Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

Поначалу все украденные инструменты будут храниться на квартире одного из участников ВИА. Затем, когда Чашин выбьет под нужды своего ансамбля пустующий подвал в одном из домов, их перенесут туда. И начнутся репетиции. Стоит отметить, что ребята будут отдаваться любимому делу с таким энтузиазмом, что ни на какие другие дела у них просто не будет хватать времени. Вскоре в их подвал потянется вся окрестная молодежь. Про ВИА "Силуэт" (именно такое название для своего коллектива выбрал Чашин) будет знать вся округа. Районные власти даже захотят выставить ансамбль на городской смотр самодеятельности. Как вдруг…

В августе широкая молва о "Силуэте" достигнет и ушей милиции. Там зададутся законным вопросом: откуда у безусых пацанов вдруг появились столь дорогостоящие инструменты и аппаратура? Истина откроется при первой же проверке. В итоге "Силуэт" прекратит свое существование, поскольку все похищенное вернется к их законным владельцам, да еще двое его участников — Чашин и Миховский — получат 2 года колонии общего режима. Однако вернемся в июль 73-го.

В тот день, когда фрунзенские подростки "потрошили" политех (18 июля), известный поэт Евгений Евтушенко справлял свое 40-летие. Вернее будет сказать, не справлял, а ему справляли. Волею судьбы поэта занесло к черту на куличики — в солнечный Магадан, и справлять день рождения (тем более 40 лет) он не собирался. Но его друзья и поклонники, коих хватало по всей стране, не могли оставить эту дату без внимания. В итоге они закатили имениннику такое пиршество, что оно запомнилось на всю жизнь. Друзья разложили на берегу сорок костров, и на каждом из них в сорока ведрах сварили ровно сорок огромных королевских крабов. По словам самого поэта, это было дико красиво: сорок светящихся в тундре костров и кипящие ведра с крабами!

В тот же день Андрей Тарковский приступил к съемкам натурных эпизодов в городе Тучкове Как скажет позднее сам режиссер: "В "Зеркале" мне хотелось рассказать не о себе, а о своих чувствах, связанных с близкими людьми, о моих взаимоотношениях с ними, о вечной жалости к ним и невосполнимом чувстве долга". Большинство героев этого фильма в жизни имели реальных прототипов. Например, Олег Янковский сыграл отца режиссера поэта Арсения Тарковского, Маргарита Терехова — его мать Марию Ивановну Вишнякову, а самого Андрея Тарковского в детские годы сыграл четырехлетний сын Янковского Филипп. Кстати, последний во время съемок серьезно простудился, что дало повод Янковскому сожалеть о том, что он слишком рано начал впрягать сына в киношную кабалу.

Эльдар Рязанов продолжает снимать "Итальянцев". После экспедиции в Ленинград группа вернулась в Москву, чтобы здесь снять ряд трюковых эпизодов с участием каскадеров из Италии во главе с автомобильным асом Серджио Миони. Однако участие зарубежных специалистов не упростило процесс съемок (как предполагали многие), а, наоборот, усложнило их. Итальянцам были созданы если не идеальные, то, во всяком случае, хорошие условия для работы: шесть легковых автомобилей на ходу, два кузова, инженер-конструктор, техники, слесари, бригада рабочих-постановщиков. Сам Миони, когда узнал об этом, заявил, что ему никогда еще не создавали подобных условий для работы. Но почти за три недели работы (13–30 июля) многие трюки были забракованы как неудачные, из-за чего ряд кадров так и не удалось снять. А все шесть легковушек, выделенных итальянцам, были разбиты чуть ли не вдребезги. Как напишут продюсеру с итальянской стороны Дино Де Лаурентису Рязанов и Сурин: "Нам придется восстанавливать машины, доснимать трюки, вводить комбинированные съемки и тратить таким образом дополнительные средства".

Однако было бы несправедливым выслушать только одну сторону. Поэтому приведу слова самого Миони, зафиксированные в его объяснительной по результатам съемок:

"В день съемок в самый последний момент мне сообщили, что нет необходимого разрешения и нет возможности завезти и разбросать гравий на месте приземления машины для того, чтобы предотвратить ее зарывание в грунт, чем заставили меня рисковать жизнью выше необходимого предела — я увеличил вдвое длину и, следовательно, опасность прыжков.

В сцене столкновения с бочками на автомобиль было поставлено стекло старого типа, без моего ведома, непригодное для трюка. Оно брызнуло мне в лицо, и я рисковал потерей зрения.

