Его Величество Флинт. - Мери Кирчофф

Номскул снял с пояса кошель и бросил его в лицо Флинту, от чего нос гнома окутала туча пыли. Флинт закашлялся и забрызгал слюной, изрыгая ругательства.

– Чего ты добиваешься, идиот проклятый? Хочешь, чтобы я подавился пылью?

Шаман Отстойника выглядел удивленным.

– Это не грязь! Это быть магия! Почему ты не быть поражен, как Агар? – он некоторое время подумал над этим. – Я знаю! Это доказывать, что ты есть король! Номскул не может заколдовать король!

Флинт устало обдумал упрямую склонность Номскула.

– Ты не можешь заставить кого-то быть вашим королем! – он отчаянно пытался высвободиться от своих пут.

Но квадратная челюсть овражного гнома осталась на месте.

– Это быть не я. Это есть отрочество. Ты должен покоряться.

– Но это не моя судьба! – не успокаивался Флинт. – Потому что мне наплевать на ваше пророчество!

Неожиданно, на Номскула снизошла неприкаянность.

– Так ты говорить, что не хотеть быть наша король? Это есть большая честь. Мы долго ждать твоя приход. Еще долго-долго до Номскула.

С дрожащей нижней губой, он выхватил клинок от кинжала без рукоятки и покрытый плесенью медальон из своих многочисленных карманов своей меховой куртки, поднося их к Флинту.

– Если ты не король, который должен получать сокровища Агаров, спасать после Катаклизмы? Кто быть наш король? – комната взорвалась симфонией воплей, причитаний, стонов и криков овражных гномов, которые в отчаянии упали на колени и бились головами о землю.

– О, Боги, во имя всего святого, прекратите это ужасное визжание! – заорал Флинт. В комнате неожиданно стало тихо, и все глаза обернулись к нему.

Включая и Периан. Флинт совсем позабыл о ней, отчаявшись сбежать. И в этот момент он увидел себя, каким он должен был быть в ее глазах, распластанным на стуле, его дурацкий вид только разозлил гнома. Хватит, значит хватит.

Флинт обратился в Номскулу, который колол его в подбородок:

– У меня есть идея. Похоже, что быть вашим королем намного веселее, чем я думал, поэтому я решил, что вам тоже должно быть весело. Я за день сделаю из тебя короля.

Но вместо криков радости, Номскул выглядел оскорбленным.

– В отрочестве так не говорить. – мрачно заявил он. – Моя не падать по грязному склону с королева.

Флинт бы с удовольствием разочарованно закрыл свое лицо руками, если бы мог к нему дотянуться. Он обдумал свои альтернативы. Он мог оставаться привязанным к стулу и попытаться выдержать их взрывы внимания. Однако, эти Агары выглядели крепким народцем, и, похоже, что терпенье не было одним из их достоинств. Почему бы тогда, хоть немного, не попытаться быть их королем? У него не было никаких неотложных дел, кроме как отомстить за смерть Айлмара. Для того, чтобы пройти в Торбардин и добраться до Питрика, надо было все хорошо спланировать; может, эти несносные овражные гномы могли бы помочь.

Было ли в самом деле провидением то, что он с Периан исполнили пророчество Агаров? Это действительно было странным стечением обстоятельств.

– Освободите меня. – неожиданно прорычал он, его голос едва можно было отличить от шепота. – Я стану вашим королем.

– Чего? – Номскул от неожиданности заморгал.

– Я сказал, что буду вашим королем. – погромче сказал Флинт.

Номскула терзали подозрения.

– Твоя обещать? Твоя не убегать?

Флинт закатил глаза.

– Я клянусь честью Огненных Горнов, что буду вашим королем и не сбегу.

– Насколько? – Номскул прищурился, сосредоточившись.

– Обещание есть обещание. – вздохнул Флинт. – Я буду вашим королем, пока буду вам нужен.

– А я буду вашей королевой. – сказала Периан выйдя вперед, и с улыбкой подмигнув Флинту. Он подмигнул ей в ответ.

По толпе Агаров в зале прокатился возглас одобрения, который передался всем ждущим у входа.

– Принести корону! Принести корону! – Флинт увидел, как что-то передавалось по рукам овражных гномов вперед, пока предмет, наконец, не оказался в руках Номскула. Шаман овражных гномов протянул вперед иззубренную металлическую корону, которую он с гордостью опустил на взмокшую от пота голову Флинта. Металлическое кольцо немедленно соскользнуло и, проехавшись перед глазами гнома с холмов, с дрязгом упало на грязный пол. Номскул немедленно водрузил ее на месте, но та вскоре вновь не удержалась и очутилась на ручке трона, после чего, отскочив, взлетела в воздух.

