Обитель Короля снов - Валентина Зайцева

людьми всех форм и размеров, занятыми своими делами. Все выглядели людьми, или почти. Некоторые были высокими, другие ниже меня. У многих кожа походила на человеческую, хотя в тусклом свете трудно было разобрать. Некоторые были бледно-голубыми — может, просто такими белыми, что казались голубыми. Другие имели серый оттенок, как у Тианы. Но все были красивы. Словно я случайно забрела в гримерку конкурса красоты.

Благодаря платью Тианы, что всё ещё было на мне, я шагнула на площадь, уверенная, что, хоть и не похожа на них, не буду явно выделяться как человек.

Здания вокруг площади были старомодными, будто живая музейная экспозиция или съемочная площадка. Мощеная площадь бурлила — похоже, был базарный день. Лотки пестрели: от живых животных до еды. Глаза расширились. Экзотическая еда, какой я никогда не видела. Один лоток продавал аппетитные пироги, другой — странные фрукты и овощи. Но, насколько я видела, оружия не было нигде. Страх, что преследовал меня часами, отступил, когда новые виды и запахи захватили меня. Если бы не моё положение, я почти могла бы почувствовать себя счастливой. Может, просто контраст с лесом так действовал.

Молодая женщина с длинными волосами и голубыми заостренными ушами, торчащими из них, подошла ко мне, размахивая каким-то лиственным овощем.

— Хочешь купить корень-травицу?

Её голос совпадал с движением губ, но под ним звучал другой — на языке, которого я не понимала. Я сообразила, что она тоже полиглот, но не так искусна, как Тиана, раз я слышала её родной язык под русским.

Я не осмелилась ответить, зная, что, если слышу её язык, она услышит мой. Русский здесь не в ходу, несмотря на то, что Грезар говорил на нём. Он знал его из миллионов снов.

Я покачала головой, надеясь, что жест универсален. Она склонила голову, посмотрела на меня и ушла в толпу. Я выдохнула с дрожью.

Я чувствовала взгляды, пока шла по площади. Не все, но достаточно людей пялились чуть дольше, чем нужно, давая понять, что я не так незаметна, как надеялась. Платье было грязным — может, в этом дело. Окровавленные и забинтованные ноги скрывала длина ткани, так что не в них причина. Игнорируя мурашки, я надеялась, что накручиваю, и продолжила искать на рынке что-то, что можно использовать как оружие.

В дальнем углу играл оркестр, исполняя веселую мелодию. Она резко контрастировала с тусклым светом, словно поп-группа на похоронах.

Желудок подпрыгнул, когда я прошла мимо тележки с выпечкой. Разные хлеба и пироги лежали ровными рядами, и, хоть я не видела ничего подобного, запах был восхитительным.

Порыв схватить что-то был велик, но подозрительный взгляд владельца лотка остановил меня. Я не воровка. Никогда не была. Даже когда не могла позволить себе еду дома, я перебивалась до зарплаты на лапше.

— Не припомню, чтобы видела тебя здесь раньше?

Я вздрогнула, когда меня окликнула женщина средних лет. Её кожа была как у Тианы, но с мелово-белым налетом голубого оттенка. На других в городе это выглядело красиво, но морщины и пятна на этой женщине делали её старой и изможденной. Несмотря на небрежный тон, в ней было что-то недоброе. Длинные голубые волосы покрывали плечи, серая шаль пряталась под ними.

Я не могла говорить. Любое слово выдало бы меня как чужака. Она могла не догадаться, что я из реального мира, но поняла бы, что я не местная. Я покачала головой, лихорадочно думая. Единственный выход — бежать, но куда? В лес? Там не безопаснее.

— Язык проглотила? — протянула она, её голубые губы растрескались в мрачной улыбке.

Мозг работал на пределе, вспоминая всё, что я узнала здесь. Тиана не знала, что я из реального мира, когда я заговорила с ней. Она спрашивала, из Двора Снов я, Двора Кошмаров или Тёмного Двора. Ни один не звучал дружелюбно.

— Я из Тёмного Двора, — заявила я, выпрямив спину и одарив её надменным взглядом. Её глаза расширились, она отступила, будто я была молнией. Она съежилась на глазах, и грозная старуха превратилась в жалкую фигуру.

Я собралась уйти, когда крепкий молодой мужчина положил руку ей на плечо.

— Она не из Тёмного Двора, матушка. Посмотри на неё. Никто оттуда так не одевается.

— А если она оттуда? — возразила женщина своему сыну, что был вдвое больше и вдвое страшнее. К счастью или нет, я привыкла к мужчинам, что пытаются запугать.

— Посмотри на её волосы.

Волосы? Единственный выход — блефовать, будто жизнь зависит от этого. Потому что так и было.

— Я не лгу. Разве не слышишь по моему голосу? По языку? А теперь прочь с дороги, простолюдин. — О, это было здорово. Может, перебор, но здорово. Лучше, чем обозвать его, как хотелось.

Я знала, что он услышит мой русский под странным переводом.

Но здоровяк не шелохнулся.

— Никто здесь не слышал язык Тёмного Двора годами, что само по себе подозрительно. Ты слишком низкая для их жителей. Волосы подходят, но одежда — нет. Королева не выпускает своих подданных из Тёмного Двора. Не выпускала десятилетиями. А если бы выпустила, не позволила бы так одеваться. — Он окинул меня взглядом, заставив чувствовать себя неловко в бежевом платье Тианы.

Что они имели в виду про волосы? Это место было безумным, хотя, оглядевшись, я заметила, что ни у кого нет волос моего цвета. Все оттенки коричневого, от светлого до почти чёрного. Много голубых, но ни одного серебристо-блондинистого.

— Не обязаны мне верить. Какое вам дело, откуда я? — Я попыталась протиснуться, но женщина схватила меня за руку. — Не так быстро, девица. В тебе есть что-то странное. Если не из Тёмного Двора, то откуда? Старейшины захотят тебя видеть.

Я дернула руку, но хватка была железной. Она была сильнее, чем выглядела.

— Отпусти!

Нас окружили. Половина рынка собралась поглазеть на представление. Так много о незаметности. Хуже было бы только с плакатом «Смотрите на меня» и колоколом.

Сын женщины схватил вторую руку. Его кулак был массивнее, но не сильнее материнского.

— Отпусти, чёрт возьми! — Вежливость не помогла. Может, крик сработает.

Толпа загудела, напоминая фильмы о средневековой Руси. Я почти ждала рыцаря на белом коне, но единственный знакомый в доспехах — Грезар, а я искала оружие, чтобы его убить. Мне никогда не нужен был мужчина, и я не собиралась ждать спасителя. Я спасу себя, как всегда. Я пнула старуху по голени, и она