Обратный отсчет: Распад - Токацин

Он оглянулся на Гедимина. Тот, протянув руку, показал на ближайший к коллектору узел податчика.

— Обычно ломается здесь. Здесь и искали. А на самом деле сломано вот тут. Йигис, можешь приблизить?

Один из дронов, прекратив движение от центра секции к окраине, повис на месте, мигая бортовыми огнями. Йигис приблизил сканируемый участок, и Гедимин, приглядевшись к очертаниям большого механизма, уверенно кивнул.

— Здесь, — он показал на пристроенный к стене кожух, заметно деформированный по краям. — Тут и тут шкивы. Две цепные передачи дублируют друг друга. Неисправна одна — замедление. Две — остановка.

Скегги быстро переглянулся с Ренгером.

— Все дроны к ближайшим коллекторам, — велел он Йигису. — Отслеживать движение!

Дроны, снизившись, повисли в трёх метрах над землёй, почти уйдя за ограду секции.

— Тут всегда было много крыс, — вполголоса заметил Ренгер, придвинувшись к Гедимину. — Тонны съедобной органики, сотни укромных нор, никакого контроля.

Гедимин, покосившись на секцию опасных отходов, развернулся к соседней, куда свозили «органику», от объедков до крошёного фрила. Рядом с ней «опасная» секция выглядела крошечной — её ограда тянулась чуть ли не до горизонта.

— Странно тогда, что податчик сломали не там, — Гедимин кивнул на ограждение, за которым постоянно что-то гремело, шуршало и шмякалось. — В опасных отходах еды не найдёшь.

— Тихо! — рявкнул Скегги, разглядев что-то на экране. — Есть сигнал. Все сюда!

Дроны, оставив в покое тихую переполненную секцию, повисли над дальним люком. На схеме светились продолговатые силуэты, состоящие из органики. В центральной части шахты, на лестнице и у аварийного подъёмника, их было немного, но на площадках и вдоль стен виднелись ветвящиеся расширения, и там постоянно что-то копошилось.

«А они не такие крупные,» — подумал Гедимин, сравнив размеры существ с высотой ступеней. «Полметра без хвоста, многие мельче. Хотя… Это ещё что⁈»

Чья-то морда на секунду высунулась из норы, и крысы, замешкавшиеся на площадке, шарахнулись вверх и вниз по лестнице. Силуэт животного накладывался на другие, размеры оценить было трудно, но его голова была длиной с «нормальную» особь.

Ренгер, видимо, тоже заметил гиганта — он еле слышно хмыкнул и придвинулся ближе.

— Ясно. Работаем, — Скегги кивнул туда, где стоял бронированный глайдер, и дежурили двое сарматов. — Перекроем по всей высоте и пустим газ. Ренгер, спускаетесь и ждёте сигнала.

Он показал на схеме люк в нижней части шахты.

— Этот выход не блокируется. Если кто-то прорвётся — уничтожить.

Скегги, пару раз ткнув пальцем в передатчик, кивнул ликвидаторам, и его отряд двинулся к глайдеру. Ренгер повернулся к своим бойцам.

— Спускаемся здесь до самого низа, оттуда — направо. Глядеть в оба, стрелять на движение, — кроме крыс, шевелиться тут некому!

Такие предосторожности из-за животных, даже не радио- или электрофагов, показались Гедимину забавными, но, оглядевшись, он не увидел ухмылок. По лестнице спускались тихо, с ярко горящими фонарями, на площадках замедляя шаг и проверяя, что впереди. В коллекторе было тихо — податчик остановился, и переработка отходов со всеми её звуками прекратилась. Органическая вонь просачивалась и сюда, скапливаясь в нижней части колодца; вентиляция работала на полную мощность, но всё равно вид газовых датчиков на стыках стен и потолка вызывал у Гедимина смутную тревогу. «Метан повышен, но терпимо. Аммиак, сероводород… Вроде взрываться нечему…» — думал он, спускаясь всё ниже.

Выход из коллектора — круглые раздвижные ворота с выгравированными символами опасности — открывался изнутри нажатием двух клавиш, спрятанных под прозрачные пластины. Гедимин машинально отметил их расположение на высоте поднятой человеческой руки и пошёл дальше, слыша, как за спиной смыкаются массивные створки — пять сантиметров металла и пластинчатого фрила. «Крысы могут это прогрызть?» — на секунду задумался он. Предположение звучало нелепо, но сармат уже не был ни в чём уверен. «При должной настойчивости — месяцев за шесть, может, за год. Резцы у них довольно прочные…»

В коридоре под мусоросборниками, чуть в стороне от сольвентных баков, было темно, и каждый шорох был слышен за сотни метров. Где-то шелестел мусор, проседающий под собственным весом, где-то просачивалась и капала жидкость. «Водой» её называть Гедимин не спешил — состав там, скорее всего, был куда более сложный.

Минут через пять в лучах фонаря сверкнул знак биологической опасности. Ренгер, осмотрев люк снаружи, кивнул, тронул передатчик и жестом велел закрыть респираторы и дышать кислородом. Сарматы рассредоточились вокруг люка, перекрыв все пути отхода. Гедимин пристально разглядывал края сдвижных створок. Видимых повреждений он не нашёл — похоже, крысы выбирались из коллектора другими путями, и сармат надеялся, что «макаки» из диспетчерской надёжно их перекрыли.

Передатчик на руке Ренгера мигнул и погас. Сармат повернулся к ликвидаторам.

— Газ пошёл, — услышал Гедимин его голос из коробочки координатора, прилепленной к виску. — Sa tatzqa!

Гедимин, давным-давно не слышавший команд на сарматском языке, изумлённо мигнул. На него сердито зашипели, и он, опомнившись, снял с плеча плазморез и направил на закрытый люк. «Если его не прогрызли раньше, то теперь не пробьют,» — успел подумать он, прежде чем услышал гул механических приводов. Массивные створки начали раздвигаться.

Сарматы открыли огонь, и Гедимин выстрелил, не приглядываясь, в тёмный расширяющийся проём. Раскалённый ветер хлестнул по лицевому щитку, слегка нагрев сармату ладони. В темноте заблестели разогретые добела потёки и пятна, медленно остывая и меняя цвет. Внутри зашкворчало, и Гедимин вздрогнул, услышав истошный захлёбывающийся визг. Кто-то кричал секунды две, потом вопль оборвался, и в коллекторе стало тихо. Двое сарматов налегли на створки, задвигая их на место. Ренгер следил за ними, косясь на экран химического анализатора. Сигма-сканер на запястье Гедимина пискнул, зафиксировав в воздухе присутствие фосфорсодержащего вещества, но сармат не обратил на него внимания.

— Люк открылся изнутри, — медленно проговорил он, глядя на Ренгера. — Это штатное открытие. Его не прогрызали и не выбивали. Открыли с клавиш…

Он вспомнил, что так и не рассмотрел, кто же рвался наружу из темноты — а теперь, после шести плазменных взрывов, это не определит и сигма-сканер. «Крысы,