Платье для убийства - Анастасия Борзенко

это лишь докажет, что Александра Жемчугова занимается очень важным и нужным делом — она делает женщин счастливыми! Ее книги не просто дарят надежду, они действительно помогают изменить жизнь!

Пожелай мне удачи, дорогой дневник, пусть мой будущий муж сделает мне предложение. Это совсем не рано — я знаю истории, когда люди влюблялись друг в друга с первого взгляда и провели вместе чудесную, счастливую жизнь. Я уже знаю, какое кольцо будет на моем пальце и в каком салоне я закажу платье — все давно висит на карте желаний. Она активировалась, и теперь нельзя тратить ни минуты на что-то лишнее.

Я счастлива и буду еще счастливее. Обещаю! Благодарю этот прекрасный день за все, что он мне дал. Твоя Ася».

Глава 21 Правила есть правила

Психопаты не безумны. Они прекрасно знают, что делают и какие от этого будут последствия.

Ганнибал. Сериал

Максим Глебович Разумовский докуривал сигарету и смотрел на большой дом, который больно мозолил глаза своей безупречностью и основательностью, возвышаясь крутым холмом за массивным высоким забором. Стабильность — вот чем пах воздух вокруг, не дешевой выпечкой, выхлопными газами, а добротной и непоколебимой стабильностью, что нещадно раздражало.

Средний класс! О каком среднем классе может идти речь, если все люди за все время существования цивилизации так и продолжают делиться на нищих и богачей. Тех, кто живет от зарплаты до зарплаты, и таких, что прячут наворованное имущество в подобных теремах-крепостях.

Максим Глебович не считал подобные чувства проявлением зависти, скорее, стремлением к справедливости общественного устройства. Он умел не мешать личные и профессиональные чувства, так что внезапный искренний и праведный гнев против сильных мира воспринялся как должное — подобное непременно свойственно любому нормальному человеку.

Его дочь достойна большего, но он никогда не сможет себе позволить поселить ее в подобном доме или отправить учиться за границу. Он совсем не баловень судьбы.

Следователь достал еще одну сигарету. Тот самый момент, когда просто необходимо отойти от правил. Скорее всего, внутри курить ему разрешат, но работа должна быть сделана безукоризненно, а портить себе настроение видом пепельниц, которые, скорее всего, стоят как его древний автомобиль, не хотелось.

Не нужно ничего такого, что заставит мозг трепетать, он должен оставаться холодным.

Ворота открылись точно в условленное время, и появился человек в форме охранника. Он проверил документы и вежливо предложил проехать внутрь. Следователь скептически усмехнулся, сплюнул и пешком направился в сад, протянув охраннику ключи. Если этот олух считает нормальным прислуживать, пусть прислуживает дальше.

Красивый, аккуратный газон, ровные деревья, лавочки, дорожки, фонтанчики.

Словно оказался в одном из домов-теремков с обложки глянцевого журнала.

Может быть, эта дочь хозяина, девушка несчастного парня — наркоманка? В здравом уме точно никто не сделает подобного с человеком, как бы сильно его ни ненавидел. Если в убийствах начинаются извращения, это либо нездоровая психика, либо наркотики.

Богатые дети богатых родителей все сидят на этой дряни. Придется попотеть, чтоб расколоть, но и не таких он за свою профессиональную деятельность раскалывал. Как орешки, что периодически попадаются под ногами.

Максим Глебович наклонился, чтобы поднять орех, — ему вспомнилось, как в детстве с мальчишками обдирали орешники. Послышался шорох, и он тотчас увидел молодую девушку — она сидела на коленях и усердно копалась в грядках.

Может, закапывает улики — мелькнула мысль, и он улыбнулся и остановился, ему нравилось наблюдать, как люди работают руками. Так естественно и прекрасно. Словно нет вокруг столько боли и ярости… деления на классы, политики. А главное, зверских убийств с совершенно неясными мотивами.

— Я могу вам чем-то помочь? — Девушка почувствовала его взгляд и спросила, не поворачивая головы.

— Да, у меня встреча с хозяином дома.

Девушка поднялась и отряхнула руки, обернулась. Следователь на секунду застыл — такая она была бледная. Правда, бледная, может оттого, что на лице ни капли макияжа и ярко-рыжие волосы… Видел ее. Где-то он ее уже видел. Или типаж распространенный. Но нет. Какая-то необычная у нее внешность.

— Хозяин уехал.

Максим Глебович понимающе кивнул. И к этому он был готов. Частое явление — открывают ворота, а потом срочно уезжают на внезапные встречи. Остается договариваться о новом визите, а это всегда только время терять.

— Ничего, я подожду. Мне больше нужна его дочь. — Он протянул развернутое удостоверение. — Следователь Разумовский.

— Интересная фамилия. — Девушка улыбнулась. — Пройдемте. — Отряхнула ботинки и сбросила фартук на куст.

Он шел вслед за ней и осматривал окрестности — все сделано просто и со вкусом. Ничего вычурного. Как назло… Стало бы легче, если было бы к чему прицепиться и сорвать бессильную злость. Максим Глебович недолюбливал работников администрации, все они взяточники и скользкие люди.

У дома их встретила женщина в униформе, которая приветливо улыбнулась и вежливо попросила снять верхнюю одежду и разуться.

— Это Маня, — махнула на нее девушка и обутая прошла в залу.

Маня вслед лишь тяжело вздохнула и неодобрительно покачала головой.

— Чай, кофе, воду или что покрепче? — Девушка сразу подошла к бару и начала вытаскивать бутылки. Одну за одной.

Покрепче бы не помешало — подумал Максим Глебович, но вслух произнес «воды». Он с интересом наблюдал, как новые бутылки появлялись на столике у дивана.

— Воды. Хорошо, воды так воды. Я думала, следаки пьют.

Она так просто это сказала, без подвоха и подтекста.

— Я следователь.

— Да, Разумовский. — Девушка открыла бутылку, понюхала и поморщилась. — Отвратное пойло. Сейчас Мане скажу, принесет воды.

Максим Глебович присел на диван, не дожидаясь приглашения, и продолжал изучать девушку взглядом.

— Представьтесь, пожалуйста. — Разумовский достал блокнот и ручку.

— Дарья.

— Полностью, пожалуйста.

— Какой вы вежливый.

— Я на работе.

Девушка усмехнулась. Все-таки она была очень бледной. Совершенно ненормальный цвет лица. Черные мешки под глазами и синие губы… Она не спала? Переживает? Или пытается скрыть что-то важное?

— Хорошо, Алиса Павловна Воронкова?

— Угу. — Она устало кивнула и села на пол по-турецки у его ног. Внимательно посмотрела в глаза.

Теперь следователь был уверен, что девушка не спала много часов подряд, — на лицо падал свет из окна и показывал все венки и синяки. Выглядела она плохо.

— Вы всегда такая? — Следователь развернул блокнот и сделал пометку. Пора приступать к опросу. Или предварительной беседе, если не спросят документы.

— Какая?

— Многословная?

— А, просто… Когда я много говорю, это плохо заканчивается.

— Что вы имеете в виду под фразой «плохо заканчивается»?

— Вы же читали мое дело. Давайте уже свои вопросы.

Максим Глебович понимающе кивнул. Дело у Алисы Павловны было как чистый