– Ух ты! Игра! Толкни корону! – захихикал Номскул в лицо Флинту. – Твоя быть смешной король. – он вновь натянул корону ему на голову.

– Только не зубьями вниз, ты, придурок! – завопил гном. Номскул поспешно снял регалию и поправил ее.

Как подумалось Флинту, сидит неплохо, да и выглядит недурственно.

– Теперь, развяжите меня! – комната превратилась в шквал овражных гномов, которые спешили исполнить желания своего короля: одни пытались стянуть веревки, другие – перегрызть их зубами. Наконец, путы Флинта упали, и он поднялся, растирая ноги и запястья.

Агары пребывали в радостном неистовстве, их «спаситель» явился. Номскул громким свистом призвал к тишине.

– Заааааааааткнууууууутьсяяяяяяя! – проорал он, но никто его не слушал. Раздраженно нахмурившись, шаман выхватил из-за пояса свой красный кошель, и усиленно хлопнул по нему, посылая в воздух облачко пыли над головами Агаров, которые замолчали, будто под действием волшбы.

– Видеть? – Номскул наградил Флинта щеголеватым видом. – Говорить тебе – это магия!

Он обернулся спиной к собравшимся.

– Мы планировать пир в честь коронации для… – его глаза забегали по сторонам, пока он обдумывал решение. – Как вас звать? – обратился он к Флинту и Периан. Те быстро назвались. – Пир, как можно скорее в Небесной Комнате для Его Величества Короля Фланца II и Королевы Перины! Я варить много еда, и все танцевать! – множество овражных гномов, словно лемминги, побежали прочь из комнаты, чтобы начать приготовления к предстоящим торжествам.

Хотя Периан даже рассмеялась на тем, как извратили ее имя, она насторожилась при упоминании о сваренной Номскулом еде. Она быстро оттянула Флинта в сторону.

– Надо сказать ему послать Агаров на северные участки, чтобы они принесли какой-то сносной еды, а не из тех мусорных куч, на которые они обычно наведываются. Я могу сказать, что конкретно принести, и где это взять. – ее лицо прояснилось. – Скажи-ка, а может, им удастся отыскать и немного моховой травки, а?

– А разве набег на Торбардин не будет рискованным занятием? – спросил Флинт.

– Агары постоянно этим занимаются. – ответила Периан. – Я просто скажу им быть более избирательными.

Флинт посчитал ее предложение резонным и приказал Номскулу вырядить парочку овражных гномов на северные участки, снабдив их точными указаниями Периан.

Собственно, идея оказалась настолько хорошей, что он решил послать еще двух гномов,, в этот раз – через «гротреска», как его называл Номскул, чтобы решить более важное дело: Базальт. Его племянник, должно быть, уже давно вернулся в Хиллоу, и, скорее всего, считал своего дядюшку безвременно ушедшим. От Номскула Флинт узнал наверняка, куда выходил грот из Отстойника – Харолисова гряда, возможно на расстоянии брошенного камня от Озера Каменного Молота. Флинт лично отобрал двух молодых херрнов по имени Кейнкер и Гарф, отдав им как можно более точные указания относительно того, где находится Хиллоу, а также общее описание Базальта.

Флинт запихнул в карман куртки Кейнкера поспешно намазюканную записку.

– Передайте это моему племяннику. – приказал он, отсылая их в дорогу. – Это сообщит ему, что я в безопасности. – на самом деле, он не питал иллюзорных надежд по поводу того, что им удастся, но попытаться стоило.

Заинтригованная возможным скорым появлением моховой травки, Периан даже позволила толпе фролин увлечь себя для подготовки к празднеству. Таким образом, Флинт, позаботившись о неотложных королевских делах, впал, наконец, в беспамятный сон.

Капли пота стали струйками стекать с висков Питрика, собираясь над губами. Толстый язык инстинктивно слизнул их, пока он склонялся над толстым томом, затянутым в кожу. Колдун сидел за резным гранитным столом, который вздымался прямо из пола его удобного кабинета за три ступени направо от главной комнаты. Слева от него, вздымались от пола до потолка полки с книгами, заполненные тяжелыми переплетенными книгами, потускневшими футлярами свитков, кувшинами с зубами, лоскутками меха. Там также завалялся череп гарпии, бивень клыкастого людоеда, пера для писания и бутылочки с чернилами, ногти с пальцев ног, пробирка, наполненная дыханием семи младенцев и другие высушенные ингредиенты. Полочки справа предназначались для бутылочек с необработанными компонентами всевозможных цветов, запахов и густоты, включая: железы жаб в фосфоресцирующей болотной воде, кровь золотого грифона, раскаленная докрасна лава, потовые железы медвежука, ртуть, слюна гигантского слизня, выпотрошенная девственная гремучая змея.