Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир: Чингис-хан. Личность и эпоха. - Евгений Иванович Кычанов

Несоответствия в хронологии, столь обычные для всей ранней биографии Темучжина — Чингис-хана, относятся и к рубежу XII–XIII вв.

Разгром чжурки Рашид-ад-дин относит к 1196–1197 гг., а «Тайная история» — к 1201 г. Поход Ван-хана против меркитов, по Рашид-ад-дину, имел место в 1198 г., а по «Тайной истории» в 1202 г. Совместный поход против найманского Буюрук-хана Рашид-ад-дин относит к 1199 г., а «Тайная история» — также к 1202 г.

1201 год — год избрания Чжамухиа коалицией<союзников гур-ханом — единственная дата, которая совпадает как у Рашид-ад-дина, так и в «Тайной истории». Современные китайские историки полагают, что поход Чингис-хана и Ван-хана против тайчиутов, о котором мы расскажем ниже, имел место в 1200 г., Рашид-ад-дин тоже излагает его до рассказа об избрании Чжамухи ryp-ханом. Согласно же «Тайной истории», он случился весной 1202 г.

Итак, возможно, в 1200 г. Ван-хан и Чингис-хан выступили в совместный поход против тайчиутов, Тайчиутам пришли на помощь меркиты. Сражение произошло на Ононе, судя по всему, с тайчиутами бился один Чингис-хан. Ван-хан в это время был на Аргуни, где сражался против следовавших за Чжамухой меркитов [Гамбис, с. 60]. Пока Ван-хан преследовал союзников Чжамухи, Чингис двинул свои силы на тайчиутов, давних его гонителей. Те знали: добра от Чингиса не жди, а потому приготовились к бою, В упорном сражении ни одна из сторон не смогла одолеть противника до наступления темноты, и бойцы ночевали на месте боя.

Битва с тайчиутами, возможно, единственное сражение, в котором Чингис активно участвовал лично так велико было ею желание отомстить тайчиутам за обиды, нанесенные ему в юности, в тайчиутском плену. В бою Чингиса ранили в шейную артерию, и он потерял сознание. Близким Чингиса никак не удавалось остановить текшую из раны кровь. Чжельме отсасывал запекшуюся кровь и сидел подле раненого хана с окровавленным ртом, никому не давая сменить себя. После полуночи Чингис наконец пришел в себя и попросил пить. Не найдя ничего под рукой. Чжельме в одном исподнем тайком пробрался в стаи тайчиутов и с трудом отыскал там кислого молока. Чингис стал было упрекать Чжельме за то, что, оставив его одного, ушел в стан тайчиутов, где его могли схватить и узнать о тяжелом состоянии Чингиса. Но преданный Чжельме пояснил, что он для того и шел в исподнем, чтобы при случае сказаться перебежчиком:

— Я уверен, что они поверили б мне, дали бы одежду и приняли к себе. Но разве я не вернулся бы к тебе на первой попавшейся верховой лошади?

Утром воины Чингиса обнаружили, что тайчиуты отступили, бросив в лагере многих людей. Среди них оказался престарелый Сорган-Шира. спасший когда-то юною Чингиса, и меткий стрелок Чжэбе. на которого пало подозрение, что он ранил Чингиса. Чжэбе признался, что с горы, с той стороны, откуда был ранен Чингис, стрелял действительно он. Чингис ценил откровенность и прошил Чжэбе.

— Заклятый враг всегда таит про себя свое душегубство и свою враждебность. Он держит свой язык за зубами. Что же сказать об этом? Он не только не запирается в своем душегубстве и вражде своей, но еще и сам себя выдает с головой. Он достоин быть товарищем.

Так в стане Чингиса появился еще один из будущих его прославленных полководцев.

