Славянское язычество. От Перуна и Велеса до культа медведя и куриного бога - Анна Карасева

class="p1">Сегодня история принятия христианства сильно политизирована и перенасыщена эмоциональными оценками, поэтому в этой главе будет максимально нейтральный и краткий обзор. Причины можно разделить на три группы:

1) Личные. Они действительно могли иметь место, учитывая предпочтения князя Владимира, бабушку-христианку, которая фактически воспитывала его до десятилетнего возраста, и многочисленные легенды о духовных поисках князя, включая, например, легенду об исцелении слепоты. Такие рассказы встречаются довольно часто в житийных текстах, особенно сцены с уверованием после чуда и резким контрастом в жизни до и после. Однако следует помнить, что Владимир — князь и должен был считаться с мнением своей дружины и других князей, ведь в тот домонархический период князь был лишь первым среди равных. Поэтому вес личных причин, скорее всего, был минимален;

2) Внутриполитические причины. Так же, как и император Римской империи в IV в., князь увидел в христианстве способ укрепления внутренней власти: он становился помазанником божьим, и его власть, соответственно, ниспослана свыше. Фактически князь становился сверхчеловеком, приближенным к богу. Более того, поскольку бог был один, то и князь мог быть только один, и оспорить его право на титул становилось труднее.

3) Внешнеполитические причины. Укрепление связей с Византией, возможность династических браков, рост международного престижа. Жители Руси перестали восприниматься как языческие (читай «демонические») варвары и с ними можно было иметь дело, ведь к тому моменту вся Европа была христианской. Скорее всего, именно внешнеполитические причины были главными в момент принятия решения.

После крещения Владимира и его дружины в Херсонесе князь возвращается в Киев. Первое, что он делает — рушит идолы, крестить он будет потом.

…а сам вернулся в Киев. И когда пришел, повелел опрокинуть идолы — одних изрубить, а других сжечь. Перуна же приказал привязать к хвосту коня и волочить его с горы по Боричеву взвозу к Ручью, и приставил 12 мужей колотить его палками. Делалось это не потому, что дерево что-нибудь чувствует, но для поругания беса, который обманывал людей в этом образе, — чтобы принял он возмездие от людей.

«Велик ты, Господи, и чудны дела твои!». Вчера еще был чтим людьми, а сегодня поругаем. Когда влекли Перуна по Ручью к Днепру, оплакивали его неверные, так как не приняли еще они святого Крещения. И, притащив, кинули его в Днепр.

И приставил Владимир к нему людей, сказав им: «Если пристанет где к берегу, отпихивайте его. А когда пройдет пороги, тогда только оставьте его». Они же исполнили, что им было приказано. И когда пустили Перуна и прошел он пороги, выбросило его ветром на отмель, и оттого прослыло место то Перунья отмель, как и до сих пор зовется.

«Повесть временных лет», XII в.

Интересно, что князь Владимир велит уничтожать идолы по-разному: одних рубить, других — жечь. Особое внимание уделяется именно Перуну, как верховному богу и богу с самым мощным культом, в том числе среди военных. Его привязывают к хвосту коня и волочат до реки, куда сбрасывают, и идол уплывает за пороги. Этот обряд напоминает погребальный: у славян представление о путешествии в иной мир часто связано с плаванием по реке, даже гробы изначально изготавливались в виде лодочек и сжигались вместе с человеком. Если князь Владимир переживал, что Перуна могут вытащить из воды и продолжить почитать, то он мог сжечь его, как и других идолов, однако именно его он отправляет в последнее путешествие. Есть мнение, что князь Владимир действительно пытался повторить обряд погребения, а люди, которые в этом участвовали, не просто грустили, а устраивали ритуальные плачи по умершему богу (М. А. Васильев). Более того, Л. С. Клейн предполагает, что описание действа на самом деле является ежегодным обрядом проводов Перуна и никак не связан с христианизацией. При этом Перун является воскресающим и умирающим богом — это распространенный мотив, заключающийся в осенней смерти и весеннем воскресении богов, связанных с плодородием, таких как Адонис, Осирис, Таммуз, Дзумузи, Персефона.

Крещение Владимира Святославича. Радзивиловская летопись, XIII в.

БАН

Дальше происходит одна из самых известных сцен в истории России: Крещение жителей Киева.

«Если не придет кто завтра на реку [Почайну] — будь то богатый, или бедный, или нищий, или раб, — да будет мне враг [имущества лишен будет, а сам будет казнен]»

Услышав это, с радостью пошли люди, ликуя и говоря: «Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре».

На следующий же день вышел Владимир с попами царицыными и корсунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, молодые же у берега по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же совершали молитвы, стоя на месте.

И была видна радость на небе и на земле по поводу стольких спасаемых душ…

«Повесть временных лет», XII в.

Летописец акцентирует на том, что большинство киевлян восприняли нововведение князя положительно и с удовольствием пошли креститься. Здесь можно было бы возразить, что автор летописи — христианский монах; конечно, он описывал события не бесстрастно, однако, как мы увидим дальше, во многих регионах новость была воспринята негативно, начались вооруженные восстания, что в летописи также подробно отражено. Даже в Киеве не все были в восторге от затеи князя Владимира, о чем Нестор пишет так: «Посылал он собирать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное. Матери же детей этих плакали о них; ибо не утвердились еще они в вере и плакали о них как о мертвых».

Последний этап христианизации Киева: строительство церквей. Князь Владимир решил устанавливать их ровно на тех же местах, на которых до этого стояли языческие идолы: «И сказав это, приказал рубить церкви и ставить их по тем местам, где прежде стояли кумиры. И поставил церковь во имя святого Василия на холме, где стоял идол Перуна и другие и где творили им требы князь и люди».

Великий князь Владимир Равноапостольный. Из альбома «История Государства Российского в изображениях державных его правителей с кратким пояснительным текстом». Рисунок В. П. Верещагина, 1896 г.

Wikimedia Commons

Казалось бы, место осквернено, на нем концентрируется нечистая сила, зачем же устанавливать там церковь? На самом деле это общая практика для большинства религий. Любая религия состоит из двух частей: вероучения (истории, мифы, нравственные предписания, философские и богослужебные тексты) и культа (обряды, амулеты, праздники, атрибутика). Первое отвечает на вопрос: «зачем?», второе на вопрос: «как?» или «что делать?».