Не будите Гаурдака - Светлана Багдерина

— Да…

— Впрочем, это неважно… — нетерпеливо дернул рукой Великий, и на троне в мгновение ока оказался огромный черный ифрит.

В неизменном золотом обруче.

— …потому что вы все равно отсюда никуда не уйдете.

Главный специалист по волшебным наукам не читал в детстве книжек — положение приемного сына деревенского мельника, отсутствие объектов чтения и полная неграмотность к этому совершенно не располагали. Позже, когда он поступил в Высшую Школу Магии Шантони и читать научился, изучать ему с утра до вечера приходилось главным образом хрестоматии, регистры, сборники и прочие чрезвычайно толстые и еще более умные книжки по магии. А это значит, что для чтения обыкновенной художественной литературы — про приключения, похождения и прочие одиссеи, любимый ассортимент Ивана — ни времени, ни желания у него не оставалось.

Кто-то мог счесть это недостатком, и он сам был бы в первых рядах сих придирчивых критиков…

Когда-нибудь.

Но не сейчас.

Потому что, не только не прочитав — но и не пролистав в своей жизни ни одной ненаучной книжки, его премудрие не знал, что в ответ на ремарки подобно той, что только что высказал король, герою положено встать в его позу (В героическую) и отважно задать вопрос вроде «А с чего баня-то упала?». А потом, при получении исчерпывающего — или не очень — ответа начать игру в кто кого перегрозит.

И поэтому сразу, как только последнее слово слетело с губ хозяина положения, из рук Агафона вырвались два ревущих потока зеленого пламени и ударили в трон.

По идее, после этого и золотой стул, и его обитатель должны были отправиться в облаке мелкой пыли сначала к потолку, а потом еще выше.

Но то ли прицел был взят слишком низко.

То ли заклинание подготовлено слишком впопыхах.

То ли учебник в свое время прочитан слишком небрежно…

Но после попадания все расплавляющих на своем пути струй в основание трона тот, вместо того, чтобы взлететь вверх и распасться на ионы, провалился, как был, в образовавшуюся под ним дыру.

Вместе с хозяином, естественно.

— К-кабуча!!!.. — яростно взвыл чародей, обернулся влево, готовый отражать магические и прочие атаки со стороны растерявшихся, но не менее верных от этого придворных…

Но не успел.

Похоже, у Абуджалиля за период учебы времени для чтения беллетристики оставалось тоже крайне мало.

Потому что в тот самый миг, когда королевское рабочее место с грохотом и спецэффектами обрушилось в подвал (Или в преисподнюю, что в таком месте, как это, могло быть абсолютно равнозначным) он, безудержно вопя нечто неразборчивое, раскинул руки как крылья, и пол под ногами верных клевретов последнего Великого превратился в толстый-толстый слой жидкой горячей карамели (В районе двух метров).

Почти мгновенно застывшей.

— Молодец!!! — возбужденно выкрикнул Агафон, хотел хлопнуть друга по плечу, но промахнулся и попал по затылку, сбивая на пол нелепый рогатый колпак.

Тот, улыбаясь во весь рот, тот час же любезность вернул.

— Уходим!!! — не забыв ловким пинком послать свой головной убор в зияющую чернотой дыру на месте трона, боевой маг схватил за руку Абу и потащил к ближайшей стене.

— Но двери тут нет!!! — испуганно уперся тот.

— Сейчас будет!!! — широко ухмыльнулся его премудрие, вытянул руки и повторил трюк с зеленым огнем.

Сноп яркого солнечного света, ворвавшийся сквозь клубы заполошно мечущейся пыли в темное нутро дворца, ослепил на несколько секунд двух волшебников, но, отважно прикрыв глаза руками, они рванули вперед, на волю, наружу, туда, где их ждали-заждались друзья.

— Иван!!!

— Сима!!!

— Мы здесь!!!

— Сюда!!!

— Скорей сюда!!!

Будто ястреб спикировал Масдай на несущуюся через площадь чумазую парочку, подхватил обоих, словно мороженое лопаточкой зачерпнул и, преследуемый гневным ревом вырвавшегося из-под земли короля, что было мочи, рванул прочь, к стене, и далее — в пустыню.

Осуществлению такого простого, как всё гениальное, плана помешал лишь один незначительный пустяк.

Полное отсутствие какой бы то ни было пустыни.

Чем ближе подлетали беглецы к городской стене, тем явственнее становилось то, что из центра города разглядеть было почти невозможно (Да и кто бы стал рассматривать наличие пустыни где-то за почти невидимой из центра стеной, когда все глаза с курсирующего вокруг дворца Масдая были направлены лишь вниз, в поисках выходящих или (что было наиболее вероятно, и оправдало себя) выбегающих друзей).

Пустыня пропала, и вместо желтых песков город теперь окружала плотная стена серого как сырая шерсть тумана.

Случайно задрав голову, Иван увидел, что и небо с солнцем, которые они воспринимали как данность, теперь не такие, как были, а словно нарисованные, или вылепленные из яркого пластилина — небо голубое, солнце — золотое, но если присмотреться, то сквозь прозрачную лазурь небосвода просвечивал еле заметно тот же самый вездесущий серый туман.

— Куда теперь? — не останавливаясь, прокричал Масдай.

Пассажиры его оглянулись, и увидели, как вслед за ними, на расстоянии метров ста и постепенно приближаясь, несется прямо по воздуху нечто похожее на ожившую вешалку для парадных нарядов, забытую лет на сорок в питомнике моли.

— Король! — ахнул Абу.

— Кто?.. — оглянулись все, кроме тоскливо втянувшего голову в плечи Агафона.

— Хозяин города! Последний из Десяти Великих!

Сулеймане побледнели.

— Масдай, скорей, скорей, скорей!!! — неистово заколотила ладошкой по шершавой спине ковра Эссельте.

— Куда — скорей?!

— Прямо, в туман, там разберемся!!! — крикнула Сенька, с одного взгляда на его скукожившееся премудрие угадавшая вероятный исход грядущей битвы.

— Ишь, чешет как наскипидаренный! — насмешливо хмыкнул отряг. — Что вы там с ним сделали? Скрестили со сливой?

— Хуже, — процедил сквозь сведенные зубы волшебник.

— По нему и похоже, — нервно покривил губы в резиновой улыбке Кириан.

— Ничего, не догонит, успеем! — ободряюще выкрикнул ковер, поднатужился, поднапружился, стрелой перелетел через оставшуюся внизу стену и утонул в тумане.

— Не отстанет, так заблудится! — злорадно изрек менестрель, и воинственно извлек из свой дребезжащей лютни нескладный, но бравурный аккорд.

Сколько уже продолжалось их путешествие по туману, сказать затруднялся теперь даже сам Масдай.

Поначалу он несся вперед без остановки как оглашенный, рассчитывая вот-вот выскочить на свет: туман в пустыне так же вероятен и долговечен, как снег. Но не менее чем полчаса спустя, когда кроме равномерной белесо клубящейся серости вокруг ничего упорно появляться не желало, он скорость сбросил и принял решение поискать если не солнце, то землю.