Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

заблудились. Слишком долго они оставались змеями из-за того, что какая-то катастрофа изменила береговую линию и вход в реку, и невозможно было достичь пляжей окукливания. Хеби и, как я думаю, ещё несколько поколений драконов попали в ловушку, оставаясь в море гораздо дольше, чем положено.

Я кивнул, и хотя в моем мозгу роились мысли совсем о другом, я понимал, что услышать это было очень важно. Не стоит говорить ему, что я знаю о двух старших драконах куда больше, чем он.

— Хеби подозревает, что когда рухнули города Элдерлингов, не весь драконий род погиб. Очевидно, что остался Айсфир, — его голос стал мрачным. — Я размышлял об этом. Считается, что все Элдерлинги, жившие в Кельсингре, погибли, но это не так. Я погрузился в воспоминания одного Элдерлинга, который прошел через разрушение города. Его глазами я видел, как сотрясается земля, и спасаются Элдерлинги. Но куда? Я считаю, в места, которые отмечены на карте в башне, — он посмотрел на меня, и я призвал все свое самообладание, чтобы выглядеть ошеломленным при последующих его словах: — Мне неизвестно, как творится эта магия, но они явно ушли сквозь стоячие камни. Те самые, где я впервые встретил вас.

— Они ушли сквозь камни? — повторил я, словно не был уверен в услышанном.

— Сквозь камни, — подтвердил он и внимательно на меня посмотрел. Я старался дышать спокойно и размеренно, глядя на него с интересом. Пауза повисела ещё какое-то время, и потом он продолжил: — Я не получил образования, принц Фитц Чивэл, но я не дурак. Этот город может многое поведать. Пока прочие боялись заблудиться в воспоминаниях, которые он хранит, я исследовал их и узнал многое. Но некоторые вещи, о которых я узнал, вызывают только ещё больше вопросов. Не кажется ли вам странным, что все до единого Элдерлинги и драконы сгинули в результате одной-единственной катастрофы?

Теперь он ни столько разговаривал со мной, сколько объяснял что-то самому себе. Меня это полностью устраивало.

— Некоторые поселения Элдерлингов были уничтожены, это мы знаем. В Трехоге с давних пор раскапывали то, что осталось от погребенного города Элдерлингов. Возможно, то же случилось и с другими городами. Но человечество не вымерло, как те же попугаи, обезьяны. И как же так вышло, что поголовно все Элдерлинги и драконы исчезли? Само собой, должно было значительно сократиться их количество. Но вымереть полностью? Это как-то странно. Я видел, как многие спаслись бегством из гибнущего города — что сталось с ними? Что случилось с драконами, которые были далеко отсюда? — с металлическим скрежетом он почесал свой чешуйчатый подбородок ногтями с радужным отливом и посмотрел мне в глаза. — Предательство и тьму вспоминает Хеби. Землетрясение, конечно, беда, но не измена. Сомневаюсь я также и в том, что Элдерлинги предали своих драконов. Так о каком предательстве она вспоминает?

Я решился на вопрос:

— Что по этому поводу говорит Айсфир?

Он презрительно хмыкнул.

— Айсфир? Да ничего. Бесполезный громила, что для драконов, что для Элдерлингов. Он вообще с нами не разговаривает. У Тинтальи не было выбора, вот она и взяла его в качестве самца. Но он показал себя недостойным. Мы редко видим его здесь, в Кельсингре. Впрочем, я слышал одну песню менестреля про Айсфира, в которой говорилось, как он выбрался изо льда. Злая белокожая женщина — её ещё называли Белым Пророком — пыталась его убить. И вот мне интересно: если кто-то покончил с драконами, почему не сделал того же с Айсфиром?

История об Айсфире и Бледной Женщине добралась уже до Кельсингры. В то время я носил имя Тома Баджерлока, и немногие менестрели знали о моей роли в крахе Бледной Женщины. Но Рапскаль прав. У Айсфира наверняка есть причины ненавидеть её и, возможно, всех Служителей заодно. Существует ли способ пробудить эту ненависть и убедить его помочь мне совершить возмездие? В этом я сильно сомневался. Если он не горел желанием разделаться с собственными обидчиками, то проблемы каких-то людишек ему и подавно неинтересны.

Я оставил мысль об Айсфире.

— Я не все понимаю из того, что вы мне рассказали. Так драконы Кельсингры разного возраста? Но разве они не появились на свет в один день?

Он снисходительно улыбнулся:

— Внешний мир много чего не понимает про наших драконов. С момента брачных игр и откладывания яиц до окукливания проходит время, за которое сменяется одно или даже несколько поколений людей. А если морские змеи, допустим, попали в голодный год или их далеко отнесло штормами, то может пройти ещё несколько лет, прежде чем они сплетут свой кокон. Те змеи, которых Тинталья вывела из моря, пережили бедствие, но некоторые из них находились в море на многие годы дольше остальных. Змеи были обречены там оставаться с момента гибели драконов, а ведь никому неизвестно, как давно это случилось. Мы с Хеби считаем, что она была самой юной из тех, кто все-таки достиг берегов Реки Дождевых Чащоб. Её память предков, пусть и обрывочная, хранит эпизоды из самой свежей истории драконов, прямо перед почти полным их вымиранием.

Пришло время задать самый важный вопрос.

— Помнит ли Хеби что-то о Клерресе или Служителях, что может помочь мне в их поиске и уничтожении?

Он грустно покачал головой:

— Она их ненавидит, но также сильно боится — а других вещей, которых она бы боялась, я не знаю. Она пришла в ужас, когда я предложил поднять всех наших драконов вам на помощь, и предупредила, чтобы мы и носу не казали вблизи того проклятого места. Если сны помогут ей вспомнить все, она, возможно, решится сама свершить свою месть, — он пожал плечами. — Или же если эти воспоминания будут столь ужасны, наоборот, навсегда станет избегать Клеррес.

Вдруг он поднялся, отчего я отодвинулся назад вместе с креслом и напряг каждый мускул. Заметив мою реакцию, он печально улыбнулся. Я не коротышка, но даже встань я в полный рост, он бы возвышался надо мной. Однако он вежливо произнес:

— Пусть мой дракон сейчас не готов лично разделаться с этими «Служителями», я хотел бы сам всех их убить. Ради неё, — он посмотрел мне прямо в глаза. — Не стану извиняться за свое поведение в день, когда вы пришли в мой город. Моя подозрительность оправдана, к тому же я и до сих пор сомневаюсь насчет того, что вы о себе рассказали. Никто не видел, как вы спускались в Кельсингру с холмов. У вас было больше поклажи, чем, по моим представлениям, удобно брать с собой в дальнюю дорогу.