'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

— Син, я тебя прошу не лезть в дела старших. — отвечает мне Нанасэ, она сейчас разговаривает не со мной, она разговаривает с Акирой. Может быть с Линдой. С Читосе.

— Здесь и сейчас — я старший мужчина нашей семьи, женщина. Если ты хочешь следовать обычаям и традициям этой страны, если нравы и законы Японии для тебя не пустой звук — отвечай мне. И говори со мной! — говорю я, повышая голос. Не сильно — так, чтобы не дать «петуха» в самый неподходящий момент, все-таки голос у меня еще ломается. С точки зрения средневековой Японии, нравы и традиции которой так любят современные японцы — глава семьи обязательно мужчина. Может быть даже мальчик. Так что я — легитимный глава семьи Ямасита, даже если в этой семье всего два человека.

— Всегда был умным, — говорит Нанасэ, задумывается и кивает своим мыслям, — я буду разговаривать с тобой, Синдзи-сама. Как с главой семьи, в которой я прожила все эти годы, из уважения к твоему роду и твоему имени. Но я требую у тебя, как у главы рода — разрешения на «дзигай».

— Дзигай? — я не понимаю. К моему уху наклоняется Майко.

— То же самое сэппуку, только женский вариант. — шепчет она. — Вскрывается горло, не так мучительно. Для девчонок в общем.

— У тебя хорошие советники, — говорит Нанасэ, — так что там с разрешением?

— Как глава рода я могу дать тебе разрешение на уход из жизни только если ты объяснишь мне основания такого поступка. — продолжаю я, усвоив что такое «дзигай» и убедившись, что менталитет японцев по-прежнему далек от моего понимания. Рисовая культура, мать ее, перенаселение, борьба за ресурсы совместно, соблюдение правил в обществе важнее чем жизнь его членов. Вот и вырастают такие… даже суицид только по инструкции и в соответствии с утвержденной процедурой. Хотя мне пока такое только на руку. Нанасэ нужно формальное разрешение? Вот фига она у меня его получит. Заявка в трех экземплярах письменно и только в день солнцестояния после четверга в нерабочий день. Вот.

— Основания. Основания есть. Я предала тебя, как главу рода. Я предала весь твой род. И я не оправдала ожидания своего … нанимателя. Этого более чем достаточно. — отвечает мне Нанасэ. Вот как. Замечательно. А я-то думал, это она у нас голем и конструкт, ну или внедренная личность. А она — всего лишь наемный работник.

— Пока не вижу, в чем ты предала меня и мой род, а что до нанимателя и его ожиданий, так увольняйся. Переходи к нам на работу, у нас скоро рабочих мест будет просто навалом. Зарплата, никаких переработок, социальный пакет, медицинская страховка, отпуск, хороший график. И дружелюбный коллектив. — я обвел взглядом «дружелюбный коллектив». Коллектив был мрачен, но все молчали, признавая мое право вести переговоры с моей сестричкой. Из коридора показались пришедшие в себя младшенькие во главе с Питером. Не задавая лишних вопросов, они плавно распределились по залу, разобрав секторы ведения огня. Молодцы, подумал я, всего немного времени они с нами, а уже рубят фишку, понимают, что делать и под ногами не путаются.

— Я работала на… третью сторону, Синдзи-сама. Я только прикидывалась твоей сестрой. — объясняет мне Нанасэ: — у меня и чувств к тебе никаких нет. Ты — просто мое задание, пойми. Мне и твое разрешение не надо было бы, если бы я не знала, что ты мне так просто уйти не дашь. Если бы не твоя способность, я бы с тобой и не говорила, а вскрыла себе глотку давным-давно, как только эта ваша… — прищуривает глаза на Линду, — Вестница Судьбы из двери вышла. Я знаю, что ты можешь вылечить меня и не дать уйти, но я просто сразу хочу тебе сказать, что я ничего тебе не скажу. Под любыми пытками. Любыми уговорами. Я. Ничего. Не. Скажу. Поэтому, если ты на самом деле хоть чуточку ценишь, то время, что мы провели вместе — дай мне уйти. Просто кинь мне клинок, или я сама могу все сделать, но — не возвращай меня.

— Хорошо, — говорю я, — я дам тебе уйти. Однако есть несколько вопросов, на которые я хотел бы услышать ответ. И, они не касаются того, на кого ты работаешь, или какое у тебя задание. Вопросы другие — ты собираешься уйти из жизни только потому, что ты не выполнила свое задание и раскрылась как агент?

— Хм. Думаю не будет вреда, если я отвечу утвердительно. — кивает Нанасэ.

— Отлично. Что же является приоритетом — выполнение задания или скрытость и икогнито? Ведь, насколько я понимаю, твое инкогнито важно только потому, что помогает тебе выполнить задание?

— На этот вопрос я не буду отвечать. — хмурится Нанасэ.

— И не надо. Следующий вопрос — а что, если возможность все же выполнить свое задание у тебя есть? И если ты сейчас уйдешь из жизни, то ты потеряешь ее?

— … что?

— Вот смотри… — я устраиваюсь поудобнее и поднимаю руку, привык уже я тут к зеленому чаю во время вдумчивых бесед, жалко что нет его под рукой. В моей руке вдруг появляется чашка с горячим напитком, исходящая ароматным паром. Читосе. Вторую чашку наша Артемида неторопливо подносит Нанасэ на подносе.

— Так вот, допустим, что твоя цель — наблюдение и доклад о нашей активности. Умерев, ты однозначно потеряешь такую возможность, а наша активность тем временем будет развиваться и развиваться. Я даже боюсь подумать, какие у нас перспективы и планы сейчас, когда у нас в руках будут активы двух не самых слабых кланов. Мы и так весь город на уши поставили, а всех ресурсов у нас было — мы трое. Так что, твой неведомый наниматель очень потеряет с твоим самоубийством. Ну и, разумеется, нового агента в нашу среду мы уже хрен допустим. Не так ли? — поворачиваюсь я за поддержкой. Хмурые кивки мне в ответ.

— Хватило уже лучших друзей тут. Да и родственников, тоже, хватило… хах. — добавляет Майко.

— То есть, даже если у тебя стоит и далекая цель — ну там типа «прирезать их всех во сне», то ты не выполнишь и близкую цель и далекую. Но если ты останешься жива сейчас, то ты сможешь отправлять отчеты о нашей деятельности