Платье для убийства - Анастасия Борзенко

бицепс, плечо, подбородок. Ее губы коснулись моих. Я ослеп, оглох, онемел. Я был рожден ради этого мгновенья.

Фредерик Бегбедер

Станислав Сергеевич внимательно разглядывал мужчину, пришедшего на прием. Глеб Полянский говорил спокойно, но все время дергал руками и ногами. Очень нервный… У торгового центра казался более сдержанным. На предложение рассказать, что его волнует, начал довольно странно:

— Я люблю свою жизнь, я понял это не так давно. К сожалению, мне потребовалось довольно много времени, чтобы осознать, как важно жить в моменте и как важно не упускать шансы.

— Постойте, Глеб, вы… Вы словно рассказываете мне роман, словно подготовили пересказ на первом сеансе, а мне важно услышать ваш внутренний голос. Ваш голос, понимаете?

— Хорошо. — Глеб тяжело вздохнул. — Хорошо. Прошлые годы… Я словно и не жил, проживал и прожигал. Хотел бы сказать, что это были женщины, вино и приключения, но…

Станислав Сергеевич тяжело вздохнул. Отчего многие клиенты уверены, что чем красочнее они опишут свои переживания, тем быстрее до психотерапевта дойдет суть их проблемы?

— То есть женщин, вина и приключений у вас не было?

— Нет. Приключений у меня не было, только поездки на рыбалку и встречи с приятелями, вино я до сих пор не понимаю, но стараюсь.

Станислав Сергеевич кивнул и улыбнулся. Глеб начал ему нравиться. Нормальный, обычный мужчина, со своими заморочками, но вполне нормальный. Немного запутался и устал — со всеми бывает время от времени.

— У вас есть увлечения или хобби?

— Да, я записался на курсы сомелье, чтобы научиться ценить каждый глоток и каждое мгновение жизни. — Глеб едва заметно улыбнулся.

— Вас что-то рассмешило, Глеб? Что именно?

— Почему рассмешило?

— Я заметил, что вас что-то развеселило. Это очень хорошо, поделитесь.

— Да, мне кажется очень смешным тот факт, что признанный всеми бог виноделия Дионис был с позором изгнан с Олимпа! И за что? За то, что просто любил вино!

Станислав Сергеевич рассмеялся в ответ, ему было не смешно, мозги больше занимала история с Асей, но он обязан был сделать вид, что оценил шутку.

Глеб счел это за одобрение, и ему стало очень спокойно. Никто не слушал его столь внимательно, как этот доктор, никто так искренне еще не смеялся над его шутками. В это мгновение ему захотелось говорить, он услышал свой собственный голос и позволил ему звучать.

— Древние греки были крайне деликатны с этим напитком, они все время разбавляли вино, которое пили… А Дионис не желал разбавлять, так что его пришлось выставить за пределы Олимпа. Однако же именно он и стал олицетворением виноделия. Простой, порочный и понятный. Именно таким я всегда и мечтал быть. Пришел, увидел, победил… А не пришел, увидел и застыл в каких-то нелепых делах… Стал богом из-за своих действий и искренних чувств и притязаний.

Глеб говорил и говорил, чувствуя, как с каждым сказанным вслух словом становится спокойнее и свободнее, ему нравился тембр собственного голоса, нравилось, как он строил предложения.

— Федерико Феллини как-то сказал: «Хорошее вино — как хороший фильм: быстро заканчивается, оставляя великолепное послевкусие; с каждым глотком в нем открывается что-то новое, и как это часто бывает с фильмами — оно рождается и возрождается в каждом новом ценителе». Я только и делал, что смотрел фильмы. В какой-то момент понял, что жду встречи с персонажами новых сериалов, с ними легко и интересно, а самое главное — с ними очень удобно: так спокойно запереться в доме и проживать вместе их жизни по кем-то написанному сценарию…

Он сделал паузу, с удовольствием глотнул кофе. Ему нравилось сидеть в кабинете с этим приятным доктором, пить изумительный кофе и чувствовать себя собой. Не так и страшно, оказывается, посещать сеансы психолога. Можно говорить, сколько влезет, и никто тебя не останавливает.

Станислав Сергеевич что-то пометил в блокноте и с улыбкой спросил:

— А что касается отношений с женщинами, Глеб?

От него не ускользнуло, как Глеб машинально тряхнул рукой. Ему была неприятна эта тема, но, раз он здесь, необходимо определить все триггеры, чтобы работа была плодотворной.

— Как вы с ними знакомитесь?

— Как все. Везде и всюду, даже пробовал приложения со знакомствами, но все не то.

— Почему?

— На таких сайтах обитают одни хищницы, им наплевать на душу и мысли, им наплевать на мужчину, все, что их интересует, — это деньги. Даже если они говорят, что секс. Вранье. Никто не хочет заниматься сексом в подворотнях, в кустах или дешевом мотеле. К сексу обязательно должен прилагаться букет цветов и дорогой номер с белыми простынями. Романтичные шлюхи заполонили виртуальное пространство. Мне не нужны романтичные шлюхи, мне нужна нормальная женщина. Со вкусом, красивая, умная и добрая. Мне хочется семейного тепла и уюта.

— Это очень хорошее и нормальное желание, Глеб. Если я верно понимаю, такая женщина у вас на примете есть?

Станислав Сергеевич понял, что не ошибся. Глеб Полянский так крепко вцепился в подлокотник кресла, что его пальцы побелели. Вот оно. То, что вводит его в стресс, и то, что надо из него вытащить. Очистить от всего лишнего и аккуратно поместить на место.

— Да, я попался, как мальчишка, когда впервые увидел ее. Она появилась у нас в офисе около десяти лет назад — такая строгая, неприступная, — я сразу понял: вот та вершина, которую я хочу покорить. С детства горы были моей страстью, я даже думал, что вырасту альпинистом и стану известным путешественником. С фотографиями во всех модных журналах о дикой природе и солидным счетом. Не работа, а мечта!

— И вы пришли ко мне, чтобы разобраться?

— Я пришел, чтобы сделать все правильно. Я не хочу все испортить, сегодня я почувствовал, что между нами что-то изменилось, это было словно реальная интерпретация фразы «лед тронулся». Она была такой трепетной и нежной. Позволила подержать ее пальто и сумку. Никогда раньше она этого не позволяла, я счел это за молчаливое разрешение пригласить ее на ужин. Или куда еще. Но, думаю, таких женщин, как она, следует приглашать на ужин. Или ужин — это слишком?

— Думаю, лучше начать с кофе.

— Пожалуй, вы правы, начну с кофе. Сначала я приглашу ее на кофе. А потом найду ту самую тропинку, что ведет на самую вершину священной Фудзиямы. Практика поэтапных шагов. Где-то я слышал такое, кажется, японцы у себя внедряют эту практику «шаг за шагом»: иди шаг за шагом и окажешься у цели вовремя. Кайдзен. Настоящий дзен нового меня. Как с Дионисом.

— Значит, все идет хорошо, вы сами хорошо справляетесь, Глеб.