Королевская страсть - Патриция Хортон

— Сегодня нам вряд ли удастся поговорить. Но надеюсь, что буду иметь удовольствие часто видеть вас в моем новом правительстве. Вас ждут королевские награды, естественно, насколько это в моей власти.

Роджер произнес в замешательстве:

— Я старался на благо Англии, Ваше Величество.

— Я так и полагал, — улыбнулся Карл. — Процветание Англии — моя самая заветная мечта.

Толпа уже разделяла их, и улыбка короля стала печальной.

— Я должен покинуть вас, но надеюсь, мы еще перемолвимся словом в течение вечера, — сказал он, внимательно посмотрев на Барбару.

Роджер и Барбара обошли зал, прислушиваясь к нескончаемым взаимным поздравлениям придворных. Еще бы, от такого события голова могла пойти кругом! Опьяняющее чувство победы: монархия восстановлена!

От выпитого шампанского пощипывало в носу. Барбара присоединилась к общим разговорам, принимала многочисленные комплименты и оживленно смеялась. Но между тем она постоянно следила за передвижениями короля по залу. Он был на редкость привлекательным мужчиной. В далеких детских мечтах ей представлялось, что король обязательно должен быть белокурым красавцем, однако тот образ, бесспорно, проигрывал в сравнении с реальностью. Живость и обаяние этого стройного смуглого мужчины волновали куда больше, чем безукоризненная идеальная красота.

Поскольку Карл отдавал предпочтение французским обычаям, то и легкий ужин был устроен на французский манер — а-ля фуршет.

Неожиданно Карл появился рядом с нею.

— Могу я предложить вам что-либо из закусок, госпожа Палмер?

Барбара с испуганным недоумением посмотрела на короля.

— Вы, Ваше Величество?! Король не может прислуживать придворным.

Карл рассмеялся.

— Этот король может. Слишком долго я жил среди простых смертных, чтобы так быстро привыкнуть к церемониям и этикету.

Он галантно усадил Барбару в изящное позолоченное кресло и отправился к сервированным столам. Барбара внимательно наблюдала за его уверенными, ловкими движениями и поняла, что даже в простой одежде за колкой дров, — чем ему неоднократно приходилось заниматься в годы изгнания, — Карл не потеряет ни грана своего величия.

Вскоре король уже подходил к ней с двумя тарелками, наполненными разнообразными закусками. Он усмехнулся и опустился в стоящее рядом кресло. Барбара взяла тарелку из его рук, и на ее щеке появилась очаровательная ямочка.

— Вы даже не представляете себе, Ваше Величество, насколько серьезно общество готовилось к вашему приезду. Сегодня весь Лондон был у ваших ног. Ожидание вашего приезда… — Она умолкла, не в силах выразить словами те чувства, что теснились в ее груди.

Карл иронически усмехнулся, лицо его потемнело.

— Да, сегодняшняя встреча была на редкость долгожданной. У меня даже создалось впечатление, что я провел в изгнании все эти долгие годы по собственному капризу, из любви к путешествиям. Сегодня вся Англия на моей стороне.

— Просто какое-то безумие, правда? Помните, я рассказывала вам, как Роджер клеймил тех, кто, держа нос по ветру, быстро переходил на нашу сторону? Но признайте, сир, — сказала Барбара, отправляя в рот кусочек паштета, — все же лучше, когда страна объединяется.

Карл скользнул задумчивым взглядом по обнаженным плечам Барбары, глубокому декольте ее платья, и в его темных глазах полыхнуло какое-то давно забытое чувство. Он понял, что влюблен в эту огненноволосую женщину. В ней было редкое сочетание красоты и ума. Они мило беседовали, но вскоре к ним подошел Эдвард Гайд и с бесцеремонностью давнего друга прервал их разговор:

— Ваше Величество, вас ждут послы с севера. Вам необходимо встретиться с ними.

Барбара, мило улыбаясь, взглянула на Гайда, но он ответил ей лишь холодным поклоном. Взгляд его выражал полнейшее равнодушие. Гайда раздражало поведение короля. Неужели он не понимает, что сегодня не время для флирта, пусть даже с самыми красивыми дамами? Сегодня представляется возможность выразить свою благодарность всем, кто стоял за короля, и объединить роялистов со всех концов Англии.

Карл понимал, что Гайд прав; вздохнув, он неохотно поднялся с кресла и сказал Барбаре:

— Пожалуйста, не покидайте нас, пока я не найду случай еще раз побеседовать с вами. — Он склонился к ее руке и пошел с Гайдом, а Барбара, глядя ему вслед, невольно коснулась пальцами места, где его губы запечатлели поцелуй на ее руке.

Ее тут же окружили кавалеры, всем хотелось завоевать ее расположение. Барбара старалась направить разговор в русло воспоминаний, связанных с их участием в роялистских заговорах, зная, что они углубятся в горделивую похвальбу и тогда она сможет остаться наедине со своими мыслями. Она внимательно следила за королем. Как он строен и высок! Футов шесть, не меньше. Он был выше всех в зале. Благодаря непринужденным манерам и обаянию Карла каждый человек, поговоривший с ним, уходил, гордо сознавая, что именно к нему король отнесся с особой симпатией.

Скрипачи наигрывали веселые мелодии, и ноги невольно начинали выстукивать их ритм, но танцы были так долго запрещены, что мало кто помнил танцевальные фигуры. Барбара пообещала себе, что по утрам будет брать уроки у французского учителя танцев.

Время шло, и она уже подумала, что король не сумеет выбрать свободную минуту, но именно в этот момент Карл подошел к ней с горящими глазами. Он предложил ей руку и сказал:

— Позвольте проводить вас в более спокойное место.

Он повел ее в отдаленную тихую приемную. Барбара охотно последовала за ним, чувствуя приятное тепло его руки на своих прохладных пальцах. Тяжелая дверь закрылась за ними, и, чувствуя невероятное облегчение, она поняла, что они отрезаны от суеты и шума, царивших в тронном зале. Они смотрели друг на друга долгим изучающим взглядом, и окружающая тишина вдруг зазвучала громче любой музыки. Его задумчиво-восхищенный взгляд выражал почти откровенное желание, и сердце Барбары учащенно забилось.

Карл привлек ее к себе и склонил голову, вдыхая тонкий аромат, исходящий от ее волос. Барбара затрепетала. Он уверенно обнял ее и закрыл ей губы долгим поцелуем. Сладкое расслабляющее томление охватило ее, ноги у нее подкосились, и она непременно упала бы, если бы сильные руки короля вдруг разомкнулись. Он застонал от страсти, крепче прижал ее к себе и с новым пылом повторил поцелуй.

Барбара сгорала от желания. Каждая частица ее тела загорелась, разбуженная его страстными объятиями. Его язык пощекотал ей небо, и она ответила на его поцелуй, искусно играя язычком. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, потеряв ощущение времени и пространства.