Гнев орды - Александр Андреевич Войкин

не встретился ни один подозрительный тип. Отряд останавливался на привал близ тракта, поскольку те трактиры и постоялые дворы, что встречались нам по дороге, как назло были рассредоточены не самым умным образом, и натыкались мы на них днём, а не глубоким вечером. Я даже начал подозревать, что это какой-то особый заговор трактирщиков, но один из хозяев в заведении, где мы пополняли припасы, на мои слова только рассмеялся.

— Когда-то давно постоялых дворов на этой дороге было куда больше, милорд, — с усмешкой сказал старый орк, поглядывая на суетившихся служек, под присмотром Шарда набивавших мешок едой.

— И куда они делись? — полюбопытствовал я, искренне заинтересованный этим моментом. Будучи новым в этом мире персонажем, я лишен большей части бэкграунда, которым обладают местные жители, и всё время списывать на амнезию не выйдет — уже не выходит. Радует, что предыдущий владелец этого тела был редкостным дебилом, и все крайне довольны его трансформацией в волевого и сильного правителя, так что опасаются задавать прямые вопросы. Иначе пришлось бы плести дивную чушь. Поэтому информация мне нужна как воздух. В книгах по истории и географии, которые я прочитал в герцогской библиотеке, данные либо устаревшие, либо с пробелами, что и неудивительно: герцогство находится в самой жопе орочьего мира, на отшибе, и даже с эльфами мы граничим только небольшим кусочком территории. Буквально десять километров шириной, не больше. Отсюда и интерес: зачем батюшка-самодур отправил меня именно в эту местность? Просто-напросто избавиться от глупого и избалованного сынка, или же тут кроется ещё один слой? Дядюшка на этот счет молчит, а сам я спрашивать пока не решаюсь, надо ещё понаблюдать. Но чувствую, как только герцогство окрепнет — а случится это скоро, только вот культ разгромим, — родная кровь явится на порог и потребует. Чего именно? Хотелось бы знать.

— Война была, — хмыкнул старик, явно дивясь моей неосведомленности. Ну да, аристократы местные небось с молоком матери все тонкости исторические всасывают, а тут великовозрастный герцог — и тупит. Ничего, дед, я не в обиде, продолжай.

— Кто с кем сражался?

— Орки бились с людьми, — снова хмыкнул трактирщик. — Ох, давно это было. Лет так триста назад, может больше. Люди тогда только поднялись с колен, освободились от эльфийского рабства, основали свое королевство и начали дерзко посматривать по сторонам — куда бы ещё флаг свой водрузить? А мы народ миролюбивый, нам воевать ни к чему, всё ведь устраивает. Но враг сам явился на порог — совершенно внезапно и без объяснения причин. И пробивным натиском прошел от юго-восточных границ почти к самому центру Империи, грабя и сжигая по пути деревни, села, мелкие города и постоялые дворы. Кое-где, милорд, на вашем пути встретятся руины и останки зданий из тех времен. В большинстве из них давным-давно ничего не осталось, но вот древние храмы…

Старик многозначительно замолчал.

— В древних храмах до сих пор попадаются интересные вещи. Но некоторые храмы всё ещё охраняются, пусть жрецы давно их покинули — по своей воле или погибнув от рук неприятеля.

— Обязательно загляну, — заверил я. Трактирщик рассмеялся.

— Вы молоды и бесстрашны, это хорошо. Наверное, только такие люди и строят новое будущее.

— Чем закончилась та война? — я заметил, как взгляд старика затуманился, будто дед вспомнил нечто, виденное очень давно, мне же нужна информация о битвах, проходивших на моей земле. Ну и общий расклад сил знать полезно.

Старик моргнул, словно прогоняя видения прошлого, криво усмехнулся.

— Люди здорово нас потрепали, но недаром орки прослыли умелыми и сильными воинами — собрав в кулак единую мощь, Император нанес врагу сокрушительное поражение, загнав людей обратно в их конуру. С тех пор у нас с ними мир и любовь.

Ещё бы. Люди, скорее всего, не ожидали от «дикарей» подобной слаженности и единства. И закономерно огребли.

Я поблагодарил трактирщика за рассказ, добавив пару монет лично от себя — на развитие бизнеса, после чего мы направились дальше…

* * *

Ещё одним интересным моментом по дороге к эльфам стал встреченный нами древний храм — из тех, про которые упоминал трактирщик. Пожалуй, я бы его и не заметил, не будь у меня так развита сенсорика — почуял какие-то далекие отголоски магической энергии, крайне слабые, будто бы кто-то из чародейской братии на последнем издыхании пытается подать сигнал. Магией тянуло откуда-то из лесной чащи, туда я и приказал направить отряд — по едва заметной тропинке, изрядно уже заросшей травой и кустарником.

Ехали мы недолго, уже через полмили показался увитый плющом шпиль небольшого собора, выполненного, на мой взгляд, в каком-то странном стиле, напоминающем готический. Потемневшие от времени стены, местами полуразвалившиеся, с оскалившимися беззубыми провалами окон и общей пустотой храма ясно дали понять: тут уже минимум столетие никто не был. Помня предостережение трактирщика, я спешился, подал знак Шарду, чтобы отряд за мной не ходил. Виконт недовольно поджал губы, но гаркнул на воинов, приказал рассредоточиться и крыть местность — мало ли чего.

К моему удивлению, за мной последовал Мурред. На молчаливый вопрос граф вытащил из-за пазухи тяжелый медальон на серебряной цепочке.

— Оберег, достался от матери. Защищает почти от любых проявлений магии, пока ни разу не подводил.

Я хотел было съязвить, что, возможно, на него пока ни разу никто и не воздействовал этой самой магией, но придержал язык. Портить отношения с графом не хочется, а мой специфический юмор способны выдержать далеко не все.

— Держитесь позади, граф, — посоветовал я, и он не пренебрег этим — тотчас сместился мне за спину.

Добравшись до некогда аккуратного крыльца, сделанного из каких-то каменных плит, расколовшихся от времени, либо от чьих-то рук, я поднялся, остановился перед входом. Проем был высокий, куда выше двух метров, пожалуй, в пределах трех с небольшим. По краям — странные узоры, витые, неровные, будто бы вырезанные наугад, но в них я ощутил систему. И остатки магии. Сверху, под карнизом, замер каменный глаз. Закрытый. Я ощупал его магическим зрением — и хмыкнул. Похоже, охранная формация. Стоит только переступить порог, затронув область действия тех узоров по краям, как заложенное