Повелители теней - Майкл Кобли

Движение замедлилось над верхушками деревьев в южной части леса, недалеко от берега озера Орним. Потом Крыло потащило его вниз через ветки деревьев, ловко лавируя между ними. Откуда-то пришел звук капающей воды, но Бардоу не чувствовал и не видел ничего, кроме странного спокойствия и сосредоточенности на своей цели.

Сквозь сумрак пробивался свет факелов и костров, показалась поляна с контурами палаток на ней, рядом паслись стреноженные лошади, у костра виднелись силуэты. Он подвинулся ближе, скользя под кронами деревьев, и увидел Таврика, сидящего напротив Коделя. Здоровой рукой Таврик ловил камешки, которые бросал ему Кодель.

Камешки падали слева, справа, они летели высоко и низко, все быстрее и быстрее, пока наконец Таврик не смог поймать один из них. Он засмеялся, Кодель засмеялся вместе с ним. Внезапно Кодель умолк и повернул голову, прислушиваясь к шуму деревьев и пристально вглядываясь в то место, где маг устроил свой наблюдательный пункт. Бардоу невольно улыбнулся. Пусть у Таврика нет магических способностей его предков, зато они, кажется, присутствуют у Коделя.

Почувствовав желание хозяина, Крыло убралось с поляны. Бардоу внезапно осознал, что он не увидел здесь ни Химбера, ни Пирисы, ни брата Командующего, Койрега. А у пары-тройки людей Коделя на руках и головах были свежие повязки. Что это: нападение, засада? Он представил лицо Химбера: ничего не произошло, проделал то же самое с Пирисой. Крыло не двигалось, что могло означать только одно — они оба мертвы.

Тогда он подумал о Койреге, и его взгляд переместился сквозь листву, дымы костров и ткань палатки. Когда он снова сфокусировал зрение, то был уже внутри палатки и разглядывал Койрега с потолка. Койрег Мазарет спал, его руки и ноги были связаны, на лице виднелись синяки и ссадины. Бардоу ощутил беспокойство. Что сделал брат Икарно, что оказался в таком жалком положении?

«Но мальчик в порядке, — подумал он. — И Кодель, кажется, подружился с ним, что очень даже неплохо».

Маг помедлил, чтобы заглянуть внутрь связывающего заклинания. Все было хорошо, Песнь звучала у него в голове, хотя рано или поздно ее действие прекратится, и к тому моменту он должен будет оказаться в своем теле. Если, конечно, в его планы не входит вечно блуждать по Промежуточному Пространству.

«Сувьель Хантика», — пришла к нему четкая мысль.

Все картинки померкли и разбежались в стороны, Крыло взмыло и повлекло его через тьму, уверенно и настойчиво. Холод опять начал проникать в тело, заставляя чувствовать неуверенность и волнение. Но он снова призвал на помощь все, что любил, людей и родные места, прошлое и настоящее, и у него получилось. Тьма расступилась, показались освещенные ярким солнцем горы. Крыло влекло его на север, довольно низко, так что он смог разглядеть белых коз, пасущихся на склонах и выкапывающих из-под снега корешки и траву. Потом горы уступили место долине с развалинами древней цитадели.

Маг тут же узнал Олвергост и увидел тысячи поднимающихся к небу дымков от костров. «Беженцы», — с тревогой подумал он. И, проносясь над цитаделью, лишь краем глаза успел заметить какую-то суету у подножия горы. Но Крыло несло его дальше, через горы…

Крыло замедлило свой ход над узким каменистым ущельем. Дорога, идущая по его дну, постепенно расширялась у небольшого водоема, берег которого порос густыми кустами. Там маг заметил дюжину всадников, которые что-то искали. Крыло тащило его все дальше, но он велел:

— Подожди!

Маг пристально разглядывал всадников. На некоторых из них были полные доспехи, на других только кожаные нагрудники, но все без исключения носили шлемы-маски. Слуги, понял он. Они были известны своей способностью преследовать жертву без устали даже в самых непроходимых местах. Но все они явно чем-то озадачены и утомлены. Если этот отряд — погоня за Сувьель и остальными, то где же она сама?

«Сувьель Хантика, — снова подумал он. — Найди ее».

И вновь Бардоу оказался в Пространстве, мертвящий холод которого проникал глубже, чем прежде, — верный признак того, что Связывающее заклятие начало слабеть. Но Крыло Духа, казалось, твердо знает, куда двигаться, — смазанные картинки с высокими горами мелькнули и пропали, появились другие образы: нагромождение обломков красных скал, окутанные клубами тумана зеленые заросли, освещенная солнцем долина. Маг интуитивно понял, что видит какие-то Королевства, места скопления первичной силы, где обитали сонмы духов, как добрых, так и враждебных. Он вспомнил Обряд Укрепления Духа в пещере Тревады и те видения, которые так поражали, когда его, словно сорванный ураганом лист, несло через Королевство Древа-Отца. То место было полно жизни. Его окружали толпы удивительных созданий, вовлекающих в свои игры, стада животных, разговаривавших с ним, и еще там было величественное, похожее на башню дерево, единственное из огромного леса, которое говорило с остальными. Он очнулся после Обряда настоящим магом, с сердцем, разумом и душой, полными Силы Корня.

…Мертвая сила, пустой престол. Как печально было осознавать, что эти призрачные картинки Королевств — все, что может показать ему Низшая Сила. Эта рана никогда не затянется.

Крыло кружило над сменяющими друг друга пейзажами, но один из них начал повторяться все чаще. Затянутый туманом лес. У Бардоу на миг появилась надежда, потом беспокойство, он осознал, что нужно либо следовать за Крылом, либо притянуть его поближе к себе. На туманный лес упала тень Пространства, усилив его опасения и задержав его на пороге. Бардоу заметил корявые очертания стволов. Кора переливалась сотнями оттенков зеленого, каждая веточка, даже самая маленькая, держала на себе светящиеся изнутри листочки. Капли росы сверкали, сияли и переливались, но нигде не было видно ничего живого.

«Бардоу…»

Его охватила дрожь. Голос был низким и тихим, почти шепот, но в нем чувствовалась сила и было что-то женское.

«Бардоу, сын моих дочерей, хранитель остатков ушедшего огня, слушай меня, заклинаю. Опасность больше, чем ты полагаешь, больше, чем можешь представить. Планы Повелителя Сумерек впиваются в плоть мира, подобно отравленным колючкам. Если ты не проявишь осторожность, ты станешь таким же, как он, и тогда все живое погибнет. Не подведи меня. Он забрал мою любовь, оставив меня в горе и гневе. Я жажду мести! И отомщу, сын моих дочерей. Я поставлю его на колени перед собой. Схвачу рукой за горло и перережу его! Я сделаю это, но ты не должен ошибиться».

…Сумрачный лес растаял. Холод вцепился в тело острыми когтями, тьма заволокла мозг, закружила в падении…

Маг стоял на четвереньках посреди комнаты, высокое кресло валялось у стены. Свечи догорели, в комнате было темно, свет почти не пробивался сквозь занавешенное окно. Некоторое время Бардоу так и оставался на полу. Он тяжело дышал, стараясь успокоиться и выделить из всего увиденного самое важное.