Его Величество Флинт. - Мери Кирчофф

– Реоркс, будь оно все проклято! – прорычал он, грозясь в окружающую темноту. Встряхнув головой, чтобы прочистить мозги, он выступил из-за угла как раз в тот момент, когда Хильди правила лошадей к Молдуну.

– Приветствую тебя, дочь честного пивовара. – поздоровался он с галантным поклоном. Встав в одну из своих наиболее дерзких поз, он улыбнулся ей, сидящей на козлах. – Позволишь ли ты мне помочь тебе?

Хильди протянула руку и позволила ему помочь ей сойти вниз.

– Простите, дорогой, – поддразнила она. – но когда-то я знала кое-кого, очень похожего на вас. – И он был хорошим парнем, или, может, мне следует сказать остался? – подмигнула она. – Я бы не отказалась от помощи. Дай мне только сбегать к Молдуну и проверить его заказ.

Базальт смотрел, как она прошла через двери. Теперь он чувствовал себя намного счастливее, чем мог себе представить пару минут назад. Отрешенно насвистывая, он приготовился сгружать тяжелые бочки. Две длинные планки служили в фургоне скатом, и он освободил одну из них, прочно закрепив ее конец в грязной земле. Пока он вытягивал другу планку, пальцы соскользнули и он уронил ее в лужу грязи, оросив черной волной башмаки и штаны. Но реакция Хильди на него так подняла его настроение, что он лишь рассмеялся над собственной неловкостью.

У кого-то еще на улице настроение было явно похуже.

– Эй, ты, холмовый гном!

Базальт от неожиданности поднял глаза вверх, чтобы увидеть разъяренное лицо стражника дерро. Его соломенные волосы торчали в разные стороны, а под белой кожей на лбу билась голубая вена.

– Ты, пьяница неуклюжий! Разливаешь свою смердячую сельскую грязь на мои башмаки! – бросил ему обвинение Тейвар.

Базальт выпрямился, готовясь бросить дерро ответное оскорбление, но вспомнил, что как раз сейчас должна была выйти Хильди. Не желая ничего другого, кроме как поразить ее, он пробормотал:

– Простите. Я это нечаянно. – извинение застряло у него в горле, но он по крайней мере, попытался.

Базальт отвернулся назад к фургону, но только для того, чтобы его дернула за плечо тяжелая рука.

– Несчастный случай? – прогремел дерро. – Наглая ложь! Я видел, как ты отчетливо целился в мои башмаки! Теперь ты можешь их почистить.

Дерро был широкоплечим, хорошо сложенным, такой же высоты, как Базальт, и на нем была кольчужная рубаха, тяжелые железные рукавицы и шлем. На талии был приторочен короткий меч. В отличии от него, гном холмов был не вооружен, и брони никакой на нем не было. Он знал, что в случае провокации, Тейвар может и убьет его одним ударом.

Базальт с пылающим лицом обдумал все возможные действия. Краем глаза он видел, что на шум уже выходили Хильди и Молдун.

– Ты меня слышал! Почисти их! – прорычал горный гном.

– Пусть тебе их прочистит мамочка хобгоблина! – встряла Хильди, ее глаза пылали от негодования, когда она топала к ним.

Вскоре вокруг уже собрались порядочная кучка гномов, настороженно наблюдая за ссорой.

Базальт увидел, как красные, бешеные глаза дерро метнулись на фролин. Неожиданно, им обуял превозмогающий страх не за свою собственную шкуру, а за Хильди, которая могла стать между ними, сделав его всеобщим посмешищем, чего бы он точно не вытерпел. Или даже хуже – она могла пострадать.

– Даже мамочка хобгоблина не захочет связываться с этим куском мяса! – прорычал Базальт, вновь привлекая внимание дерро. Их полные ненависти взгляды встретились, и скрестились, как рога.

– Хобгоблин бы никогда не позволил, чтобы за него сражалась женщина! – усмехнулся он. – Хотя, похоже на то, что эта может отвлечь меня на пару часов при подходящем очаровании.

Насмешливое лицо дерро было большим, чем мог вытерпеть Базальт. Со звериным рыком он бросился на дерро, а его пальцы сомкнулись на горле наглого Тейвара. Тот отреагировал быстро, врезав своим кованным кулаком в лицо Базальта. Гном холмов упал, угодив прямо в грязные рытвины. Его щека пульсировала, а приложенная к лицу рука быстро оросилась кровью.

Подгоняемый гневом и глупостью, Базальт встал на ноги и вновь напал на дерро. Он опустил голову и врезался ею в живот обидчика. Тейвар слегка подался назад, ошеломленный силой удара. Но потом лишь рассмеялся, увидев, как Базальт охватил руками ободранный скальп после столкновения с кольцами его брони.

– А теперь, на колени, холмовый гном, и прочисти мои башмаки! – загоготал он, выступая вперед.

