Его Величество Флинт. - Мери Кирчофф

– Уходите прочь, мелюзга! – прошипел он сквозь зубы, не оборачиваясь.

Но это вызвало еще больше жестокого и навязчивого смеха.

Базальт, теряя разум, развернулся, готовясь выбить дух из своих маленьких друзей. Из глубокой тени, к нему подбежали два самых ужасных и чумазых ребенка, которых ему только доводилось видеть. Они перешли на бег, размахивая над головами бечевками, ремнями и веревками, напав на гнома холмов.

Они налетели на него, как крысы, заматывая его бечевками и веревками, оббегая вокруг. Один из них бросился на его спину, сбивая гнома на землю. Его голова, все еще болевшая от удара о кольчугу дерро, врезалась в грязь, и земля, нападающие и сам переулок закружились вокруг него с бешеной быстротой.

Все, что ему удалось ощутить – это запах своих противников. Пока он еще не вырубился, Базальт уже знал, что это были не крысы, а кое-что похуже.

А когда он уже утратил сознание, он все еще не мог ума приложить, зачем понадобился овражным гномам.

ГЛАВА 14.

На дне кружки оставалась мутная лужица масгейла. Питрик перекатил ее в одну сторону, потом в другую, наблюдая за ритмичными и симметричными движениями. Он смотрел за передвижениями осадка тоненькой струйкой туда и обратно, без которого в масгейле было не обойтись, не смотря на то, сколько он раз процеживался. От такого безыскусного зрелища он находил некоторое утешение. Тот факт, что это была уже шестая кружка за те многие получасовые периоды, был одновременно приятным и особенным. Ибо, если бы Питрик использовал масгейл, как превосходное лекарство, как шаг к расслаблению и более глубокому мышлению, он редко когда позволял себе так глубоко погрузиться в зелья, вызывающие привыкание. Злоупотребление было опасным занятием.

Колдун и так уже сильно привык к власти. Чтобы стать зависимым от чего-то еще, развить близость с чем-то еще, как он уже поступил с концепцией власти, это только сделало бы его более уязвимым.

И все же, кое-что еще уже отвлекло его внимание. Периан Циприн, офицер Личной Гвардии тана с огненными волосами, это она поглощала его мысли. Питрик еще раз перекатил остатки пойла в кружке, прислушиваясь к мягкому шепоту жидкости. Он раздраженно выплеснул содержимое кружки в огонь, а потом разбил сосуд о железную подставку для дров в камине. Низкое пламя стало ясно-синим, когда пролитое зелье вспыхнуло жизнью. Разбухая, подобно огню, меланхолия Питрика перерастала в злость.

О, Боги, да она провела его! Он не знал как, или зачем, но она каким-то образом договорилась с судьбой, чтобы его обмануть! Одно из наиболее могущественных и сильных приспособлений – свиток «желаний», который он столько лет приберегал до лучших времен, исчез, превратился в пепел и разлетелся под собственным магическим ветром. Его сила не ставилась ни под какие вопросы или сомнения, но его использование, все-таки, оказалось безуспешным. Питрик не оставил никаких лазеек для мистических сил. И все же, свиток был использован, часть его жизни была взята, а Периан, более чем вероятно находилась совсем не подле него.

– Каким же я оказался глупцом! – громко простонал Питрик в своей пустой комнате. – И даже хуже, я был слепым, управляемым глупцом. Я запартачил наиболее могущественный из существующих видов магии, и ничего не получил взамен!

– Как я мог допустить такое? Как эта фролин могла стать такой одержимостью? – закрыв лицо руками, Питрик заковылял вокруг выделанного и отполированного стола к комнате в правом углу. Его взгляд упал на другое место, другое время и, возможно, другой мир. Ему ничего не надо было видеть. Детали помещения были четко и ясно запечатлены в его мозгу. Не придавая особого внимания окружающему, Питрик упал у основания очага, упершись локтями в колени.

– Я ее ненавижу! И все же, я должен заполучить ее! Каждый отказ, каждый ее шаг прочь от меня только распаляет мое желание! Неужели сама судьба решила выступить против меня? Неужели вся магическая материя мира решила меня подвести? – голова Питрика откинулась назад, и он завыл. – Как все могло провалиться? Я же не сделал ни одной ошибки!

Скрипящий звук у его дверей заставил Питрика застыть на стуле. Он оглядел комнату, слегка обескураженный звуком, а потом он услышал его вновь. Облако масгейла и гнева в его голове рассеялось, когда его внимание вернулось к более злободневным проблемам.

– Вместе со свитком, я преждевременно избавился от Легаэра. – промычал он. Воспоминание о податливой шее несчастного прислужника в руках Питрика принесло ему радость, и его губы искривились в улыбке. И все же, понадобится замена, и как можно скорее.