Вслед за бежавшими тайчиутами была организована погоня. Те, кто не успел уйти, кого догнали нукеры Чингиса, жестоко поплатились за юношеские обиды хана. «Перебил и пеплом развеял» он тайчиутов, «вплоть даже до детей и внуков их» [там же, с. 120], а тех, кого пощадил, забрал себе, в свой улус. Таргутай-Кирилтуха схватили его же люди и чуть не выдали Чингису. Лишь опасения, что, выдав хана, т. е. совершив предательство, они вызовут сомнения у Чингиса в их преданности в будущем. побудили их сдаться без пего.

— Захватили мы и везли сюда Таргутай-Кирилтуха. Но, памятуя. что он наш природный государь, и не решаясь предать его на смерть и погубить, мы отпустили его и пришли отдать свои силы Чингис-хану.

— Правильно вы поступили, что не предали своего хана сказал Чингис. — Ибо я должен был бы вас казнить со всем родом вашим как холопов, наложивших руки на своего природного хана (по «Сокровенному сказанию», с. 118, 119, 121).

Так Чингис нанес первое поражение тайчиутам, но еще не одолел их.

В 1201 г. произошло важное событие. Монгольские и немонгольские силы решили объединиться в борьбе против Чингисхана. По данным «Тайной истории», «в год Курицы» (1201 г.) в урочище Алхуй-Булах собрались [на сейм] следующие племена: Хадагинцы и Сальчжиуты совместно; Баху-Чороги Хадагинский со своими; Хадагин-Сальчжиутский Чиргидай-Баатур со своими; договорившись с Дорбен-Татарами. Дорбенский Хачжиул-беки со своими; татарин Алчи и татарин Чжалнк-Буха со своими; Икиресский Tyre-Маха со своими; Унгиратский Дергек-Эмель-Алхуй со своими; Горлосский Чоёк-Чахдан со своими; из Наймана Гучуут; Найманский Буирух-хан; Хуту, сын Меркитского Тохтоа-беки; Худуха-беки Оиратский; Таргутай-Кирилтух Тайчи-удский, Ходун-Орчан, Аучу-Баатур и прочие Тайчиудцы. Уговорившись, возвели Чжачжурадайского Чжамуху в ханы, они приняли присягу, рассекая при этом с разбега жеребца и кобылу. Оттуда все они покочевали вниз по реке Эргуне и совершили обряд возведения Чжамухи в Гур-ханы на вершине поросшей лесом горы мри впадении в Эргуне реки Кан-мурен. По окончании обряда возведения в Гур-ханы они уговорились выступить в поход проч ив Чингис-хана и Ван-хана. Чингис-хан находился в Гурельгу в то время, когда прибыл Горлосский Хоридай и сообщил ему о их уговоре воевать. Получив это известие, Чингис-хан передал его Ван-хану, а тот немедля поднял войско и прибыл к Чингис-хану» [Сокровенное сказание, с. 116].

В «Юань ши» мы читаем: «В эго время хунцзила выразили желание подчиниться [Чингис-хану]. Хасар, не зная об их намерении, ограбил их. Тогда хунцзила подчинились Чжамухе, и с долубань, ициласы, хадацзинь, холуласы, татарами, саньчжиу собрали съезд на реке Цзяньхэ и сообща возвели на трон Чжамуху, дав титул цзюйэрхань» [Юань ши, цз.! с. 36 — 4а]. «Шэн у цинь чжэн лу» описывает это событие так: «Затем хатацзинь, саньчжиу, долоубань, татары, хунцзила собрали съезд у истоков реки Алей. В знак клятвы они разрубили по пояснице белую лошадь и выразили желание атаковать нашу армию и Ван-хана» [Пельо — Гамбис, с. 392–393]. Об избрании Чжамухи гур-ханом здесь не сообщается.

Рашид-ад-дин сообщает о создании коалиции не один раз: «В то время, когда большинство племени тайджиут по вышеупомянутой причине были перебиты, а часть бежала, эти племена катакин и салджиут собрались вместе. С ними заключили союз племена дурбан, татар и кунгират. Они поклялись друг другу клятвой, крепче которой нет среди монгол. Клятва эта заключается в следующем: они вместе зарубают мечом жеребца, быка и кобеля и при этом говорят: «О