затем удерут на корабле. «Красному призу» ни за что их не догнать.

Вдруг юного Осколка осенило.

— А как насчет Соумана? — спросил он. — Он же застрянет на платформе.

Трехпалый пожал плечами.