В сцене столкновения с будкой был построен бронированный сейф, который упал только после четырех столкновений. Три недели, отпущенные на съемки, были сведены к 8 дням, как из-за плохой погоды, так и из-за ожидания, пока г-н Досталь закончит работу с первой съемочной группой. Мне предъявлено обвинение, что я разбил 5 машин за время съемок: хочу заметить, что мне было дано распоряжение режиссером начинать мою работу с прыжков и столкновений, которые являются заключительными кадрами различных сцен фильма…"

Непросто проходят съемки и другого будущего киношедевра — "В бой идут одни "старики", который на студии имени Довженко снимает Леонид Быков. Мы оставили съемочную группу в тот момент, когда она в 20-х числах мая приступила к натурным съемкам эпизодов воздушных боев. Затем весь июнь снимались объекты: "березовая роща", "аэродром в степи", "аэродром на лугу". В начале июля группа перебазировалась под Чернигов, где на берегу Десны предстояло отснять эпизоды на объектах: "аэродром в лесу", "река", "окраина села" и др. Однако начать съемки сразу не удалось — из Киева не прибыли самолеты. Ждали их день, второй, третий, после чего нервы у Быкова не выдержали и он собрал экстренное собрание коллектива. Вопрос на повестке был один: замена нерасторопного директора фильма на другого, болеющего задело. Голосование было единогласным. Вскоре из Киева прибыл новый директор — Николай Золочевский, с которым ситуация мгновенно сдвинулась с мертвой точки, и самолеты наконец-то дошли до места назначения.

Между тем через несколько дней случилось новое ЧП: с картины ушел исполнитель роли Смуглянки Анатолий Матешко, который прельстился главной ролью в другом фильме. Далее послушаем рассказ оператора фильма В. Кондратьева:

"Помню, тем утром я встретил Быкова в буфете. Он стоял расстроенный и мял в руках какую-то бумажку. В ответ на мой удивленный взгляд он протянул мне телеграмму с киностудии: "Срочно отправьте в Киев Матешко". Что тут поделаешь? Поехали на съемочную площадку, а тут как раз ассистент режиссера привез из Киева "желторотиков" — молодых ребят-студентов театрального института, только что окончивших первый курс. Их представили Быкову. Он осмотрел начинающих актеров профессиональным взглядом, выискивая нового Смуглянку, и остановился на девятнадцатилетнем пареньке, Сереже Подгорном…"

Василий Шукшин продолжает работу над "Калиной красной". Вернувшись из белозерской экспедиции, он с 16 июля засел в павильонах "Мосфильма". В декорации "дом Байкаловых" снимали знакомство Егора Прокудина с родителями Любы Байкаловой (в этих ролях снялись И. Рыжов и М. Скворцова). Эпизод весьма живой. Как мы помним, Егор выдает себя перед родителями за невинную жертву: он сел в тюрьму якобы по недоразумению: мол, работал бухгалтером, начальство воровало, а он списывал. Но отец Любы в эти байки не верит. Тогда Егор начинает кроить из блохи голенище: рассказывает новую байку про то, как они с дружками зарезали семерых, а восьмого не углядели, ушел. Убитых поклали в мешок — и в воду. Но восьмой донес. Мать Любы в шоке: "Свят, свят…" Тогда муж ее урезонивает: "Цыц! Один дурак городит чего ни попадя, а другая уши развесила…"

Егор сетует: "Что же вы меня сразу в разбойники записали? Что, в тюрьме одни убийцы, что ли, сидят? Вам же говорят — бухгалтер. А вы начинаете хаханьки, здесь разводить…" Отец: "Да кто тебя в убийцы-то зачисляет? Ты только тоже, не заливай тут! Бухгалтер… Я бухгалтеров-то видел-перевидел. Они все тихие, маленько вроде пришибленные. У бухгалтера голос слабенький, очочки. Потом, я заметил, они все курносые. И любят смотреть балет по телевизору. Так какой же ты бухгалтер? Об твой лоб порося шестимесячного убить можно. Это ты Любке говори про бухгалтера, она поверит. А я, как только ты вошел, сразу определил: этот или за драку какую-то сел, или машину леса тюкнул. А?" Егор смеется: "Тебе бы опером работать, отец, цены бы тебе не было…"

Тем временем 23 июля в Москве завершил свою работу Международный кинофестиваль. Главные призы разделили два фильма: советская политико-воспитательная лента Витаутаса Жалакявичюса "Это сладкое слово — свобода!" и социальная драма "Оклахома, как она есть" американца Стэнли Крамера. Специального приза была удостоена лента итальянского режиссера Флорестана Ванчини "Убийство Маттеотти".

На следующий день из жизни ушел замечательный советский поэт Михаил Исаковский, прославившийся стихами к таким суперпопулярным песням, как "Катюша", "В лесу прифронтовом", "Летят перелетные птицы…", "И кто его знает…", "Враги сожгли родную хату", "Одинокая гармонь" ("Снова замерло все до рассвета…") и др. Было поэту 73 года.