Но между ними встала высокая фигура Молдуна.

– Этого более, чем достаточно! – человек уставился на Тейвара, а на его лице появилось неприкрытое выражение ненависти и отвращения.

– Убирайся отсюда, пока это не зашло слишком далеко! – предупредил он. Молдун поднял руки, будто чтобы оттолкнуть дерро от упавшего Базальта.

– Ты что делаешь, старик? – горный гном отступил, в гневе смотря на Молдуна.

Но глаза горного гнома еще более расширились от того, что перед ним появился человек. Он молниеносно вытащил меч, с криком:

– Это я здесь решаю, насколько далеко все зайдет! Сейчас я покажу, как в таких случаях поступают Тейвары!

Острый конец короткого меча вылетел вперед, рассекая передник и рубаху Молдуна, глубоко входя между его ребрами. Молдун отступил назад, а его рука прижалась к груди. Он, не веря собственным глазам, уставился вниз, пока алый душ заливал его передник, а из-под сжатых пальцев яркими лепестками уходила несущая жизнь влага.

У Базальта все еще шумело в голове от удара, когда он сквозь головокружение смотрел, как Молдун закачался и с плеском упал на грязную улицу. Хильди закричала и метнулась к нему, упокоив голову раненного у себя в руках.

Видя на лежавшего бесформенной кучей Молдуна, на его глаза, безмолвно уставившиеся в звездное небо, в этот момент кровь у Базальта превратилась в лед. Схватив тяжеленную планку, которая и послужила причиной встречи, он размахнул ней с небывалой для себя силой. Дерро, все еще сжимавший скользкий от крови меч, попытался уклониться, но доска достала его по бедру, от чего тот растянулся на земле. Меч вылетел у него из руки и вонзился грязь рукояткой вверх. Базальт бросился к нему. Но он не успел дотянуться, так как в бок врезалось тяжелое тело, оттолкнув его на улицу.

– Прекрати! – прорычал Тибальт за несколько дюймов от лица племянника, который трепыхался в грязи под ним. – В этом городе уже было достаточно убийств, и еще одно повешение нам здесь не нужно!

Базальт отчаянно извивался, все еще пытаясь дотянуться до ухмыляющегося дерро, пока другие гномы помогли Тибальту его урезонить. Он вновь рванулся вперед, изрекая звуки, мало чем похожие на слова.

– Хватит! – более твердо прорычал его дядя. Трое других гномов держали Базальта настолько крепко, что едва мог пошевелиться, не смотря на все его старания.

Констебль повернулся к дерро, рука которого тянулась к топорику на поясе.

– Ты пойдешь со мной. – сказал он. – Как только отдашь свое оружие. Насладишься городским гостеприимством.

Тибальт указал на здание ратуши, за полквартала от них, в котором находилась и городская тюрьма.

Дерро попытался возразить, но, очевидно, что-то в глазах Тибальта его остановило. Кроме итого, толпа вокруг них выросла до нескольких десятков зевак, все – гномы холмов. Некоторые из них, переговариваясь, смотрели с испугом на безжизненное тело Молдуна, хотя ни один из них не вышел вперед, чтобы помочь плачущей Хильди.

Пожав плечами, Тейвар подобрал свой короткий меч, вытер его от крови, вложил в ножны и, отстегнув пояс, передал его констеблю.

– Но он… Молдун… – Базальт давился словами от гнева, смотря, как дерро, сопровождаемый двумя охранниками, пошатываясь, шел вниз по улице. – Во имя Реоркса! – закричал он. – Дай мне свой топор и позволь прикончить его прямо здесь! – в его голосе уже звенело отчаяние.

– Пусть об этом позаботится закон. – коротко ответил Тибальт. – Здесь была уличная драка, есть куча свидетелей. Драка, которой можно было избежать…

Тибальт еще не закончил мысль, но Базальт уже понял, к чему он клонит. Он оглядел толпу, отчаянно ища понимающее лицо, но увидел лишь ужас и жалость. Он посмотрел на Хильди, которая баюкала безжизненную голову Молдуна, а потом подняла на него свои заплаканные глаза.

Неожиданно, Базальт понял, что больше не сможет смотреть в лица гномов Хиллоу.

Вырвавшись из толпы, он побежал прочь, за угол и вниз по боковой улице. Он вновь повернул, ввалившись в какой-то переулок, все еще не понимая, куда направляется. Ослепнув от собственных слез, он завернул еще за один угол, продолжая бег без направления. Наконец, его ослабшие колени и уставшие легкие заставили его замедлиться, а потом и вовсе остановиться. Задыхаясь, он облокотился на какой-то сарай.

Неожиданно, он услышал хихикающий детский смех. Неужто кто-то видел все постыдное происшествие и последовал за ним от трактира, чтобы насмехаться? Нет, невозможно… – должно быть, просто кто-то играет в переулке. И все же, Базальт находил их веселье раздражающим.