Ловец духов - Григорий Константинович Шаргородский

похоже, настоящего удовлетворения это ему не давало. Вот и рвался в настоящий бой. Что же касается Виринеи, то выглядела она озадаченно и, как мне показалось, немного испуганно. Подсматривать за духом ведуньи я, конечно же, не стал. Это было бы крайне невежливо. Впрочем, и необходимости такой не было, ведь она не собиралась таиться от меня.

Завтракали еще в темноте, при свете керосиновые лампы, параллельно слушая рассказ Виринеи.

– Я провела обряд. Воруха пока останется на месте и присмотрит за той странной компаний.

– Почему странной? – Тон, которым ведунья произнесла это слово, царапнул слух.

– А как еще ее назовешь? Там ведун Колояр с парой помощников. Трое городских воев, девушка и колдун. Не очень сильный, но Воруху он учуял. Да и у Колояра чуйка как у волка. Так что страннее не придумаешь.

Виринея замолчала, явно катая в голове тяжелые мысли, и это встревожило уже меня. Честно говоря, лично мне такой расклад странным не казался. О том, что там может оказаться колдун, я и так догадывался. Похоже, меня ожидает встреча с давним и знакомым лишь заочно недругом. К тому же то, что ведунья назвала его слабым, хоть чуточку, но утешает.

– Вас что-то беспокоит?

– Да, Степа, сильно беспокоит. Я, кажется, знаю, куда они идут, но не понимаю, зачем это колдуну, тем более вместе с княжной.

– И куда именно? – задал я еще один вопрос, давя в себе раздражение от того, что приходится словно клещами вытаскивать слова из ведуньи.

– Они идут к святилищу Леля.

В книге Корчака были сведения не только о духах и бесноватых, но и о славянских божках. Если ничего не путаю, то Лель – это покровитель плотской любви и страсти.

– Он что, таким способом решил привязать к себе княжну?

– Да, – согласилась Виринея. – Колояр не жрец Леля, но вполне сможет провести обряд и сделать из девки послушную собачонку.

Я, конечно, не особо тепло относился к сущностям, в которых верят язычники, а сейчас и вовсе испытал жгучую неприязнь.

– Ты на меня глазами не сверкай, – заметив перемену моего настроения, строго сказала ведунья. – Не в богах дело. Не уйди они за кромку, такого бы не допустили. А люди всякие бывают, вот и извратили оставшиеся места силы в угоду своей жадности и похоти. Можно подумать, все ваши жрецы белы да пушисты!

Неприятно, но в чем-то она права. Сам вон недавно ненавидел бесогонов. Так чем они лучше распоясавшихся жрецов? Спорить не хотелось, поэтому я вернул разговор в прежнее русло:

– Тогда зачем все это колдуну?

– Кто бы мне сказал, – раздраженно проворчала ведунья.

– Кстати, – вскинулся я, кое-то вспомнив. – Воруха не видела там отряд дружинников?

– Нет, – качнула головой ведунья. – И близко никого такого не было.

Да уж. Похоже, спасители княжны где-то потерялись. Вообще-то я планировал не лезть на рожон, а, разведав обстановку с помощью Ворухи, присоединиться к сотнику Буйнову. А тут вон как оно получилось. Я не герой бульварного романа и радоваться тому, что опередил конкурентов в деле спасения принцессы, точнее княжны, не стану. Нужно было все хорошенько обдумать. В принципе, шансы есть. Похитителей семеро, нас четверо. Если отдать духовую двустволку Всеславу и затаиться, то мы с ходу ополовиним вражеский отряд, а там в дело вступит Здебор в боевой трансформации. Если даже и убьем парочку похитителей, то вряд ли разбудим кого-то из старших духов. Я тут же посоветовался с ведуньей, но понимания не нашел. Она пообещала поделиться маскхалатами, о которых я сам ей и рассказал, а также особыми амулетами, способными сделать неподвижно сидящего в засаде человека почти незаметным даже для ведуна. При этом заявила, что ее охотники не станут воевать с единоверцами. Даже со вздохом посмотрела на Здебора, правда, ничего не сказала, понимая, что оборотень все равно не послушается. Для него я побратим, а значит, член стаи, как и она. Обидно, но справимся. Все равно выбора у меня нет. Отсидеться в стороне я не смогу.

Быстро закончив завтрак, все начали собираться. Виринея проводила нас до самого катера, и прибыли мы туда как раз в предрассветных сумерках. Всеслав уже ждал у пристани. Виринея хмуро осмотрела его, затем отвела в сторону и устроила форменный допрос, но не похоже, чтобы подсыла это особо смутило.

Честно говоря, после этого я начал относиться к нему спокойнее. Еще в библиотеке заметил, что он честный служака – без гнили и жадности, верный до фанатизма. А то, что злобный, так наверняка не от хорошей жизни. В отличие от меня, Акира прежней настороженности не растерял ни на грамм. Впрочем, это не так уж плохо. Моя способность видеть чужие ауры давала большие плюсы, но это не значит, что я стал знатоком людских душ.

Когда солнце взошло над чуть тронутыми рябью водами Погост-озера, мы практически добрались до его середины. Нам повезло, опять же если считать везением то, что окажемся первыми, кто доберется до похитителей. По совету Виринеи, покинув катер, мы направимся прямо к капищу Леля. Благодаря Проходимцу и реке Вислице, вполне можем оказаться там еще до прихода похитителей и устроить засаду. Эх, не догадался я выпросить у Ветрова пару автоматов. Если вдруг все пойдет не по плану и не получится парализовать большую часть противников, придется браться за огнестрел. С автоматами было бы веселее. Впрочем, наши с Акирой полуавтоматические карабины тоже штука крайне неприятная для любого супостата. Почти весь боеприпас был с серебряным покрытием, правда не уверен, что он сработает против колдуна. Я уже сталкивался с этими мразями, но стрелять в них не доводилось.

Вислица оказалась еще той капризулей, и пока я вел по ней Проходимца, который уже не казался таким уж вездеходным, не только вспотел, но и напрочь лишился возможности думать о чем-то другом. Когда стало понятно, что дальше точно не пройдем, пришлось выгружаться. Впрочем, не так уж все плохо. Судя по карте, даже пойди мы по руслу еще пару километров, выгода для пешего похода получилось бы мизерной.

Быстро собрались и под напутственные слова остающихся на борту охотников двинулись в чащобу. Впереди шел Здебор, не обременивший себя лишним грузом. Оборотень уверенно находил звериные тропы, так что двигались мы споро.

Высадка на берег, а затем попытки не отстать от шагающего по тропе с удивительной скоростью и бесшумностью оборотня не давали возможности подумать и до конца осознать ситуацию. А когда вошел в ритм, то ли легкого бега, то ли быстрой ходьбы, реальность начла пробиваться в мое сознание и