Степной удел Мстислава - Александр Дмитриевич Майборода

нужен парад тому, кто скоро будет биться насмерть с таким же, как он, простым человеком, который лично его ничем не обидел?

На самом деле в воинские ритуалы вложен глубокий смысл. Торжественные церемонии эмоционально выражают мировоззрение общества, его нравственные идеалы и влияют на сознание воина – вселяют в него веру в свою роль, воспитывают гордость за принадлежность к могуществу и славе княжеской дружины, дают надежду на почет и славу. Лучшим воинам была открыта дорога в воинское братство.

Глава 30

Для князя в центре лагеря был поставлен шатер. Фактически это был кабинет, в котором Мстислав решал воинские дела. Ночевать он уезжал в город.

На площади перед княжеским шатром разожгли большой костер.

Столы для пира расставили, начиная от шатра. Всего около полусотни – для бояр и средней дружины.

Для остальных подкатили телеги с едой, пивом и вином. Каждый подходил и брал из еды все, что желал. За вином подходили со своими кружками.

У бочек хозяйничали виночерпии. Только подставляй кружку, и ее наполнят до краев.

Пей! Веселись! Лишь, не забывай воздавать хвалу князю. И Богу, Который дал такого щедрого князя.

Рядом с Мстиславом, как всегда, сидели Часлав, Евстафий, Тихон, Первинок и Братша.

Евстафий чувствовал себя плохо. Однако из уважения к отцу на пир пришел. По болезни он вина не пил.

Остальные – пили. Во здравие князя пили полные чаши. Мстислав любил веселье, поесть и выпить. Он был здоровяк и мог выпить много, при этом ничуть не пьянея. Но остальным, хоть они и были крепкими людьми, с ним было не тягаться. Поэтому ближние бояре пили столько, сколько хватало, чтобы не терять ума.

Евстафий почти всё время молчал, но, когда кто-то начал хвастаться силой собранного войска, тихо заметил, что для задуманного дела войска может и не хватить.

– Этих людей нам вполне хватит! – уверенно проговорил Братша.

Братше был поручен набор войска. Не первый раз он занимался таким делом. Он считал, что и на этот раз с поручением справился успешно.

– Не знаю, – проговорил Евстафий. – Но Ярослав не так прост, и на его стороне стоят норманны.

– Что мне князь поручил, то я и сделал, – проговорил Братша.

Мстислав кивнул головой:

– Воевода дело хорошо сделал.

– Я и не ставлю под сомнение его старание, – сказал Евстафий. – Но у Ярослава почти полсотни тысяч воев. Я думаю, что мы слишком малое войско собираем.

– Владимир собирал рать и под сотню тысяч, – заметил Часлав.

– Святополк собрал войско больше, чем у Ярослава, – сказал Тихон.

– Это с печенегами. А они – ненадежные союзники, – заметил Первинок.

– Когда мы примкнем к Святополку, это уже не будет иметь значения, – сказал Братша.

– Но ведь у нас есть и другие дела, – напомнил Евстафий.

– Другие дела мы сможем сделать, когда будет устранена угроза от Ярослава, – сказал Часлав. – Если Ярослав не будет разбит, то боюсь, не сидеть нам в Чернигове.

Мстислав, слушая разговор, слегка улыбнулся:

– Евстафий, ты справедливо беспокоишься о том, чтобы наше войско было побольше. Но в сражениях побеждает не тот, у кого больше воев, а тот, у кого больше ума. Да – наше войско небольшое. Но я вижу среди наших воев самых опытных. Они доказали свою храбрость и умение в войне с корсунцами, где мы победили хитростью. Для нас сейчас главное – быстрее дойти до Чернигова. А там, если нам понадобятся еще вои, кликнем охотников. Уверен, что среди черниговцев их найдется немало.

Часлав заметил:

– У греков другая система. У них два десятка только прямых налогов… – Часлав начал загибать пальцы на руке. – Налог на землю, подушная подать, налоги на оснащение армии, налог на покупку лошадей, налог на рекрутов, заплатив который можно было освободиться от воинской повинности…

Первинок вставил:

– А еще – десятина с продажи товаров. Там платят все. И чиновники, и военные, получившие повышение в должности.

Часлав кивнул головой:

– Интересна их система комплектования армии – у них фемы. Солдатам даются земельные участки по пониженной плате, за это они и их потомки обязаны служить в армии. Не хочешь служить в войске – плати.

– Ну, мы не греки и не франки, нам и охотников хватает, – проговорил Мстислав.

– Тот, кого гонят в войско палкой, плохо воюет, – сказал Братша.

– У франков установлено правило – каждый должен зависеть от другого, – заметил Первинок.

– Это так, – проговорил Часлав. – Они все там рабы. А наши народы свободны…

– Не о том думаете, – проговорил Мстислав. – Надо думать о том, как завтра за день погрузиться, чтобы послезавтра двинуться в путь.

– А что беспокоиться? – усмехнулся Братша. – Всё у нас готово. Завтра протрезвятся, и к вечеру все будут в кораблях.

– Надеюсь, – проговорил Мстислав и бросил взгляд на подошедшего человека. Судя по запыленной одежде, он был только что с дороги.

Человек поклонился:

– Здрав будь, князь.

– Ты кто? – спросил Мстислав.

– Я с Тмутаракани гонец, – сказал человек.

Все почувствовали неладное и насторожились.

– Слушаю тебя, – сказал Мстислав.

Гонец вынул из сумки свиток и подал князю.

– Княгиня тут всё отписала.

Мстислав кивнул головой Первинку:

– Прочти.

Первинок развернул свиток и начал читать. Княгиня Аделина сообщала, что ей поступили сведения, что касоги собирают войско для нападения и думают напасть, как только войско Мстислава отправится в поход.

Мстислав мрачнел.

Когда Первинок закончил чтение, Часлав громко воскликнул:

– Войско собрано для похода на Чернигов… Утром мы собирались грузиться на корабли.