Стук в дверь повторился. Питрик зашаркал через комнату, слегка раздраженный этим вторжением. Сперва, он подумывал о том, открывать ли вообще, но потом понял, что новое лицо сможет отвлечь его.

– Что такое? – прорычал он, распахнув тяжелую дверь и застав врасплох гвардейца из Личной Гвардии, облаченного в черную броню, который стоял перед входом. Обескураженный солдат сконцентрировал свое внимание, но все еще не знал, что делать дальше.

Питрик протянул руку к своему пятиглавому амулету, но потом остановился. В конце концов, была же причина, по которой гвардеец сюда явился.

– У тебя ко мне послание, дурень? – резко промолвил он. Он ощущал, как по ногам пробежал холодный сквозняк, и понимал, что вскоре в комнате станет холодно.

– Меня прислали с Северного Участка, ваше Высочество. Дежурный офицер просит вас явиться, как это только возможно скорее.

Это необычно, подумал Питрик: «Зачем это вдруг?».

– Мы схватили Агара, ваше Высочество. Дежурный офицер думает, что вы обязаны его увидеть. – по голосу стражника, Питрик мог понять, что тот боится, возможно, думая о том, что приносить столь ничтожные новости непредсказуемому советнику тана было игрой со смертью.

Питрику нравилась эта часть его репутации.

– Зачем беспокоить меня с этим? Я не заинтересован в перемещениях туда-обратно из-за воровства овражных гномов. Расправьтесь с ним, как обычно, и покончим с этим… если, правда, нет чего-то еще, чего ты мне еще не поведал?

Посланец уже покрылся потом. По его шее уже бежали ручейки, стекая под плотно подогнанные доспехи.

– Да, Ваше Высочество, – запнулся он. – Мне еще следует сказать вам, что он крал нечто, принадлежавшее вам. Он пытался вломиться в ваши личные склады.

Питрик был озадачен. Последствия у данного инцидента и впрямь были ничтожные. Участки были основным районом для производства пищи в Торбардине, и Агары время от времени проникали туда, чтобы что-то украсть. В основном, они брали только отбросы, поэтому кража еды была необычным делом, но это вряд ли требовало его личного внимания.

Однако, его покои наполнялись холодом, пока в них гулял ветер. Небольшое развлечение с Агаром могло бы поднять ему настроение, как он подумал.

– Можешь идти. – сказал он стражнику и захлопнул перед ним дверь.

Глубоко вдохнув, Питрик коснулся кольца на пальце, представляя в уме сторожевой пост на краю Северного Участка. Еще до того, как выдохнуть, он уже стоял на самом посту.

– Ну, и где же дежурный офицер? – несколько гвардейцев отступили назад, прочь от неожиданного явления и схватились за оружие. Однако, немедленно узнав советника тана, они стали само внимание. Вперед выступил сержант и безмолвно махнул рукой, указывая в направлении дежурного офицера. Не удостоив его даже кивком, Питрик отправился в туннель, волоча за собой ногу.

Участки представляли собой огромный лабиринт проходов и гротов, где в большом изобилии располагались поля грибов и плесени, важнейшей еды подземных гномов. На участках также находились обширные водоемы, в которых водилась треска и другая рыба, привыкшая к холодным водам. По всей их площади были разбросаны кучи компоста, обеспечивавшие скудный грунт необходимыми удобрениями. Вечно пребывающие в темноте, на участках преобладал зловонный воздух, переносивший с собой ощущение могущества и процветания земли, во всех ее живых формах.

Через несколько мгновений, Питрик заметил беспомощного узника, прикованного к полу.

– Мы поймали его, когда он пытался проникнуть в одну из ваших комнат, Ваше Высочество. – выступил вперед один из гвардейцев.

– Я это уже знаю! – прервал его Питрик. – Ты здесь дежурный офицер? Если нет, то вызови его сюда.

Гвардеец поспешил исчезнуть за поворотом туннеля. Питрик безразлично взглянул на напуганного Агара на полу. Он заходил кругами вокруг узника, чьи глаза следовали за ним, будто у птицы. Когда Питрик уже заканчивал свой круг, появился дежурный офицер, который отсалютовал ему.

– Скажи мне, что такого важного в этом жалком создании? – приказал Питрик.

Офицер оказался на удивление непоколебимым.

– мы поймали его, когда он пытался проникнуть на ваши участки, ваше Высочество. Обычно мы бы даже не обратили внимания на поимку овражного гнома, но этот, похоже, искал что-то конкретное. Обычно они роются в мусоре и кучах навоза, глубоко в пещерах, и практически никогда не приближаются так близко.