Моя чужая дочь, или Сюрприз для богача - Яна Кроваль

получила на гарнир картошку фри. Которую, как выяснилось позже, при ее заболевании употреблять категорически нельзя.

- А вы об этом не знали?

- Увы. Мы физически не можем разбираться во всех существующих сферах жизни.

- Вы сейчас говорите только за себя или полагаете, что другие сотрудники детского сада также непричастны к произошедшему?

- Я говорю за всех. В нашей невиновности нет никаких сомнений.

- Уверены?

- На триста процентов. Мы не имеем привычки скрывать что-то от начальства и в тот же день доложили о случившемся директрисе. В результате чего было проведено внутреннее разбирательство. Всех задействованных лиц опросили, записи с камер посмотрели и убедились, что картошка точно перекочевала на тарелку Милы из ее контейнера. Поэтому обошлось без репрессий. Хотя директриса все равно обещала организовать нам лекцию на тему питания детей с различными нарушениями обмена веществ, наследственными и приобретенными. Чтобы подобного больше не повторилось.

- Похвально. Но вернёмся к Миле. Как развивались события дальше?

- Никак. На следующий день её забрали раньше обычного, и больше она у нас не появлялась.

- Просто забрали? Без скандалов и угроз натравить на ваш коллектив полицию?

- Именно. Никаких серьезных последствий для нас это не имело. Надеюсь, для Милы тоже, - деликатно добавила нянечка, бросив неодобрительный взгляд в мою сторону.

- Не волнуйтесь, её возили к врачу. Все в порядке, - успокоил собеседницу Вадим. И обратился к судье: - Мне больше добавить нечего.

- Исчерпывающие ответы, - согласился с ним Леонид.

И судья великодушно отпустил второго свидетеля.

- По-моему, тут все очевидно, - выдержав достаточную паузу - чтобы женщина успела покинуть зал - обронил Вадим.

- Кроме одного, - парировал Лёня. - Зачем Светлане рисковать здоровьем своего ребёнка?

- Во-первых, не своего. И на тот момент она уже это знала. А во-вторых, причин может быть несколько. Например, чтобы переехать поближе к родной дочери. А затем подняться ещё выше, для чего она продолжила подкладывать запрещённые продукты Милославе, обвиняя в этом всех подряд.

- Но это нелепо!

- Наоборот. Слуги же всегда хотят стать для хозяев чем-то большим, - с подтекстом ввернул Вадим. - Чем Светлана хуже? И своего она, кстати, в итоге добилась. Ей позволили не только есть с хозяевами, но и класть продукты в их личный холодильник. После чего все посягательства на здоровье Милославы прекратились.

- Совпадение.

- Полагаете? А как вы тогда объясните реакцию Светланы на произошедшее в детском саду? Вернее, ее полное отсутствие?

- Да как угодно. Вплоть до нежелания подставлять сотрудников частного учреждения.

- Свою дочь она не пожалела. Откуда такая забота о совершенно посторонних людях?

- Светлана всего лишь оступилась. Один раз. Случайно. С кем не бывает?

- Нет. Она все спланировала. И мы готовы это доказать. Можно? - Вадим повернулся к судье.

Получил разрешение и вытащил свой главный козырь. Пригласил в зал суда Катю...

- Ваше имя? - вернувшись на свое место, строго спросил Вадим.

- Ленц Катарина Геннадиевна.

- Кем вы приходитесь Светлане?

- Я ее близкая подруга.

- Значит, она часто делится с вами своими мыслями и идеями?

- Постоянно. Мы только об этом и разговариваем.

- И что последнее вы обсуждали?

Катька виновато на меня посмотрела.

- Как организовать встречу Светы с ее родной дочерью, - вздохнула тихо.

- А расскажите-ка поподробнее, - хищно улыбнулся Вадим.

Будто кот, наконец-то загнавший непокорную мышку в угол. И я поняла: мне не выбраться.

Даже если суд не примет во внимание спорные показания свидетелей и все равно назначит совместную опеку, это ничего не изменит. Вадим добьется своего. Потому что этот спектакль был разыгран вовсе не для судьи. На деле он хотел очернить меня в глазах Дегтярёва. Чтобы мы уже никогда не смогли быть вместе. Чтобы мне и второго ребёнка пришлось воспитывать без помощи отца...

Это было настолько подло и обидно, что у меня внутри всё сжалось от негодования. Которое я с трудом, но все же сумела обуздать. И лишь напряжение, пружиной свернувшееся где-то в области сердца, напоминало о том, каких усилий мне это стоило.

- Мы заготовили целый план действий, учитывающий различные варианты развития событий, - не сводя с меня глаз, принялась вдохновенно врать Катя. - Первым пунктом, конечно, поставили просто попросить Сергея Михайловича об одолжении, описав ситуацию. Затем, если он откажется, пригрозить статьей в газете и дать время на размышления, по истечении которого прийти на поклон ещё раз. А в идеале вообще найти какой-нибудь другой, максимально легальный способ проникнуть в его дом. Чтобы покрепче там зацепиться и иметь возможность видеться с Наиной в любое время, вне зависимости от прихоти Дегтярёва. Например, устроиться на работу. Кем угодно. Маленькие уловки вроде отсутствия образования или опыта не учитывались. К тому моменту Сергей Михайлович как раз должен был хорошенько промариноваться и без колебаний согласиться на наши условия. Ведь это в его интересах. Ну а если он всё же не одумается, у нас всегда был в запасе пункт опубликовать имеющиеся у нас материалы. Но крайние меры не потребовались. Как мы и предполагали, угроза сработала. Оно и не удивительно - политики очень не любят, когда всплывают подобные вещи.

- Это всё? - когда Катя замолчала, уточнил Вадим. - Больше вы не общались на эту тему?

- Общались. Через интернет. Света попросила меня поскорее выпустить ту самую, обличающую статью.

- Зачем?

- Чтобы простимулировать Дегтярёва.

- А можно конкретнее? - немного раздражённо осведомился Вадим.

И у меня в животе противно закрутило в предвкушении крайне неприятного продолжения.

- Света решила, что места няни при родной дочери ей мало, - предсказуемо выдала Катька. - И загорелась идеей обосноваться рядом с ней навсегда. Для чего организовала переезд к работодателю, попутно выставив себя заботливой матерью. А потом, убедившись в натянутых отношениях супругов, рискнула пойти ещё дальше и укрепить свое положение, воспользовавшись веками проверенным методом - влюбить в себя Сергея Михайловича. Но что-то пошло не так.

- Что именно?

- Не знаю. Я не спрашивала. Возможно, Дегтярёв не захотел разрушать семью из-за случайной интрижки. А может, Света снова попробовала провернуть фокус с беременностью - и прокололась. Она ведь и раньше, будучи студенткой, пыталась привязать к себе одного обеспеченного парня. Окрутила, охмурила, залетела... Да только от кого на самом деле - непонятно. Потому что параллельно с ним она...

Тут Катька на мгновение