Рукой подать - Лайла Ливингстон

осторожно поднявшись со своих мест, которые тут же были заняты другими туристами, они направились к выходу.

— Silenzio, — эхом пронёсся низкий голос по залу, будто прощаясь с ними.

Тео окинул взглядом остальных экскурсантов, которые разбрелись по длинному залу и, запрокинув головы, рассматривали потолок. Он жестами попросил Олив остаться с Мэриэн и Джаредом, а сам собрал остальных и привёл к двери, ведущей, согласно надписи на табличке, в Собор Святого Петра.

— Невероятно, — прошептала Олив, когда они вышли в коридор, и шли впереди всей группы, — Кто были те люди, изображённые рядом с фигурой Господа в сцене Рождения Адама?

Тео наклонился поближе к ней.

— Нижние затемнённые фигуры, — пояснил вполголоса, — это Люцифер и Вельзевул, по правую сторону Дева Мария; чуть дальше младенец Иисус. А внизу архангел Михаил.

— С ума сойти, — Олив закусила губу и невидяще уставилась себе под ноги.

— Там есть занятные детали, — еле слышно добавил Тео.

Он бросил взгляд себе через плечо, но Уэйнрайты, шедшие вслед за ними, были поглощены разговорами друг с другом. Наверняка, делились впечатлениями.

— Так какие детали? — нетерпеливо спросила Олив.

— Кхм, да, — Тео обернулся в ней, — Микеланджело позволил себе хулиганство и написал Адаму лишнее ребро. Еву. А ещё возложил его на землю, напоминающую форму женского тела. В то же время, Адам уже способен двигаться, значит, знаменитое касание не рождает его физически, а наделяет душой и жаждой к исканиям.

— Ого, — Олив вновь погрузилась в свои мысли, ощутив, что взгляд её расфокусировался.

— Ты там плакала, — как бы между прочим произнёс Тео.

Не вопросительно, утверждающе.

— Прости, я, — Олив немного растерялась от такой прямолинейности, — такого раньше не было. Я не из тех, кто плачет в музеях. Просто накатила странная эмоция.

— Понимаю, — всё так же тихо произнёс Тео, шагая по гулкому каменному коридору.

— Мне о стольком хочется спросить, — протянула Олив вполголоса, в надежде сменить тему.

— Давай ты запомнишь какие-нибудь три вопроса, и я отвечу на них за обедом, — прошептал Тео, склоняясь к ней.

— По рукам, — она согласно покивала, — Тебе уже можно отдать пиджак?

— Думаю, стоит оставить его пока мы не пройдём собор, — задумчиво отозвался Тео и, поправив петличку микрофона, нажал на выключатель, — Дамы и господа, мы с вами вот-вот окажемся в Соборе Святого Петра. Надеюсь, вы успели оправиться от впечатлений, полученных в Сикстинской капелле, и готовы увидеть богатейшую коллекцию реликвий Сан Пьетро. Начнём мы с Пьеты Микеланджело.

* * *

Тео осмотрел завороженные лица экскурсантов. Собор сыграл роль вишенки на торте, оставив напоследок сильнейшие впечатления. К моменту окончания тура они успели увидеть Пьету, знаменитый купол Собора, обошли центральный неф и полюбовались скульптурными изображениями святых авторства Бернини, Микеланджело и Рафаэля. В завершение Тео провёл их по священным гротам Ватикана, где показал им гробницы пап, видных церковных деятелей и представителей королевских семей. Как раз в момент, когда они поднялись обратно в центральный неф и приблизились к Киворию, в Соборе началась служба, и Уэйнрайты изъявили желание остаться на мессу.

— Что же, мне было очень приятно быть вашим гидом сегодня, — произнёс Тео свою стандартную фразу, отметив про себя, что на этот раз это было правдой.

— Спасибо вам за очень интересную экскурсию, — Джаред протянул ему руку для пожатия, — Думаю, я могу выразить общее мнение: было захватывающе и очень информативно. Мы получили массу удовольствий.

— Это очень приятно, — Тео пожал ему руку, и, кивнув на прощание остальной группе, направился к Олив, которая сейчас стояла на небольшом расстоянии и вежливо улыбалась Уэйнрайтам.

— Ну что, обед? — спросила она, когда они спускались по лестнице на площадь Святого Петра.

— О да-а, — Тео взглянул на часы, — у нас есть два варианта мест, и выбор за тобой. Должны успеть пообедать до трёх часов.

— А что в три? — с недоумением спросила Олив.

— Рестораны закроются до половины седьмого.

— Точно, забыла, — и тут же спросила, — Так что за варианты?

— Римский стрит-фуд в двух шагах или классический римский ресторан в трёх с половиной? — Ступив на площадь, Тео поправил лямку рюкзака, добытого из камеры хранения музеев Ватикана, и заложил руки в карманы.

Его пиджак всё ещё был на плечах Олив, но по какой-то ему самому неведомой причине, он не хотел забирать его обратно.

— Хмм, — Олив задумчиво смотрела себе под ноги, пока они вышагивали по мелкой брусчатке, — пусть будет классический римский ресторан.

— Чудно! Надеюсь, у них есть свободные места, — Тео выудил из кармана телефон и нашёл нужное имя в списке контактов, — Davide, Ciao! Dimmi, per favore, Hai un tavolo libero ora? Perfetto! Perfetto! Siamo in due e saremo tra cinque minuti. Grazie mille! (*Давид, привет! Скажи, пожалуйста, есть ли у вас сейчас свободный столик? Отлично! Отлично! Нас двое, будем через пять минут. Большое спасибо!)

— Так, и что только что произошло? — Олив всё это время шедшая рядом, немного прибавила шаг и, обогнав его, остановилась у поворота в узкий переулок.

— Я убедился в наличии столика, и нам как раз сюда, — Тео на автомате перехватил её за запястье и потянул за собой в переулок.

На ходу он набрал номер Мейв, но она не взяла трубку. Пока он тщетно пытался дозвониться до племянницы, переулок вывел их с Олив на узкую улицу, проходящую вдоль средневековой крепостной стены.

— Это ресторан в стене? — не без удивления спросила она, когда они подошли к одной из арочных проходов.

— Почти. Там улица, — Тео повернул в арку, и их взгляду открылась колоритная малоэтажная улочка.

На переднем крае их сразу же встретила вывеска Da Romolo alla Mole Adriana. Миновав два ряда широких витринных окон, они вошли в прозрачные двери, у которых их уже ожидал Давид, хороший знакомый Тео, работавший здесь официантом.

— Buongiorno, — поприветствовал его Тео, и тот проводил их за, кажется, единственный свободный столик в огромном пространстве с высокими потолками, и окнами, выходящими на подсвеченную кирпичную кладку старинной стены.

Деревянная мебель, накрытая белоснежными скатертями, и приглушённый свет в помещении создавали нетипичную для римского ресторана атмосферу, но именно это когда-то это и стало причиной интереса Тео к данному заведению. Это и восторженный отзыв Федерико, который как-то привёл сюда свою семью на воскресный ужин.

Их посадили неподалёку от одного из окон. Олив с любопытством оглядела зал и взяла с края стола меню.

— Ой, — спохватилась она, когда с её плеча немного съехал пиджак Тео, — Я забыла тебе его вернуть.

Её зелёные глаза округлились, выражая ужас внезапного осознания.

— Ну, мы ведь и не прощаемся, — Тео открыл меню и, взглянув на Олив исподлобья,