Обитель Короля снов - Валентина Зайцева

— секрет. Когда брал платье и сейчас, он призывал меня.

— Призывал?

— Только он может призывать своих людей. У меня нет силы… телепортироваться, кажется, ваше слово. Я прихожу, когда он зовет. Лиру взяла с собой, потому что она недавно ко мне привязалась, и я не хочу, чтобы она потерялась.

Я приподняла бровь.

— То есть он позвал, и ты… появилась?

Я гадала, как она так быстро здесь оказалась. Никогда не привыкну к местной магии.

Она кивнула.

— Я слышала его зов. Опять же, телепатия мне недоступна, но его голос был ясен, как день. Я откликнулась оба раза. — Она замолчала. — Но я здесь ради тебя, не ради него. Хотела убедиться, что ты в порядке. Его привычка привязывать тебя мне не нравится. Он не объяснил, зачем ты здесь, и до сих пор я не слышала, чтобы он был с кем-то.

— Что ты имеешь в виду?

— Я никогда не видела его с женщиной. Он ужасно одинок. Думаю, ты первая, с кем он проводит столько времени.

Я сглотнула, пытаясь осмыслить.

— То есть у него никогда не было девушки? Никогда?

— Не могу говорить за него. Он мой король, и я не хочу его гнева, но я не слышала о таких. Я не эксперт по нему и не слежу за ним. Могу лишь сказать, что он живет одиноко.

Никогда не было девушки. Трагедия, что такой красавец не знал близости… любви.

— Боже! Он что, девственник?

Грезар вышел из-за двери, как только я это выпалила.Чёрт!Он услышал?

— Все в порядке? — спросил он.

Мы с Тианой кивнули одновременно, я покраснела, как свёкла. Он не показал, что слышал, но он редко что показывал. Его возможная невинность многое объясняла. Например, его угрюмость.

Он кивнул и ушел к другой двери.

— Неудивительно, что он такой мрачный. Я несколько месяцев не была с мужчиной и уже на взводе, — сказала я.

Тиана прищурилась, не понимая. Для полиглота она меня не уловила.

— Возбуждена! — уточнила я. — Постоянно.

Обычно я не признаюсь в таком чужим, но за последние недели моими собеседниками были лишь эмоционально закрытый девственник и его птица.

— Понимаю, — ответила она, удивив откровенностью. Я ждала, что она сменит тему. Потом поняла, что она использует свои переводческие навыки, подстраиваясь под меня.

— Ты упомянула Двор Снов. Что это?

Её глаза метнулись к дверям. Мы уже чуть не попались, обсуждая запретное. И неизвестно, сколько он пробудет за дверью — минуты или полчаса.

Она наклонилась, её лиловые волосы коснулись моей ноги.

— Двор Снов пустует давно. Дольше, чем я помню. Я моложе Грезара. Знаю лишь истории. Я никогда там не была. Говорят, он зарос. Технически, этот лес и моя деревня — часть Двора Снов, но сам двор в запустении.

— Но что это такое? — Двор? Я знала только дворы из исторических сериалов про российских императоров и императриц. Не то, что она имела в виду.

— Двор Снов, где Грезар король, занимает четверть этой земли. Ещё четверть — Двор Кошмаров, половина — Тёмный Двор.

Последние слова она прошептала, будто их произнесение могло ранить. Она снова глянула на двери, но Грезар не вернулся.

— Говорят, много лет назад Двор Снов был счастливым местом. Тогда он не назывался так. Это изменилось позже.

— Позже чего?

— Не уверена, что должна говорить. Если Его Величество хочет, он расскажет.

Наивно. Он ничего не рассказывает.

— Он хранилище тайн, а ключа у меня нет.

Она пожала плечами.

— Может, так лучше. Ты не захочешь знать, в каком состоянии наш мир. Не смогла бы спать в своем, если бы знала… Кстати, почему ты не уходишь? — Она кивнула на красную дверь в паре шагов. Намек ясен.

— Не могу, — ответила я, понимая, как жалко это звучит. — Это не Стокгольмский синдром или что-то такое, — поспешно добавила я.

Она склонила голову.

— Не совсем понимаю. Некоторые слова теряются в переводе.

— Стокгольмский синдром. Назван по шведскому случаю, когда сто лет назад бандиты взяли заложников, а те привязались к ним. Это когда пленник влюбляется в похитителя и не хочет уходить.

Она приподняла бровь.

— И у тебя нет таких чувств к королю?

— Нет, — слишком быстро ответила я, выдавая себя. Как бы я ни ненавидела это признавать, он меня волновал. Я не могла притворяться слепой. — Ладно, он красив, — призналась я. — Но это всё. Он ещё и подонок, и придурок, и, хотя такие, похоже, мой тип, я меняюсь. Теперь только милые, чуткие парни.

Она кивнула, но явно не поверила.

— Тогда почему не уйдешь через дверь, если это лишь легкое увлечение?

Легкое увлечение. Звучало странно. Что бы я ни чувствовала к Грезару, это не увлечение, но я не могла объяснить это ей. Даже себе.

— Он не причина, почему я здесь, — призналась я.

— Не погода или пейзажи? — пошутила она, обводя рукой лес.

Я усмехнулась.

— Нет. Я здесь, потому что… — Я замялась. Она знала Грезара. Больше, чем говорила. Он пошел к ней за платьем. Не думаю, что король попросил бы у незнакомой простолюдинки одежду. Он бы спросил друга или сестру, если она у него есть. Может, даже мать. Я была уверена, что она у него есть, несмотря на его молчание. Я решила рассказать часть правды.

— Моя мама больна. Думаю, Грезар причастен.

Она поджала губы, и на её лице появилось странное выражение.

— Я слышала слухи, — сказала она. — Не думаю, что ты винишь правильного человека.

— Что?

— Сказала лишнее. — Она встала. — Мне пора. У меня дела. Если не собираешься бежать, думаю, тебя можно оставить. Лира, пойдем.

Птица слетела с ветки и села ей на плечо.

— А тьмолисы? — возмутилась я. — Ты здесь из-за них.

— Мы обе знаем, что Грезар позвал меня не из-за тьмолис Если они придут, меня разорвут в клочья. Я не сильнее тебя.

Хм. Она выглядела как грозная воительница. Я бы поставила всё, что у меня есть — а это немного, — что она одолела бы тьмолиса.

Значит, он следил, чтобы я не сбежала. Не удивлена. Разозлена, но не удивлена. Если тьмолисы вернутся, я смогу сбежать через любую дверь, чего не могла в